Перерождение ради процветания

Жить полноценно
Адрес страницы (с 1 февраля 2010 г.): http://marsexxx.com/lit/egides-brak.htm
OCR: Марс Рахманов, www·MARSEXXX·com, 2010 г.

Егидес А. П. Учебник семейных отношений, или Брак без брака. — М.: АСТ-ПРЕСС, 2006. — 336 с.: ил. — (Практическая психология). —ISBN 5-7805-1132-2

Проблемы в семье отрицательно сказываются на нашем психологическом состоянии. А это, в свою очередь, отражается на нашем здоровье. Как избежать ссор и конфликтов? Как научиться понимать и уважать друг друга? Как увидеть в своем ребенке полноправного человека, а не бесправное существо?

На эти и многие другие вопросы вы найдете ответ в книге доктора психологических наук Аркадия Петровича Егидеса. С его помощью вы не только научитесь избегать стрессовых ситуаций, но и своими руками сможете выстроить такие семейные отношения, которые станут для вас и ваших близких источником радости и вдохновения.

Егидес А. П. «Как разбираться в людях, или Психологический рисунок личности»

Егидес А.П. «Лабиринты общения, или Как научиться ладить с людьми»

Вам нравится сайт?
Вы можете внести свой вклад в его развитие!

Аркадий Петрович ЕГИДЕС

Учебник семейных отношений,
или Брак без брака

ВВЕДЕНИЕ

Раздел 1. МЫ

Бермудский треугольник любви

Иллюзия взаимной оценки

Иллюзия сравнительной оценки

Иллюзия самооценки

Как выбраться из бермудского треугольника

Кто инициатор разводов?

Причина №1

Причина №2

Причина №3

Причина №4

Причина №5

Причина №6

Причина №7

Причина №8

Причина №9

Причина №10

Причина №11

Причина №12

Причина №13

Развод — это маленькая смерть

Дай рвущемуся к власти навластвоваться всласть

Начало супружеского двадцатилетия

Конец супружеского двадцатилетия

А возможен ли оптимальный брак?

Свободная любовь — да! брак — да!!!

Будет верность — не будет ревности

Эстетика в супружеских отношениях

Любовь и деньги

Межнациональные браки

Разновозрастные браки

Сексуальные проблемы супружества

Психологическая совместимость в супружестве

Паранойяльный в супружестве

Эпилептоид в супружестве

Истероид в супружестве

Гипертим в супружестве

Шизоид в супружестве

Служба супружеских знакомств: вчера — сегодня — завтра

Компенсация одиночества

Супружество и суицид

Раздел 2. МЫ И ДЕТИ

Зарождение и рождение ребенка

Кроватка — это одиночество...

На первый-второй рассчитаись!

Девочка или мальчик

Саморазвитие ребенка

Какие нужны игрушки?

Родительские роли

Что может сделать государство для сохранения семьи

Детский сад или профессиональное материнство?

Психотипы родителей

Школьная дедовщина

Раздел 3. ОБО ВСЕМ ОСТАЛЬНОМ, НО ТОЖЕ ОЧЕНЬ ВАЖНОМ

Гроссмуттер и гроссфатер

Свекровь и невестки

Кухня — дело мужское

Питание и семья

Семья и отдых

Семья без собаки и кошки — неполная!..

Семья и политики

История с семьеведением

Откуда и куда я иду

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

 Семья... Сколько бумаги изведено на об- суждение вопросов, связанных с нею прямо или косвенно. Как забит Интернет проблемами, так или иначе, семьи... О семье много у великих писателей. «Анна Каренина» Толстого — семейный роман... «Братья Карамазовы» Достоевского, «Сага о Форсайтах» Голсуорси, «Евгений Онегин» Пушкина — так это все тоже о семье... Социологи, психологи, педагоги, врачи написали бездну книг о проблемах семьи, в которых даются цифры, описываются закономерности, формулируются предписания и запреты...

Да, очень много и очень многими сказано о семье. А я тут предлагаю еще одну книгу. Садизм по отношению к читателю? Мазохизм по отношению к себе? — в который раз перебирать обсуждавшиеся в моих предыдущих книгах позиции, да еще расширяться и углубляться...

Но время летит, накопилось много консультационных материалов, много размышлений; да и когда уже были близки к завершению мои «Лабиринты общения» и «Как разбираться в людях», за их рамками оставалось много интересного и важного материала. Если бы тогда задаться целью все включить, то «Лабиринты...» и «Как разбираться...» до сих пор были бы в работе.

Итак, сколько бы ни говорилось о семье как общественном институте или как о лично значимой проблеме каждого, все равно всего не переговорить. Есть много узлов, которые почему-то не вошли в поле зрения ученых и журналистов. Мне эти узлы показались очень и очень значимыми. А потому я потрачу усилия на то, на что другие авторы внимания мало обращали. Нельзя объять необъятное, но можно увидеть то, чего не увидели другие. В этой книге и о любви будет сказано чуть иначе, и о разводе чуть иначе, и об отношениях с детьми, и о тещах и свекровях (а также о невестках и зятьях)... Да и о многом другом, связанном с семьей. И конечно же, все равно не удастся сказать о многом таком, о чем надо было бы сказать, и это многое мы сможем обсудить позднее, в переизданиях этой вот нескончаемой книги.

А еще — в переписке через Интернет. Мой сайт: www.egides.ru. Мой E-mail: Aegidesõnewmail.ru.

Отчасти «неусматривание» значимых проблем объясняется тем, что многое в России в прошлом веке писалось под надзором «ка-пэ-эс-эсовских» чиновников. Кто-то прямо им подыгрывал: в семье надо, мол, воспитывать идеологически преданных партии и правительству людей. Кто-то пытался обойтись без прямого лизоблюдства, но что-то не пропускала «коммунистическая» цензура. Я ставлю слово «коммунистическая» в кавычки. Потому что следует отличать первоначальный наивно-религиозный коммунизм эры Маркса и Ленина от псевдокоммунизма брежневско-черненковской поры. Чувствуем разницу: эра и пора? Секретари обкомов брежневского безвременья почему-то ограничивали дачные участки семьям горожан шестью сотками и изгоняли из страны секс. Я всегда был диссидентом в психологии и психиатрии, хотя не всегда активно сопротивлялся идеологическому бреду. Под идеологическим бредом понимаю мнение «психиатров в штатском», что отвергать советскую власть или веровать в Бога могут якобы только душевнобольные. То, что я назвал это идеологическим бредом, — конечно же, метафора. Эти «психиатры» просто продавали свое первородство за чечевичную похлебку. Не судите — да не судимы будете: и мне для того, чтобы цензура Минпроса СССР «пропустила» программу для педвузов в 1987 году, пришлось пропустить в текст слова о «коммунистической идейности» в семье. Я не особенно лукавил. Я за идейность, и даже отчасти за коммунистическую, если без кавычек. Но хочу сразу противопоставить тогдашним психологическим и психиатрическим «вождям» свои тогдашние и сегодняшние позиции. Нет, я не могу сказать, как мой в прошлом ученик, а ныне автор десятка серьезных книг по психологии Н.И. Козлов, что практически все разработанное советской психологической наукой глушит «живое движение мысли»1. Но все-таки я решился писать книгу на эту зажигательную тему, потому что имею свой взгляд на нее.

«Психология большая» — эта фраза стала частой в моих публикациях и изданиях. И если из одной точки мы идем в каком-то направлении, то, идя из нее же в каком-то хоть на миллиметр другом направлении, мы можем оказаться совершенно в другом

1 Козлов Н.И. Истинная правда. 2003. М.: ACT-ПРЕСС. С. 210.

месте. Потому что это миллиметры на шкале компаса. Я иду в своем направлении, не претендуя на роль обладателя истины. Нет, я выставляю свои мысли на научный аукцион и предлагаю обсудить их.

Какие-то утверждения я буду сопровождать обличительным пафосом. Ну не могу я спокойно — об эксплуатации. Я всегда буду с негодованием говорить о тех, кто живет за счет других. Я буду повторять, что можно наживать, но нельзя наживаться. Но все же, как только возникнет иное мнение, я тут же перейду из режима утверждений в режим обсуждения.

За время работы с психологическими клиентами (Я и дальше буду говорить «психологический клиент». Потому что «пациент» — это медицинское, а просто «клиент» — в России это что-то связанное со службой быта, банками. А «психологический клиент» — в самый раз) и студентами, работы над книгами и докторской диссертацией я набрал опыт в писании разъяснительных текстов. В книге «Лабиринты мышления», написанной мною в соавторстве с моей женой Еленой Егидес, есть даже глава «Как делать научный текст». Так что какие-то принципиально важные позиции классиков психологии я разъясню понятнее, чем, может быть, другие авторы. Разъясню и свои. Но если с моими авторскими позициями читатель не согласится, повторю, давайте обсуждать разногласия... в Интернете, в письмах и по телефону. Если вам нравятся больше другие позиции, а я о них не знаю (невозможно прочитать все), укажите мне на них. Я с радостью познакомлюсь с другими точками зрения...

Раздел 1. МЫ

Психолого-драматическое повествование о семье начнем, следуя традиции, с раздела о супружестве. Потом раздел об отношениях с детьми. Конечно, нельзя сбросить со счетов отношения с родителями мужа и жены. Далее — по не менее важным другим темам. Но это все после системы «муж-жена», которую я обозначил как «МЫ».

Кто-то полагает, что главнее всего — любовь, а оформление ее в брак — это вообще не романтично. Я тоже склонен так думать. По крайней мере, главное — отношения, а не бумаги. Однако народ голосует за «освященный», пусть хотя бы ЗАГСом, но брак. Ну ладно, просто — за супружество. Вот цифры. Не будем пугаться их, а попробуем в них вдуматься. В Советском Союзе в восьмидесятых годах было 60 миллионов супружеских пар, 39 миллионов незамужних женщин и 9 миллионов неженатых мужчин. Уже контраст: 60 и 9. Но вряд ли можно было бы образовать еще 9 миллионов пар. Мужчины: кто в тюрьме (женщин в тюрьме меньше), кто непригоден к браку из-за душевного заболевания (женщин опять-таки меньше) или из-за телесных болезней. Здесь статистики нет. Но будем считать, что приблизительно миллионов шесть пар могло бы возникнуть. Но не возникало — не хотели. Ну, так это 6 миллионов супротив 60 миллионов. Так что 90% пригодных к браку людей — в браке. И пусть приходилось 33 развода на 100 заключенных браков. Разведясь, опять женятся. Так что НЕЗАМЕНИМОСТЬ СУПРУЖЕСТВА ВНЕБРАЧНЫМИ СВЯЗЯМИ — НАЛИЦО.

Нет-нет, не подумайте, что с возрастом я стал неисправимым ханжой. Я думаю, что временные сексуальные контакты не только дозволены, но и целесообразны. Они тоже — любовь. Я думаю, что даже платные отношения — не криминал, если они не связаны с криминальным сутенерством. Но... Вы обратили внимание, что в фильмах даже криминал (на воле) имеет семьи. Потому что даже воры в законе хотят, чтобы у них было не хуже, чем у всех. И даже лучше: «У меня лучшая жена, верная, любящая, хорошая мать». «Герой» Безрукова в «Бригаде» — кликуха Белый — аж на скрипачку замахнулся. Недоучка — и на скрипачку. Компенсировал свой комплекс неполноценности. И на что они сразу после ЗАГСа нарвались? На растяжку... А «пацаны» своему «авторитету» коммуналку расселили. Чтобы у него было все как у людей. Нет, лучше — и жена и квартира.

Как Сальери поверил алгеброй гармонию, так и мы постараемся романтически-туманные феномены любви поверить психологическими закономерностями. Психология — зараза! — она во всем. В том числе и в любви. Странно, но факт: как в телепередачах нас интересуют острые сюжеты, так и в любви нам более интересны не интимное сюсюканье любящих, а коллизии.

Все-таки наберем несколько признаков, которые характеризуют такое розово-туманное явление, как любовь. Условно будем считать, что высказывается ОНА (но это все равно).

Не хочу с ним расставаться ни на минуту. Если вынужденное расставание — то хочу быстро это прекратить.

На расстоянии постоянно думаю о нем, мысленно общаюсь с ним.

Если он рядом, то мне доставляет радость живое общение с ним.

Когда я вместе с ним, хочу к нему прикасаться, трогать, ласкать его эрогенные зоны. Хочу, чтобы он этого хотел. Хочу, чтобы и он трогал и ласкал меня и хотел бы, чтобы я хотела.

Не хочу никого другого.

Хочу, чтобы он не хотел никого другого.

Боюсь его потерять.

Боюсь утратить его любовь.

Ценю его как личность.

Считаю хорошим человеком.

Он для меня внешне притягателен, он для меня красив.

И так далее и тому подобное...

Да, «о любви немало песен сложено»... Можно, конечно, спеть «еще одну». Только надо ли?.. Пусть уж это делают поэты. А мы поговорили о любви, и хватит. Начнем лучше тяжелый разговор о том, какой любовь подвергается коррозии. И как защититься...

Ну, так вот: ее подстерегает буквально БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК.

Бермудский треугольник любви

Мы-то, психологи, знаем, что хеппи-энд — «свадьба» — на самом деле только драматургическая завязка, а дальше — драмы, трагедии и трагикомедии. Психологи, так или иначе, думают, как оказать «любви» психологическую помощь. Такая помощь может мыслиться во множестве различных направлений.

Я предлагаю сначала разобраться в тех иллюзиях, которыми постоянно сопровождаются любовные отношения. О них часто не «догадывается» обыденное сознание.

Начнем с анализа того, что я обозначаю словосочетанием «иллюзия взаимной оценки».

Иллюзия взаимной оценки

Обычно на лекциях в больших аудиториях я показываю пальцами букву «V» — и говорю:

— Вот перед нами пара. Скажите, каждый до свадьбы поворачивается по отношению к другому своими положительными сторонами или отрицательными?

Я ставлю вопросы, как учил в свое время Сократ, то есть так, чтобы человек дал нужный мне правильный ответ. Мне не надо проводить строго научные опросы на этот счет, потому что еще не было случая, когда кто-нибудь из аудитории сказал бы, что, мол, отрицательными. Все говорят, что положительными. И в самом деле, если мне человек понравился, то я хочу ему тоже понравиться, ведь иначе он не станет со мной иметь дело.

— Положительное демонстрируется, — единогласно решаем мы вместе с аудиторией.

И вот на доске появляется кривая. Кривая демонстрирования своих положительных качеств. Она неуклонно рвется вверх. А вместе с нею накапливаются положительные впечатления о человеке. Так что это — «кривая очарования».

Уточним, это — кривая демонстрирования новых для партнера положительных качеств и узнавания им этих новых для него качеств.

— Ну а отрицательное вскрывается или скрывается! допытываюсь я дальше.

Ответ опять тот, что мне нужен, — «скрывается». И объяснение: я же хочу понравиться, так зачем же я буду сразу демонстрировать свои отрицательные качества. Но шила в мешке не утаишь. И кривая познания отрицательных качеств в человеке («кривая разочарования») тоже идет вверх. Но она не спешит, а как бы ползет.

Позже эти кривые пересекутся.

Снова зовем на помощь Сократа.

— До свадьбы люди общаются в основном в проблемах или в развлечениях?

Хор голосов дружно:

— В развлечениях.

— А в развлечениях быстрее вскрываются плюсы или минусы?

— Плюсы, конечно...

Согласен: плюсы обнаруживаются скорее. Вот на пикнике он укрывает любимой ноги пледом. А она в ответ одаривает его благодарным взглядом...

Договоримся сейчас о некоторой художественной формализации диалога. В древнегреческой трагедии было два персонажа: «хор» и «корифей». Они комментировали происходящее, вели диалог. Я не случайно использовал слово «Хор». Я лишь только заменил слово «корифей» словом «Сократ» — так интереснее. То есть то, что Сократ — корифей, понятно. Ну а Хор — он на своем как бы месте. В то же время это реальный хор голосов. А я поработаю за Сократа. Пусть читатель меня извинит за это и не упрекнет в «мании величия». Удобно ведь так расцветить текст и, по существу, вполне нормально.

Итак, Сократ вопрошает моими устами:

— Ну а после свадьбы мы больше общаемся в проблемах или в развлечениях?

Хор:

— В проблемах.

— А в проблемах, — допытывается живущий во мне Сократ, — больше вскрываются плюсы или минусы!

Минусы, — вздыхает Хор.

И я опять согласен и добавляю: вот появилась проблема — взять дачный участок или отказаться. Это деньги... А значит, вопросы, как добрать нужную сумму.

И вот ОН заявляет, что в долги влезать не будет, и голос при этом уже далеко не ласковый. А ОНА упрекает его в том, что другие, нормальные, мужья влезают в долги — весь мир живет в кредит...

Пересекутся кривые. Разберемся почему... А потому, что положительные для меня качества супругом продемонстрированы, мною они уже узнаны и не представляют чего-то нового. Так что кривая очарования теперь «медленно и печально» снижается. Он уже прочитал все стихи, какие знал, идет по второму кругу. Нет, это качество в нем все еще пребывает. Стихи, которые он хорошо выучил раньше, он не забыл, но это уже не добавляет ему нового очарования в ее глазах.

А вот новых для меня отрицательных качеств узнается все больше и больше. Она была такой милой, и вдруг — язвительность. А он был щедрым, но теперь его щедрость переросла в расточительность по отношению «не к нам». Поэтому-то вторую кривую я и назвал «кривой разочарования».

Как видно на графике, кривая очарования теперь скользит вниз. А кривая разочарования взбирается к своему акме, пику.

Что же дальше происходит с кривыми?

Кривая очарования сблизилась с осью абсцисс. К тому же стремится и кривая разочарования после своего акме. Это само по себе знаменательно и интересно. Но это еще не все. При дальнейшем психологическом анализе нас ждут еще открытия.

Вернемся к методу Сократа.

— Что острее переживается людьми: новое или давно известное?

— Новое, — многоголосый Хор...

— А что новее в нашем процессе: положительное или отрицательное?

— Отрицательное новее, — вердикт Хора.

Прежде чем подправлять кривые, проведем расследование дальше. Что острее переживается: отрицательное или положительное, к чему труднее привыкнуть?

«Когда я был маленьким, я в городском поселке бегал на колонку за холодной водой; а сейчас, если отключают горячую, — я чертыхнусь...» — вспоминает не очень молодой человек.

А более молодой и очень активный признался, что сразу после женитьбы объездил с женой всех старых и новых знакомых, которые у него не были на свадьбе. Все кричали «любо». А тем, которых не удалось «объездить», он взахлеб говорил о красоте своей жены. Но восторги его со временем становились все менее бурными и менее громкими, так что теперь он и вообще говорит только при случае, что, ну да, конечно, красивая жена... И это «красивая жена» звучит все тише.

Итак, к положительному мы привыкаем быстрее, чем к отрицательному. Потому что мы получили положительное — и все. Чего же там дальше развивать активность... Оно менее остро переживается... Просто данность: так и должно, дескать, быть.

А к отрицательному привыкнуть труднее. Гвоздь в сапоге, по Маяковскому, «кошмарней, чем фантазия у Гете». Его надо вытащить, от него надо избавиться.

Подытожим: отрицательное переживается острее, потому что впечатления здесь новее и потому что от этого отрицательного надо избавиться. Эти силы складываются. И даже если положительного и отрицательного, объективно говоря, поровну, отрицательные впечатления становятся ведущими.

Попробуем, конечно очень приблизительно, отобразить это на наших схемах.

На рис. 5 серой жирной линией показано, что положительные впечатления обесцениваются с течением времени. А черная жирная линия преувеличенно выгнута вверх — отрицательные впечатления усилены по сравнению с прошлым.

Важный момент. Тут создается впечатление, что «он» «казался» хорошим, а «оказался» плохим. Ну, во-первых, уже этого достаточно, чтобы развестись. А во-вторых: а может, он «специально», может, он вводил в заблуждение... Тогда тем более. С равным успехом это годится и по отношению не к нему, а к ней... с поправками на пол человека...

Внесем, однако, ясность. Он был тем же, что и сейчас есть. Всему виной скорее бессознательная игра, чем осознанный обман. Он, как и она, демонстрировал плюсы. И вот вам — обоюдная иллюзия во взаимной оценке.

Помогает возникновению иллюзии взаимной оценки и так называемый эффект ореола. Демонстрирование положительных качеств создает ореол приятного, интересного и вообще в целом положительного человека. Теперь этот настрой мешает воспринимать начинающие проступать минусы и облегчает восприятие плюсов. Иллюзия, что человек «оптимальный», укрепляется. Разочарование, отрезвление происходит через некоторое время. А когда проявились все минусы, создается ореол плохого человека, и в этом ореоле меркнут те плюсы, которые когда-то превалировали.

Но... эффект ореола вторичен. Без первоначального стремления демонстрировать плюсы и скрывать минусы и без того, чтобы минусы все-таки вылезли, — откуда бы взяться этим ореолам — сначала положительному, а потом отрицательному. И все же в механизм психологической иллюзии «казался-оказался» эффект ореола включен.

Мы вообще живем в мире иллюзий, которые постоянно приходится корригировать. Во всем делаются поправки. Солнце в зените кажется меньше, чем на восходе и на закате. Древним астрономам казалось, что Солнце вертится вокруг Земли, а оказалось, как установил Галилео Галилей, Земля вертится вокруг Солнца. Вот и в отношении супружества провозгласим, что надо вносить поправки. Ведь как решает человек?.. Здесь неудача, не повезло. Казался таким, а оказался другим. Казался и оказался. Значит, нужно искать еще. И еще. Пока не найдем то, что нужно. Чтобы без обмана. Настоящего человека. Своего. То, что я сам такой же, что сам не идеал, что у меня есть симметричные отрицательные черты — это игнорируется. И то, что в другом варианте с легкими вариациями будет то же самое, также игнорируется. И все бы неплохо. Пусть даже в этих иллюзиях и жизнь пройдет — романтика... Пока вскроется отрицательное, покайфуем. А дальше снова иллюзии. Ну и пусть: пока вскроется отрицательное — снова покайфуем. Так и жизнь пройдет в «вечном кайфе». Да вот вплетаются и другие реалии. Дети. Имущество, особенно недвижимость, если оно немалое, а усилия, чтобы нажить его, были серьезные. Прожитые годы. Общая биография. Общие фотографии.

А потому давайте осознаем иллюзорность оценок и повторяемость их. Поймем следующее:

РАДОСТЬ ЖИЗНИ ВМЕСТЕ С ДЕТЬМИ В ОДНОЙ СЕМЬЕ ВАЖНЕЕ МИМОЛЕТНЫХ ПОЛОЖИТЕЛЬНЫХ ВПЕЧАТЛЕНИЙ, ОПРЕДЕЛЯЕМЫХ ИЛЛЮЗИЯМИ.

Ну, чуток потерпеть придется. Зато стабильность и в целом, в алгебраической сумме, — счастье.

Учтем также, что ведь и влиять можно как-то друг на друга. Да и свои отрицательные черты можно заменить положительными. Для этого надо, может быть, поступиться если не принципа-

ми, то привычками: заменить духи, усовершенствовать психотехнику общения, начать следить за чистотой. Приходит на память одна семья, в которой жена делала зачес волос назад, что вызывало хмурое настроение у мужа. Подружка помогла — причесала ее по-другому, с челочкой. Хотите — не верьте, но муж повеселел. Насчет имиджа мы еще поговорим. Сейчас это я так, к слову.

Иллюзия сравнительной оценки

Продолжаем допрос по Сократу. Это мы друг в друге вскрыли минусы, потому что общаемся в проблемах. А с другими людьми мы продолжаем общаться в основном в развлечениях. И они с легкостью демонстрируют нам свои положительные качества, скрывая минусы. И что же тогда получается?

— Свой плохой, а чужой — хороший...

— Ну а если в статистическом плане?

— Кругом хорошие, а моя плохая.

. Хороший, плохая — это все интегральные оценки. Ну, конкретизируем. Хищница. Жадный. Грязнуля. Трус. Главное, что окружающие демонстрируют положительное, а отрицательное скрывают. А своих мы знаем уже поглубже, поскольку дольше взаимодействовали... и ведь все в проблемах, а там — все в развлечениях. Конечно, в проблемах могут вскрыться и положительные качества: находчивость, верность. Но чаще мы обращаем внимание на отрицательное, вскрывшееся в проблемах.

Ну а что это — объективное отражение соотношения плюсов и минусов? Да нет же. Это опять иллюзия. Иллюзия сравнительной оценки — так ее, треклятую, назовем. Это же только кажется, что кругом все хорошие, а мой плохой. Конечно, каждый человек в меру лучше, в меру хуже по каким-то качествам, чем другой. Но нам кажется, что наш — намного хуже. Но это кажется теперь, когда мы узнали его минусы; раньше же, когда он распускал свой павлиний хвост, он казался таким чудесным! И вывод отсюда оди-и-и-ин... Как же мне не повезло! А я достоин лучшей доли. Иллюзия сравнительной оценки складывается с иллюзией взаимной оценки и разрывает брачные узы, которые в глазах супругов становятся путами. Неужели это до конца дней? В помутненном разуме строятся новые радужные планы, снова рождается надежда, что «есть Мир и кроме Рима». И вот ты уже Геракл, разрывающий цепи.

Ах, «если бы молодость знала»!.. Только сменив несколько жен или несколько мужей, приходит человек к выводу, что все

неново под луной, что реки текут, чтобы опять течь, и что человек раскрывается и познается в проблемах. Мы начинаем понимать, что в другом варианте — все то же самое, пусть и с некоторыми вариациями. Опять же, если находить прелесть в спорте, чтобы набрать как можно большее число партнеров, если видеть романтику в смене иллюзий... тогда вольному воля. У гипертимных психопатов (смотри подробно ниже — о-о-очень много текста) это так и есть, но там будет много своих проблем.

А если человек поймет, что в другом варианте будет все то же самое, только вот с детьми придется жить врозь, да и построить дом и вырастить дерево еще раз — это хлопотливо, то, может быть, не стоит, подумает он, разводиться... Не стоит, не стоит... Тем более что нас ждет познание еще и третьей иллюзии — иллюзии самооценки.

Иллюзия самооценки

С этой иллюзией связан неадекватный уровень притязаний. Разберемся во всем этом.

Жил в Германии замечательный психолог-еврей Курт Левин. В гитлеровское время он эмигрировал в США. Несколько молодых тогда советских психологов были откомандированы к нему (еще в Германию) для учебы. Среди них была Блюма Вульфовна Зейгарник. Ей я сдавал кандидатский экзамен по общей психологии и по патопсихологии и считаю ее своим УЧИТЕЛЕМ. Она вернулась в СССР и стала профессором на факультете психологии МГУ. А две другие русские «психологини» стали невозвра-щенками и вместе Куртом Левином эмигрировали в США. Не могу не похвастать, что с одной из них, Марией Арсентьев-ной Риккерс-Овсянкиной, в 1966 году я познакомился и имел счастье водить ее по Третьяковке (даже неуклюжие фотокартонки сделал). Это был Всемирный конгресс психологов в Москве. Позже я в Ленинке (ныне Государственная публичная библиотека) изучал написанные ею фундаментальные труды по рорша-ховскому тесту, а когда водил по Третьякове, то и не догадывался, что у нее — труды. Вторая — Тамара Дембо — не была моей знакомой. Но ее я очень уважаю и благодарю за то, что она предложила простую и эффективную методику изучения самооценок, которую я использую и цитирую везде. Эту работу Тамара Дембо сделала в лаборатории Левина (ударение все психологи ставят на последнем слоге). Слегка видоизменив эту методику,

ввела ее в обиход советских патопсихологов Сусанна Яковлевна Рубинштейн.

Так что же следует из этой работы?

Возьмем шкалу:

Рис.6

Вверху расположим самых умных, внизу самых глупых. Где бы вы расположили себя? — задается каверзный вопрос исследуемому человеку. Шкал этих может быть много, но чаще всего предлагается четыре.

 

Рис.7

На первой шкале самые умные — самые глупые. Далее самые красивые — самые уродливые; самые добрые — самые злые; самые удачливые — самые неудачливее...

Я сейчас только о результатах. Большинство психически здоровых людей (не верите — проверьте, это легко) располагает себя на каждой шкале чуть выше середины. Душевнобольные с тяжелой, так называемой эндогенной, депрессией располагают себя внизу. Душевнобольные с маниакальным синдромом — вверху. Психопаты, невротики и студенты (в разных вариантах) мечутся по шкалам... Ну а человек с устойчивой психикой — как я уже сказал, в среднем — располагает себя чуть выше середины. Оно и понятно. Объявить себя красавицей всех времен и народов слишком ответственно. Ну а так... я не хуже, а чуть лучше среднестатистического человека — это не столь вызывающе, и в то же время самоуважение особо не страдает. Овцы целы — волки сыты. Что интересного в этом, казалось бы, совершенно невинном факте: чуть выше середины? Интересно то, что это тоже иллюзия. Иллюзия самооценки. Ну да, чуть выше... Но продолжим. Сократ спросил бы:

— Если я себя считаю чуть выше середины, то мой муж должен быть чуть выше середины, посредине или чуть ниже середины?

Многоголосый Хор:

— Конечно, выше середины!..

Сократ (моим голосом):

А достается в среднем середина или чуть выше середины? Хор:

— Достается в среднем середина...

 

Поясним, что значит «середина». Середина в среднем — это как раз адекватное мне по качеству человеческое существо. А запрос, уровень притязаний, пусть и ненамного, но неадекватно завышен. Но что значит — ненамного. Ведь когда человек отмечает себя на шкалах Тамары Дембо, он все равно немного стесняется. На самом деле он считает себя еще немного выше, чем отметился. Но «из скромности» отмечает себя не так уж высоко. Но как бы там ни было, если я считаю себя выше середины, а судьба подсовывает мне, соглашается мне дать только середину, то...

— Буду ли я доволен своей судьбой? — вопрошает Сократ.

— Вряд ли! — со вздохом соглашается Хор.

Да, зазор между желаемым и реальным невелик. Но он — хронический. И он во всем. И ведь не только меня он сверлит, но и мою маму, а может быть, и других родственников. Да, он мог бы быть и пограмотнее. Да, она могла бы быть и покрасивее. Впрочем, можно и поменять местами фразы. Он хронический, но он невелик. Здесь от перемены мест слагаемых кое-что все же меняется. Невелик, значит, не сразу, не резко сказывается на отношениях. Так что муки — тоже хронические, постепенно накапливаются... Но в конце концов достигается какой-то порог. И результаты этой иллюзии ведь складываются с результатами первых двух иллюзий.

Итак, иллюзий три. Но они, именно они, обусловливают неудовлетворенность браком, дестабилизируют его, влекут за собой разрыв и развод. Я придумал образное сравнение, которое много лет использую в лекциях, тренингах, научных докладах. Три иллюзии я называю углами бермудского треугольника, в котором тонут любовные лодки. Иными словами:

СНАЧАЛА ИЛЛЮЗИИ, А ПОТОМ КОЛЛИЗИИ!

Как выбраться из бермудского треугольника

Интуитивно чувствуя социально-психологические сложности, вытекающие из разводов, религиозные пастыри пытались противодействовать им. Вводили запреты на разрыв отношений. Чего проще: объяви прелюбодеяние грехом, запугай человека адскими муками на том свете — смотришь, «распутства» и разводов станет меньше. А если запретить сам развод — то и вообще разводов не будет. Так было в католицизме до недавнего времени. Но мы же, надеюсь, помним фильм «Развод по-итальянски» с Мастрояни и, герой которого, чтобы избавиться от ненавистной жены, убил ее? «Укрепить» брак можно и превращением бракоразводной процедуры в хождение по мукам. Так было в советские времена. Развод — только через суд, даже если не было общих детей. Перед судом надо было дать объявление в местной прессе, чтобы люди могли прийти на суд и поглазеть, а ты должен был испытать позор. Такое табуирование в какой-то мере удерживало людей от разводов. Но цена не велика л и? И хорошо ли людям в браке, сохраненном таким способом? В том числе и детям, ради которых запрещался развод?

На мой взгляд, возможен другой путь. Надо не увеличивать внешние силы, затрудняющие развод, а усилить привлекательность брака. Уменьшить центробежные силы и увеличить центростремительные. Такое возможно на основе САМОпознания и вытекающей из него САМОдисциплины.

Выбраться из бермудского треугольника любовной лодке вполне по силам. Но для этого, во-первых, надо осознать все описанные выше закономерности. Они помогут не очаровываться (чтобы потом разочаровываться), а относиться к человеку, адекватно оценивая и ценя его плюсы и осознавая неизбежные минусы. Иными словами: можно и нужно ценить по заслугам положительное. Но имеет смысл знать заранее, что у каждого человека, в том числе и у вашего супруга, есть черты, которые вам кажутся недостатками. Только до поры до времени он не демонстрирует их. Но когда они всплывут, пусть это не будет для вас неожиданностью. Ну, есть недостатки, их надо отметить для себя и соотнести с ранее продемонстрированными им реальными достоинствами. Главное — знать вот что:

В НОВОМ БРАКЕ БУДЕТ ДРУГОЕ СООТНОШЕНИЕ ДОСТОИНСТВ И НЕДОСТАТКОВ, НО НЕДОСТАТКИ ВСЕ РАВНО БУДУТ.

При этом еще осознаем, что недостатки и достоинствах здесь — понятия субъективные. Для одного — это недостаток, для другого — не недостаток, для третьего — даже достоинство. И, наоборот, для одного это — достоинство, для другого — нейтральное качество, для третьего — недостаток. Взять хлебосольность. Гипертим угощает всех всем, что есть в холодильнике. Вроде бы плюс. Но для эпилептоида может быть резким минусом: разносолы вместо дела, тратится семейный бюджет и т. п. Придется уточнять для себя и для других, что есть плюсы, а что минусы.

Надо адекватно воспринимать и ценить достоинства, но не пасовать перед открытием в своем любимом недостатков. Всем знакома фраза, что недостатки продолжение достоинств. Но можно сказать и так:

ДОСТОИНСТВА - ПРОДОЛЖЕНИЕ НЕДОСТАТКОВ.

У человека громкий голос. В камерной обстановке это многими людьми переносится с трудом — недостаток. Но это же дает возможность человеку читать лекции без микрофона — достоинство. Жена не очень тщательно наводит в доме чистоту — недостаток; зато ее волнует развитие ребенка, которому она читает книжки больше тех мам, которые наводят чистоту, — достоинство.

Все сказанное можно афористично резюмировать так:

ЧТОБЫ НЕ РАЗОЧАРОВЫВАТЬСЯ, НЕ НАДО ОЧАРОВЫВАТЬСЯ.

Это сказано не для красного словца. Придется осознать, что в новом варианте брака будет все то же самое, пропорции в соотношении достоинств и недостатков останутся приблизительно

такими же. Хотя, так сказать, качественный состав будет чуть иным. Осознается это чаще всего с приобретением опыта в браках-разводах. На это ухлопывается большая часть жизни. Полезно здесь вспомнить изречение, приписываемое железному канцлеру Бисмарку: только на собственных ошибках учатся только дураки. Да, умные учатся не только на собственных ошибках, но и на ошибках друзей, на опыте литературных героев, на опыте других людей, обобщенном психологами. Вот только изучать эти ошибки других людей — хлопотно. Ошибки истории — еще хлопотней и еще трагичней. Ведь кажется, достаточно было Робеспьера, чтобы не появился Ленин-Сталин... Да и многие революционеры, похоже, знали, что революция пожирает своих детей. Великий писатель-философ-социолог-психолог Анатоль Франс в романе « Боги жаждут» также предупреждал о том же. Франс не был революционером — созерцатель, и только... Но ведь как созерцал! Может, все же хотя бы на межличностном уровне на чужих ошибках можно учиться?..

Я и призываю к этому. И советую по-честному отнестись к своей судьбе и судьбе тех, кого ты «приручил», а значит, по мнению другого великого писателя-философа-социолога-психолога-гуманиста — Антуана де Сент-Экзюпери, ты в ответе за них.

Предбрачное общение, по моему мнению, надо бы потратить не только на сексуальные утехи (хотя здесь тоже вскрываются плюсы и минусы). Но и на подробное интервьюирование друг друга по значимым жизненным темам. Например, хорошо бы поговорить о том, сколько детей должно быть в семье, как распределять будущий семейный бюджет, где проводить отпуск... Да мало ли важных для будущей совместной жизни тем! Например, приоритеты в приобретении знаний. Или в покупках...

Когда мы обсуждали кривые очарования и разочарования, имелись в виду жених и невеста, муж и жена, папа и мама... Но подобные закономерности взаимопознания и взаимооценок людей наблюдаются и в межличностных отношениях друзей, сотрудников, тещи и зятя, свекрови и невестки... В супружестве они более видны и более значимы.

Не упустим и такую важную деталь. Поняв, что я на бессознательном уровне создаю свой иллюзорный образ с преобладанием плюсов, имеет смысл не скрывать то в себе, что может быть расценено как минус. Хуже ведь, если это вскроется в бурном море, по которому плывет супружеская лодка. Поэтому стоит изучить в себе эти минусы. Их можно вскрыть путем анонимного опроса людей, с которыми вы общаетесь. Я для других целей, но регулярно провожу такой анонимный опрос в студенческих аудиториях. Ставлю перед своими студентами вопросы о понятности изложения, новизне преподаваемого материала, интересе к моим творческим разработкам, объективности моего отношения к оппонентам, тактичности по отношению к аудитории, справедливости моих требований. Студенты пишут свои соображения без опасений — не буду же я проводить графологическую экспертизу. В работе с очередными группами я либо меняюсь, либо сообщаю им данные опросов (если считаю нецелесообразным изменить что-то в своем общении со студентами) и объясняю свою позицию. Вот и будущим супругам советую поставить друг друга в известность о том, что для вас принципиально важно в ваших ценностных ориентациях, если они могут, на ваш взгляд, стать камнем преткновения. Для кого-то минусом может быть чрезмерно резкое отрицание алкогольных напитков. Для другого — нелюбовь к дорогостоящим цветам. А для третьего — «если мне не дадут выспаться, то я кусаюсь!».

Ну а если мы узнали о близком нам человеке что-то для нас отрицательное? Как поступить?

Во-первых, помним, что в других людях будет другое отрицательное и с чем-то все равно придется мириться, чтобы не быть одному. А во-вторых, прислушаемся к глубокой мысли основателя конфликтологии Георга Зиммеля. Он высказался столь панорамно об отношениях близких людей, что я выписал это отдельно крупным шрифтом и поместил под стеклом в рамке. Советую и всем сделать то же самое. А еще лучше — повесить на видном месте, поместить на закладках в книгах или выучить наизусть.

«Люди, у которых много общего, часто куда горше и несправедливее обижают друг друга, чем совершенно чуждые. Потому что их общность что-то само собой разумеющееся, и поэтому не она, а то, что на данный момент их разнит, определяет позиции друг к другу. При том общем, что есть в их отношениях, мельчайший антагонизм приобретает большее значение, чем между людьми чужими. Чужие изначально ориентированы на возможные различия. Отсюда трагичность мелочей, из-за которых расходятся вполне подходящие друг другу люди».

Учитывая безусловную значимость утверждений Г. Зиммеля, надо сказать себе следующее:

ЦЕННОСТЬ СЕМЕЙНЫХ ОТНОШЕНИЙ СУЩЕСТВЕННО ВАЖНЕЕ, ЧЕМ НАШИ АМБИЦИИ.

И при малейшей возможности надо под любыми предлогами быстро перейти к мирному процессу. Ну подумайте, что из-за своих амбиций вы лишитесь возможностей видеться с ребенком... Или вы лишите ребенка возможности видеться с отцом. И миритесь мгновенно.

Кто инициатор разводов?

Пока что мы рассматривали причины дестабилизации и распада супружеской пары, так сказать, симметрично друг по отношению к другу. Иллюзия взаимной оценки, иллюзия сравнительной оценки и иллюзия самооценки — как у мужа по отношению к жене, так и у жены по отношению к мужу. Но тогда инициатива мужей в разводе и инициатива жен должны быть одинаковы. Что же тем не менее говорят нам сухие цифры?

В книге Зои Андреевны Янковой «Городская семья» приведены такие данные:

68% РАЗВОДОВ ИНИЦИИРОВАНО ЖЕНАМИ, А 32% — МУЖЬЯМИ

То есть женщины в 2 с лишним раза более инициативны в разводах, чем мужчины. Что идет вразрез с обычными нашими представлениями. Мы-то полагали, что женщина — хранительница домашнего очага, а тут такой парадокс!

По данным другой исследовательницы, Любови Васильевны Чуйко, инициатива мужчин в разводах начинает преобладать только после их 50-летнего возраста.

Третий материал (по данным ЗАГСов): в 40% разводов стаж супружества — не более трех лет.

Порассуждаем на основе этих «статистик». Три года — это одна седьмая часть брачного стажа, достаточного для исполнения родительской роли, — воспитали детей до 20 лет, ну и ладно — разошлись. «Ну и ладно», как вы понимаете, — это я так,

для охлаждения страстей. Но возьмем в голову упомянутую цифирь: в эту одну седьмую часть как бы нормального брачного времени происходит более одной третьей части всех разводов. Еще раз: в одну седьмую — более одной трети... А в целом инициатива женщин — в двух третях разводов. Все это означает весьма знаменательную вещь. Инициативу в разводах проявляют именно молодые жены (читай: без достаточного жизненного опыта). Молоденькие, скажу по-отечески, глупышки. А мужчины, получается, разводам сопротивляются.

У выявленной закономерности есть, конечно же, психологические причины. Как только в аудиториях я задавал вопрос о причинах, Хор женских голосов мгновенно находил ответ:

— Женщины подают на развод, но виноваты мужчины...

Ну что же, бывает, что и мужчины виноваты. Но причины все же гораздо более сложны.

Приготовимся к трудному в смысле понимания разговору. И внимательно, шаг за шагом, распутаем причины того, что мужчины реже подают на развод, и в особенности в молодом возрасте.

Но почему это женщины более прыткие в этом плане?

Сначала сообщу, что когда я задавал аудитории вопрос о вероятности вступления в новый брак у женщин и мужчин, то не получал правильного ответа. А вот данные профессора Волкова по Москве в семидесятые — восьмидесятые годы таковы:

МУЖЧИНЫ В ТРИ РАЗА ЧАЩЕ, ЧЕМ ЖЕНЩИНЫ, ВСТУПАЮТ В ПОВТОРНЫЙ БРАК.

Сократ:

— Как вы думаете, женщины разводятся, желая жить вне брака или надеясь на лучший брак?

Хор (со вздохом):

— Надеются...

Сократ:

— Они знают о соотношении два на три, то есть то, что жены в два раза чаще подают на развод и в три раза реже вступают в повторный брак?

Хор:

— Да нет... не знают.

Сократ:

— А знали бы об этой формуле «два на три» — разводились бы с большей осмотрительностью или с меньшей?

Хор (с еще более глубоким вздохом):

— С большей...

Но пока женщины этого соотношения не знают, а потому разводятся с меньшей осмотрительностью. А напрасно. Потому что к этой формуле «ДВА на ТРИ» надо знать еще и вот что. С ребенком труднее выйти замуж (с двумя — еще труднее). И, между прочим, выйдя замуж с сыном, труднее сохранить эту вторую семью, чем выйдя замуж с дочкой. Замечательный фильм «Вор» Чухрая-сына. Помните, какая у Сани идет борьба за маму с Толя-ном, которого играет актер Владимир Машков. Там, правда, победа досталась «отчиму», но если бы все не кончилось так трагически, то в конце концов могло кончиться все-таки драматически.

И мужчины не знают об этой формуле «ДВА на ТРИ». Хотя, знай они о большей вероятности найти замену, могли бы вроде разводиться с большей активностью. Но разводятся с большей осмотрительностью, чем женщины. Потому что на это есть целая чертова дюжина причин.

Для пущей солидности книги формализуем изложение: перечислим причины по номерам.

Причина №1

Есть крупный ученый-биолог — Виген Геодакян. Он обратил внимание на то, что мужчины по любому признаку разнятся больше, чем женщины. Например, лысых и косматых больше среди мужчин. Больше талантов в науке и больше олигофренов — тоже среди мужчин. Отпетых негодяев больше среди мужчин. Но и нравственных гениев больше. У мужчин все так. Даже коротышек больше, но больше и долговязых.

Давайте построим кривые (у нас, впрочем, они прямые, но все равно называются «кривые»). Возьмем самых хороших (по мнению народа) мужей и самых плохих. Соединим их линией.

Самые хорошие мужья и зарабатывают, и воспитывают детей, и смотрятся внешне неплохо. Ну а самые плохие — и безответственные, и отцы никудышные, и заморыши на вид...

А теперь возьмем самых хороших и самых плохих жен. Соединим и их.

И здесь на прямых «кривых» линиях явственно видно, что женщины «усредненнее», что самая плохая от самой хорошей отличается намного меньше, чем самый плохой — от самого хорошего.

Ну и как же будут строиться браки? Кто на ком женится и кто за кого выходит замуж? Я думаю, что догадка ваша здесь совпадет с моей, потому что истина лежит прямо под ногами, на травке... Пары расположатся примерно так.

Увы, какие-то женщины, располагающиеся в крайнем правом положении, не захотят вообще быть в браке, потому что для них остаются «совсем пропащие», как Гекльберри Финн.

И может быть как-нибудь так, так, так или так.

Но вряд ли возможен такой брак..

Вернемся к более типичным сочетаниям.

Что следует из этих социологических закономерностей? Следуют психологические закономерности. «Я, — рассуждает жена, — ненамного хуже, чем она», а «ее муж намного лучше, чем мой».

И сразу же вывод: впечатление: судьба несправедлива ко мне. И вот судьба тащит к разводу. Вспомним, римский философ-стоик Сенека в I веке нашей эры говорил, что умного судьба ведет, а глупого тащит. Это одна из причин того, что пропорция женской и мужской инициатив в разводе не 50/50, а 68/32.

Я специально не сказал «ведет» и специально сказал «тащит». Не только для того, чтобы процитировать тончайшего философа-этика Сенеку. Я хотел этим подчеркнуть, что психологическая сила, обусловленная этими соотношениями, непреодолима.

Подчеркнем еще раз, что это только одна из причин, искривляющая «идеальную» пропорцию фифти-фифти. Каждая из излагаемых далее причин еще по чуть-чуть .искривляет пропорцию 50/50 и приближает ее к 68/32. Но важна сумма этих чуть-чуть.

 

Причина №2

Я в роли Сократа продолжаю допрашивать:

— Чьи решения в принципе, как сейчас принято говорить, «взвешенней»? Мужские или женские? Чьи рациональнее, а чьи эмоциональнее?

Хор ответствует:

— Мужские решения чаще более рациональны, женские — более эмоциональны...

 

Соглашаюсь с выводом Хора, хотя и с некоторыми поправками. Женщина действительно более эмоциональна, если говорить о подвижности эмоций. Она может легко заплакать, но переход от искренних слез к искреннему смеху — в этом тоже женщина. Однако мужчины более эмоциональны в том смысле, что у них больше сила эмоционального переживания. Мужские эмоции более энергетичны. А значит, и стресс, вызванный разрывом отношений, у мужчин сильнее... Но для принятия решений важна именно подвижность эмоций. Вспыхнула обида. Нет разумного размышления о том, что разрыв чреват множеством трудностей. И вот оно решение: развод. А он рисует перед собой множество минусов, сравнивает их с количеством плюсов. «Взвешивает»... И ему становится ясно, что все-таки: «мы остается вместе».

Причина №3

Продолжая «сократический» диалог, задам следующий вопрос: — В молодом возрасте кто выглядит привлекательнее для

противоположного пола: женщина или мужчина? А? По выходе

из возраста гадкого утенка?

Ответ:

— Ну конечно, женщина...

— А в возрасте гадкою утенка кто гаже! — добиваю я проблему. Хор голосов заявляет, что гаже ОН!

Я:

— Ну а выход из состояния гадкого утенка у кого — когда? Когда ОНА — уже «царевна-лебедь»?

— В шестнадцать-семнадцать-восемнадцать, — отвечают и женщины, и мужчины.

Ну вот, а он в этом возрасте еще пока едва выбирается из этого состояния гадкого утенка. Я провел опрос женщин всех возрастов на этот счет. Лебедем он станет, по мнению 85% женщин, лет в тридцать. Приблизительно, только для пояснения мысли, нарисуем график этого процесса. Точные исследования здесь вряд ли нужны. А вот по экспресс-опросам на массовых лекциях это выглядит примерно так:

Ну и что из того? А вот что... Девушка приятна для своих ровесников и ровесников ее мужа. И они проявляют к ней повышенный интерес и... повышенную покладистость (они же не в браке с ней) и тоже кажутся ей лучше. Но к ней тянут свои нежные взгляды и ласковые руки и мужчины постарше — матерые, статусные, денежные, со связями, с опытом в сексе, много повидавшие, умеющие об увиденном поведать, решившие проклятую квартирную проблему. А они более конкурентоспособны па «рынке любви» по сравнению с ее ровесниками. И даже те,

кто серьезно старше... Некоторые из них добились такого высокого положения в жизни, что «с тобой на плаху, если так»...

Так что ее более высокая по сравнению с мужем сексапиль-ность для людей противоположного пола обеспечивает ей больший успех по сравнению с мужем.

МОЛОДАЯ ЖЕНА СКОРЕЕ НАЙДЕТ ЗАМЕНУ МОЛОДОМУ МУЖУ, ЧЕМ МОЛОДОЙ МУЖ НАЙДЕТ ЗАМЕНУ ЕЙ.

И молодой муж боится развода и сопротивляется ему. Итак, еще продвинулись от 50/50 к 68/32.

Причина №4

Здесь обойдемся без «сократического» диалога, потому что наблюдения у непрофессионалов здесь менее точные. Но они зато есть у психологов, чьи наблюдения важны для дальнейших рассуждений.

У МОЛОДОЙ ЖЕНЫ ЛУЧШЕ ПСИХОТЕХНИКА ОБЩЕНИЯ, ЧЕМ У МОЛОДОГО МУЖА.

Обратите внимание, как бойко щебечут девочки-подростки. «Талант! Талант!» А их ровесники-мальчики говорят разве что междометиями (ну, это легкое преувеличение, но для иллюстрации оно годится). Правда, ближе к свадьбе молодой человек разговаривает уже простыми предложениями. А вот тридцатилетний его соперник изъясняется сложносочиненными и даже сложноподчиненными предложениями, употребляя часто не только причастные, но и деепричастные обороты, а к ласкам и сказки прибавит, что к ее шелковой коже так идет его бархатный голос.

К чему это я? А к тому, что при разрыве у нее больше возможностей замены в том числе и благодаря более развитой психотехнике общения. Например, чтобы познакомиться, ей достаточно игривого взгляда, и за ней вприпрыжку побегут более престижные ухажеры.

Она и ухаживания принимает красиво, а молодой муж и ухаживает неуклюже.

В технике знакомства молодой муж проигрывает не только ей, но и старшим своим соперникам. Напускная развязность молодых мужчин и подростков — как раз от неумения общаться, она являет собой неуклюжую гиперкомпенсацию этого неумения.

Вот как приблизительно выглядит развитие психотехники общения у женщин (черная кривая) и у мужчин (серая кривая).

РИС. 17

Причина №5

Любовь и деньги — ах, как это, увы, сопряжено. В старорусское слово «ухаживать» вписываются денежные траты. Привезти-увезти, хотя бы и на метро, обеспечить совместную вечеринку, билеты в театр, развлечения. По принятым у нас обычаям — это пока за ним. Феминистки — против этого. Но они у нас в моду не вошли. Следовательно, траты на сближение у юноши и девушки неодинаковые. Ей, чтобы стать невестой, надо «одеться и выглядеть». А ему как жениху нужно «одеться и одеть»... «Одеть» — это я фигурально выражаюсь (под этим будем пони-" мать подарки, транспорт, развлечения). Сейчас слово «ухаживать» не в моде, но модификации ухаживания все же и сейчас «актуальны».

На какие средства осуществляются ухаживание и женитьба? На родительские? Но это ли решение вопроса? Кстати, родители юношей, подумайте на эту тему. Может быть, лучше не съездить в заграничное путешествие, которого вы, конечно же, заслуживаете, а дать возможность любимому сыну, студенту вуза, достойно ухаживать за девушкой, будущей мамой вашего будущего внука. Но если родители все же так не думают или им не нравится его избранница... Что делать юноше? Заработать даже только нормальные для ухаживания суммы честными путями невозможно. Тогда средства добываются не очень честными или вовсе не честными способами. Но это прямой путь в криминал. Вот и появляются «бригадиры» типа Белого. Они убивают ради наживы, и их убивают. Так молодые «успешно» конкурируют как женихи и любовники. А если не так, то средства у них жалкие. Молодые не выдерживает конкуренции с более старшими и благополучными или ставшими на криминальные рельсы молодыми мужчинами. И тогда это проигрыш, подавленность и далее, возможно, суицид (самоубийство). Кстати, это информация к размышлению для невест и жен. Может быть, лучше не ждать дорогостоящих подарков от жениха, которых вы, конечно же, заслуживаете, а сохранить мужа живым и жизнерадостным? Ведь он — отец вашего будущего ребенка... Итак, у жениха было туговато с деньгами. Однако, так или иначе, она вышла за него замуж, возможно, с большой охотой. Но вот тут-то и выплывают противоречия, перерастающие в конфликты. И как мы уже знаем, «иллюзии бермудского треугольника» порождают неудовлетворенность друг другом. И эта неудовлетворенность подводит к мысли о замене супруга...

Снова финансовый вопрос. Ей для осуществления замены нужно опять-таки только одеться и принимать ухаживания. Учтем еще, что в этот период родители жены — в самой силе, они помогают ей материально. И жена в этом отношении ориентирована не на мужа, а на родителей, а теща тоже вряд л и в ладах с зятем, тесть же не вдается в подробности. Так что молодая жена, если она недовольна мужем, может с той же легкостью, с которой выходила за него замуж, искать ему замену. При этом положение разведенной, но побывавшей замужем женщины в какой-то мере легче, чем положение «никому не нужной старой девы».

А ему, мужу, как и в первый раз, но уже для замены, нужно и одеться, и «одеть»... То есть — снова ухаживание, на которое не хватает средств. Его доходы все так же низки. В случае разрыва с женой ему придется завоевывать новую будущую жену, ухаживать за ней. А разошедшаяся с ним (бывшая) жена от потенциального нового мужа ухаживания принимает. Статус и опыт женщины, побывавшей замужем, позволяет ей теперь уже быть

неразборчивей; она пришла к выводу, что просто поцелуи, секс, страсть, love — это мало, она предпочитает солидность.

Ну и что из этого следует? Он, молоденький, отдал ей, молодой жене, хозяйке, всю свою зарплату — и с него как бы все. Аза новым вариантом надо ухаживать и тратить деньги, которых нет, и нет возможности заработать (нет опыта, связей, нет надбавки за стаж)... Следовательно, он в поисках замены — в худшем положении, чем она.

И он, так или иначе, начинает понимать, что ему не выдержать новой борьбы за новую жену. А потому держится за этот брак, сопротивляется разводу.

В застойные годы это было практически всегда так. На сегодняшний день в среднем это тоже остается так, хотя исключений больше, во многом за счет криминального риска. Описанный процесс наверняка повторится и в другом варианте. Забегая вперед, предупредим женщин: потом, через двадцать лет, все изменится, потому что его доходы растут существенно быстрее, чем ее доходы.

Причина №6

Какие еще преимущества у недовольной молодым мужем жены? До 24 лет, по данным социолога Александра Борисовича Синельникова, обеспеченность женихами в возрастной группе до 24 лет у женщин выше, чем у мужчин обеспеченность потенциальными невестами. Этот вывод Синельников сделал на основании анализа четырех переписей населения. Другими словами, неженатых мужчин от 18 до 24 лет больше, чем незамужних женщин до 24 же лет. Понятно, молоденькие девушки выходят замуж за слегка более старших женихов.

Получается, что для молоденьких женихов вообще не хватает молоденьких невест, они вынуждены жениться на женщинах старше себя — таких браков около 10%. Или ждать лет 6—8. Эта перспектива при раннем разводе у молоденького с молоденькой ему, молоденькому, вряд ли нравится, он хочет остаться в браке со своей молодой любимой женой, а потому правдами-неправдами сопротивляется разрыву и разводу.

После 24 лет все резко меняется. Применяя малоприемлемую в столь деликатном вопросе рыночную терминологию, женихи в цене — они расхватаны. Плюс к этому потенциальные женихи гибнут в горячих точках, становятся инвалидами.

Добавим, что молодые мужчины намного чаще, чем женщины, страдают мало совместимыми с браком болезнями: алкоголизмом, наркоманией, шизофренией. И вот незамужних женщин становится относительно больше. Так что возможность замены после 24 лет постепенно становится рычагом власти в руках мужа.

Правда, у женщин к этому времени появляется другой, более мощный рычаг власти — ребенок, о чем мы расскажем ниже более подробно.

Итак, замену он находит более трудно. Поэтому не он, а она говорит:

— Не хочешь делать, как я хочу, — расходимся, делим имущество, детей.

И ОН НЕ ХОЧЕТ РАЗВОДА.

Смотрите, больше возможностей для замены — у жены. Но это — не компьютерный расчет. В дело вклинивается эмоциональная сторона. После разрыва отношений кто будет хуже себя чувствовать в связи со сказанным — он или она? Конечно, он!

Причина №7

Стресс разрыва — мощный стресс. А кто более стрессоустойчив? Мужчины или женщины? Мужчины меньше живут. Больше страдают смертельными болезнями (инфаркты, инсульты); и несмертельными — тоже больше (хронический алкоголизм, шизофрения). У них в 5—6 раз чаще завершенные суициды (напомним: суи-цид = само-убийство). Так что уговоримся, что мужчины менее стрессоустойчивы.

Здесь есть что уточнить. Говорилось уже, что женщины более эмоциональны, если имеется в виду подвижность эмоций. Но мужчины, постановили мы, более эмоциональны в том смысле, что у них глубже сила эмоционального переживания. Их эмоции более энергетичны. Сейчас для нас важно, что стресс, вызванный разрывом отношений, у него сильнее... У нее слезы, а у него ДЫРА В ДУШЕ.

Понятно, что его стресс уменьшился бы, появись сразу адекватная замена. Но достойной замены ей у него нет, а вот у нее замена ему найдется. Что делают люди для облегчения душевных страданий? Все мы, когда нам плохо, идем к друзьям за сочувствием. Нам важен эмоциональный резонанс. И при разрыве с любимыми — тоже. Друзья поймут, но к ним со своей болью

надо обратиться. Для женщины это очень естественно. А для мужчины? Что я, девица, что ли? Не справлюсь сам, а буду плакаться в жилетку?.. И он не идет. Ему труднее. Но если все-таки пойдет, то кто легче выскажет свою боль, негодование в поисках сочувствия? И кто его скорее получит? Она посигаретничает за кофейком, выговорится. Ему, чтобы выговориться, сигарет и кофе мало, ему надо выпить. Между прочим, это одна из причин мужской алкоголизации. Но для нас сейчас важно другое: мужчине, для того чтобы открыться, нужна более серьезная наркотизация. Значит, и страдание преодолевается большее. Здесь тоже важна психотехника общения. Перефразируем ставшую давно классической фразу («счастье — это когда тебя понимают»): «несчастье — это когда тебя не понимают». Впрочем, «никто меня не понимает, и молча гибнуть я должна...» — написано намного раньше. А некоторые литературоведы утверждают, что в Татьяне Лариной Пушкин отобразил себя. Да, тут недалеко и до невроза, депрессии, самоубийства. Получается, что мужчины тяжелее переживают разрыв — и поэтому не идут на развод.

Причина №8

Ну а как сакраментальная тема — сексуальность? У женщины она медленно набирает высоту. Поэтому женщина спокойнее, чем он, переносит разрыв. У мужчин, как известно, сексуальность в молодом возрасте уже вовсю «играет». Разрыв ему перенести сложнее. К душевной боли личностного одиночества присоединяется боль сексуального одиночества. Вынужденное мастурбирование физиологически безвредно, но переживание сексуального одиночества при этом усиливается, даже если он знает о безвредности. Часто одиночество компенсируется сексуальным контактом с женщиной существенно старше его или с существенно менее привлекательной, чем ушедшая жена. Бывает, что сексуальное одиночество приводит к однополым контактам. Современная сексология и здесь снимает запреты. Бисексуальность нередкое явление, безвредное и непатологическое. Но даже если бисексуальность принимается как вариант, все равно контакт мужчины с мужчиной расценивается как что-то суррогатное, если нет любимой жены.

Предвидение такого развития событий или даже имеющийся на этот счет опыт пугают молодого мужа, и он не хочет развода.

Причина №9

Для многих мужчин особо значимым «моментом» в браке является отцовство. Поэтому с появлением ребенка положение молодого мужа и вовсе усугубляется. Тут многое далеко не однозначно. Поэтому кое-что уточним.

Вообще говоря, плохих отцов больше, чем плохих матерей (тут опять вспомним рассуждения Геодакяна). Плохие матери тоже встречаются: брошенные в роддомах и заброшенные в детдомах дети — нравственность и здесь вопиет. Но не о плохих, а о нормальных отцах, коих подавляющее большинство, и о вполне нормальных мамах ведем мы речь. Отцовское чувство особенно остро у мужчин-эпилептоидов (читайте мою книгу «Как разбираться в людях, или Психологический рисунок личности»). А среди мужей больше эпилептоидов. Вот гипертимы — тех не слишком заденешь отлучением от ребенка. Гипертимов немало среди мужчин, но они не женятся, а чаще так просто — сексуально общаются, — так что среди мужей их меньше всего. Другие психотипы пусть не так остро, как эпилептоиды, но тоже переживают за своих детей.

Так что в общей массе мужчин-мужей, ценящих отцовство, большинство. А при разводе вопреки законодательству и в соответствии со сложившейся практикой ребенок остается почти всегда с матерью. Отец же практически полностью лишается прав на общение со своим ребенком. Он имеет одно право (оно же и обязанность) — платить алименты.

Во время ссор муж и жена уточняют свои возможности в отношении ребенка. В конце концов, и он и она понимают, что ребенок останется с ней. И что она может ребенка «дать», а может «не дать».

Ребенок тут как предмет, как орудие пытки. Если отец любит ребенка, то разрыв с ним для него страшен. Наверное, он тяжелее даже потери жены. Ведь новую жену все-таки можно найти и первую забыть. А утрата ребенка невозместима, потому что ребенок — своя кровь, к нему привыкают с момента его рождения, ребенок забывается намного труднее. И поэтому если разрыв и с женой, и с ребенком, то стресс разрыва для мужа — двойной. Нет — тройной. Постулируем, что разрыв с ребенком тяжелее, ну пусть вдвое... Плюс разрыв с женой...

Боязнь потерять ребенка делает положение мужа-отца очень зависимым. Он не хочет развода.

Причина №10

В случае развода муж-отец лишается большей части нажитого, в том числе (и главное) — жилища. Как решается чаще всего вопрос о жилплощади? Из сделанной правдами-неправдами двухкомнатной квартиры он едет в комнату в коммуналке, а она с ребенком — в однокомнатную отдельную квартиру. Уважающий себя совестливый мужчина, как говорится, берет электробритву и уходит. То есть в имущественной проблеме он отброшен к началу процесса — все надо начинать снова. А если он и оставляет за собой что-то по закону, то терпит моральный урон в глазах общества и друзей.

Такой имущественный крах еще больше увеличивает стресс разрыва. И муж всячески избегает развода...

Причина №11

И главное, главное... Да, главное. Вот состоялся развод, ну, или ведущий к нему разрыв отношений. Или даже только ведущая к разрыву напряженность... Жена уже нашла замену, пусть и не обязательно брак, но с тенденцией к браку — или даже без тенденции... но уже установились регулярные интимные отношения. ИЗМЕНА!!! Для мужа — это душевная боль. Сам по себе разрыв — это маленькая смерть. Удар по самооценке. Позор при огласке. А измену мужчины переносят гораздо тяжелее, чем женщины.

При этом ревность мужчин более глубинная, биогенная. Ставились ужасные эксперименты (чего только не сделают шизоиды-ученые ради установления истины!) Я бы таких экспериментов не ставил, потому что для меня и так все ясно, а подобных экспериментаторов ставил бы к позорному столбу, потому что опыты, которые они ставили, — ужасны. Но они ставили. Чтобы удостовериться. Итак, самец шимпанзе отсаживался в клетку, которую ставили рядом с клеткой, где остался его гарем. Теперь даже дети знают, что у многих животных самцы формируют гаремы. Так вот, в клетку с его гаремом у него на глазах подсаживали другого самца, который делал с самками что хотел. А наш-то, наш-то мог только видеть, но сделать ничего не мог. Он страдал и умирал от инфаркта миокарда. Отсаживали самочку. Она страдала... но не умирала.

Боятся мужья женской неверности. И сопротивляются разводам.

Причина №12

Пусть не главная, но все же. До брака обеды, ужины, а важнее — завтраки ему готовила мама. Женился — эта почетная функция чаще всего переходит к жене. Развод. Ну не то чтобы он остался голодным, но вселенная вдруг сдвинулась с места. Рушится дом, рушатся стереотипы, рушится мир. Холодно, голодно, неуютно без домашнего борща и котлет. В прокуренной (из-за психотравмы) квартире. И это тоже психическое воздействие на него; при перспективе остаться без обеда (это она не оставила ему обед) он чувствует себя беспомощным. А потому опять же не хочет развода.

Причина №13

А теперь снова о том, что важнее. Может быть, даже важнее всего. Я говорил, что жена-мать в случае разлада может ребенка мужу «дать», а может и «не дать». И говорил, что здесь ребенок выступает как объект. Но даже и пятилетний ребенок уже субъект, у него свои мотивы, свои понятия о жизни. Очень зависимые, впрочем, от влияния мамы. Он знает, что в случае развода останется с мамой. Ведь так уже случилось с другими детьми. И к естественной пуповинной привязанности присоединяется еще и то, что он видит: мама — в доме начальница. Мама дает папе деньги на обед-сигареты, а ему, ребенку, на завтрак-мороженое. Понятно, папа больше, поэтому папе мама дает больше, но и ему, и папе дает мама. И в этом отношении он с папой — на равных.

А вот выходной. Папа и сын что-то конструируют, мама готовит вкусный обед. С кухни доносятся манящие запахи. Мама — главный маг и магистр! — объявляет: «Ну, мужчины, руки помыли? Марш за стол!» И он с ребенком как бы в одном вольере. Как справедливо заметил писатель-человековед Леонид Жуховицкий, для маленького ребенка кормилец тот, кто ставит кашу на стол. И в результате ребенок, даже мальчик, при ссорах родителей эмоционально объединяется с мамой. Отец оказывается в изоляции и переживает угрозу разрыва и с ребенком. Нет, развод подобен смерти!

Итак, у нас набралось целых тринадцать причин (чертова дюжина), по которым молодые мужчины не хотят развода... Складывается впечатление, что женщина ценит брак до брака. Сколько усилий и ухищрений — чтобы выйти замуж, сколько страданий, что не замужем! «Старая дева», «засиделась в девках», «никому не нужна» — слезы, упреки в адрес родителей, а родителей — в ее

адрес... Мужчины не женятся — «не дают себя окрутить», «еще не нагулялся», «еще не создал основы для семьи»... Но вот женился—и боится развода, ценит брак в браке.

А она уже не помнит времени, когда страдала, и стремится освободиться от пут.

Выберем из этого абзаца слова для слогана:

ЖЕНЩИНА ЦЕНИТ БРАК ДО БРАКА, А МУЖЧИНА ЦЕНИТ БРАК В БРАКЕ.

А теперь давайте разберемся в психологических проблемах, связанных с процессом самого развода.

Развод — это маленькая смерть

Сократ:

— Люди разводятся сразу: решили — и развелись? Или то разойдутся, то сойдутся, то снова разойдутся, то снова сойдутся —-и в конце концов разойдутся и разведутся?

Хор:

— Конечно, второй вариант. Сократ:

— А первый встречается? Хор:

— Крайне редко. Как исключение.

Ну что же, эта маета — разойдутся-сойдутся-разойдутся-сойдутся — часто продолжается довольно долго. Чем она обусловлена? Здесь уже я не решаюсь спрашивать хор народных голосов. Объясню все сам, как понимаю. А читатель пусть соглашается или подправляет мои интерпретации специалиста.

Когда накапливаются отрицательные впечатления и когда к положительному мы уже привыкли (см. иллюзию взаимной оценки) — отрицательное в партнере нас начинает раздражать. От него хочется освободиться. Возникает внутренний конфликт «приближение-избегание» по Курту Левину, тому самому, который уехал от Гитлера в СШАдо большой войны. Поясню. Левин выделил три вида внутриличностных конфликтов. Самый каверзный мы уже назвали: «приближение-избегание». Я хочу любоваться красотой жены, но не хочу терпеть ее капризы. Есть

конфликт «приближение-приближение»: хочу в кино и хочу пообедать. «Избегание-избегание»: хочу избежать упреков в том, что съел пирожное, и хочу избежать голода...

Так вот этот самый каверзный внутренний конфликт «приближение-избегание» имеет к нашей теме самое близкое отношение. И даже пример для пояснения — хочу красоту, но надоели капризы — мы привели прямо по теме. Дальше события тоже известны: к красоте привык, а капризы все время терроризируют, отрицательные впечатления от них накапливаются. Аналогичные переживания у жены: хочу его статус и заработки, но надоели донельзя придирки к тому, что хожу непричесанная. Отрицательные впечатления опять-таки накапливаются и зашкаливают, а к плюсам наступает безразличие. И тогда у обоих созревает решение — разойтись.

Разошлись. Разрыв. По законам вытеснения, открытым Зигмундом Фрейдом, отрицательные впечатления забываются. Вспоминаются и помнятся положительные. Подобные внутри-личностные события называются психической защитой. Психика защищается от неприятных переживаний. А замены супруга на другого, лучшего, нет. И начинается обратный процесс — надо сойтись...

Сошлись! Снова лезут в глаза минусы. Надо разойтись...

Да, действительно похоже на маятник: разошлись — сошлись — разошлись —сошлись — разошлись — сошлись...

Но со словом «маятник» возникает еще одна ассоциация. Близко здесь по смыслу и слово «маяться». Они и маются. Поэтому я и употребил слово «маета». И она, эта маета, продолжается до того момента, пока кто-нибудь все-таки не находит замену.

А другой остается один. А вот когда он действительно остается один... это смерти подобно. Но смерть мгновение — если не считать пресловутого коридора со светом в конце тоннеля. А здесь одиночество, которое, кажется, длится целую вечность. Все же, поскольку не в полное небытие переходим, я и позволил себе метафору «маленькая смерть».

По данным интервьюирования многих покинутых мужей и жен я могу выделить множество тягостных переживаний.

Жизнь как будто оборвалась, кажется бесперспективной.

Все утратило смысл.

Ничего не хочется делать, только лежать и спать. Исчезла вера в людей. Ведь меня оставил тот, кому я отдал

все — свободу, молодость, имущество, о ком заботился, для

которого работал, с кем родил ребенка.

Ее гложет проблема, как общаться с ушедшим мужем по поводу детей.

Одолевает жуткое чувство ревности. Перед глазами сцены сексуальной измены.

Резко отрицательное отношение к бывшему супругу (супруге) и сопернику (сопернице), к которому те ушли.

Жажда мести. Приходят в голову мысли, как отомстить супругу и как отомстить сопернику.

Планы, как вернуть ушедшего.

Как делить имущество, в особенности жилище.

Проблема поисков замены.

Переосмысление собственного поведения, самообвинения.

Многое противоречиво в этих переживаниях. Жажда отомстить и жажда вернуть. Обвинения и самообвинения. Но все переживания строятся вокруг этого ключевого события — разрыва. Эта психическая травма сопровождается слезами, унынием, бессонницей. Переживания могут ограничиться рамками психологической реакции, но могут зашкаливать и перерастать в невроз и даже в психоз.

Позже психические раны «рубцуются», человек как-то возвращается к жизни, вступает в новые отношения.

По закону психической защиты ушедший обесценивается. Он ушел — он плохой. Она ушла — она плохая. Это — если не удается вернуть.

Здесь есть некоторая разница между мужской и женской психикой. У женщин психическая защита прямолинейная: он ушел — значит, он плохой! Я ему отдала молодость. Этот упрек чисто манипулятивный. Он ведь тоже отдал ей свою молодость или зрелость.... Она чаще всего рассуждает эмоционально: «Он ушел к ней, пусть, она ему еще покажет, так ему и надо». Мужчина более рассудителен. Он может сказать, например: «Она ушла, недооценила меня, она плохо поступила, но бог ей судья, «дай вам бог любимой быть другим».

Церковный брак нерасторжим. Но разве мало мы знаем о муках друг с другом и при таком нерасторжимом браке. Если он скреплен внешними скрижалями, обручами. «Обрученные» читается как «обреченные». Тоже плохо. Так что люди светские, демократически настроенные — за брак, который расторгается по обстоятельствам.

Но тут свои проблемы — нажили общее имущество. Ну как поделишь дачу? Не вилки же и ложки — предмет дележки. Дача-то одна. Столько в нее вложено! И вот законодатели придумывают такую вещь, как брачный договор, в котором ключевое слово — «развод». «При разводе имущество делится так-то и так-то...» Бррр... заключают брак, вступают в супружество, а говорят не о любви, а о том, как будут делить фамильное серебро в случае развода. Была и остается прописочная проблема. Если супруг прописался, то он через полгода проживания имеет уже право на площадь. И понятно, что всегда найдутся люди, готовые притвориться любящими, прописаться и отсудить себе площадь. Однако самое главное — это ребенок.

Делят ведь и детей... А здесь что: одного ребенка — одному, другого — другому?.. И здесь... большее брррр... А если одного ребенка? То совсем брррррр... Припомним, мы уже «постановили», что стресс разрыва с ребенком, по сравнению с потерей супружества, двойной, поскольку это своя кровь. Так что: «маленькая смерть»...

В Ветхом Завете рассказывается, как царь Соломон провел свой суд мудро и лукаво, — тоже, конечно, брррр!.. Две женщины оспаривали права на ребенка, которого предъявили Соломону. Каждая заявляла, что она мать ребенка. Соломон велел принести топор и разрубить ребенка, пополам, дескать, каждая получит половину. И вот реальная мать отказалась от своего ребенка лишь бы он был жив, и лукаво-мудрый и, будем думать, добрый Соломон отдал его ей. А родители, деля одного ребенка, разрубают его сердце, душу. Не думая, каково ему. Настраивают ребенка против другого, конечно, «нехорошего», родителя.

Дай рвущемуся к власти навластвоваться всласть

Вот вы познакомились. Вот вспыхнула love. Вот произошел обмен положительной информацией друг о друге (а отрицательная скрывается, а не вскрывается — повторяемся-повторяемся для закрепления). And happy end — свадьба. Но happy end — это для красного словца. В жизни подстерегают трудности. То, что будет после свадьбы, должно волновать не меньше, чем то, что волнует до нее. Нет, даже больше должно волновать. А главный вопрос после свадьбы, увы, не любовь и тем более не секс. Главный вопрос — это вопрос о власти!

Начало супружеского двадцатилетия

Мы обсудим не исключения, а типовой вариант. Муж и жена — приблизительно ровесники, поженившиеся по любви в молодом возрасте; не слишком религиозные, принимающие идею равенства мужчины и женщины, а не то что «жена да убоится мужа своего». Все, что отклоняется от этого типового варианта, будет иметь свои особенности. Так что не слишком придирчиво читайте дальнейший материал. Если муж намного старше — будут отклонения. Если жених молод, но из очень богатой семьи — тоже будет что-то иначе, чем мы опишем в типовом варианте. Но если все факторы, которые мы обсудим, будут один к другому, то все будет так, как мы опишем. Примерно, конечно, приблизительно, не до миллиграммов и миллиметров. Будет 66/33 (шестьдесят шесть на тридцать три). То есть вероятность примерно 66 из ста. А 33 — это на разнообразие.

Но давайте вернемся к типовому варианту.

Если противоречий нет, то в дело идет простое побуждение: она подала мысль, я принял, и оба радуются. Вспоминается счастливая поначалу супружеская пара. Первое время 20-летняя Лера удивлялась, как совпадают ее желания с желаниями любимого 20-летнего мужа Валерия. Она шутила: это потому, что у них одинаковые имена. Ей и ему одновременно хотелось «посексуальничать». Любое поползновение, любая ласка возбуждали обоих. Возникшая внезапно взбалмошная мысль пойти вдвоем бродить ночью по зимнему городу тут же воспринималась вторым супругом с восторгом. От родительского ворчания оба были уже освобождены — женаты! Но вот появляются непринципиальные расхождения — один поканючил, другой «снизошел» — и тоже без конфликтов. Обычно это бывает в чуть более старшем возрасте и при чуть большем супружеском стаже.

Участник сексологического семинара для супругов Илья рассказывает: «Хочется поспать после трудового дня, я секс предпочел бы утром. Но Наталья взбудоражена телесексфильмом и пристает с ласками — ну что ж, можно пересилить сонливость и настроиться на сексуальную волну. Когда же я, проснувшись и сладко потягиваясь, предлагал ей «интимные услуги», она соглашалась на них вяло и неохотно».

Но могут возникать ведь и более значимые расхождения — тогда можно призвать на помощь логику, привести аргументы, чтобы убедить второго супруга, что предложенное ему же и нужно.

Интервьюирую психологического клиента Володю. Ему 45 лет. Он мечтал о спиннинге и просил жену согласиться на приобретение этакой дорогостоящей удочки. Жена отвечала, что ей не меньше нужны вторые сапоги — эти уже немодные, в них можно разве что гулять с младшим ребенком. Володя сказал о том, что старший, 15-летний сын тоже увлекся бы рыбалкой и меньше общался с дворовой ребятней, которая на сына дурно влияет. Кроме того, его приятель, имея такой спиннинг, привозит каждую неделю по 5 килограммов рыбы — главное, места надо знать. Жена Валя нехотя согласилась на покупку спиннинга, но впоследствии была очень довольна.

Все это действительно случаи из жизни. Но нас больше волнует другой расклад. Когда возникают непримиримые противоречия. И вот здесь каждый из супругов прибегает часто к средствам принуждения.

У кого в руках больше средств принуждения: у мужа или у жены ? На такой фронтальный вопрос в аудиториях люди обычно отвечали, что у жены; реже — у мужа; и еще реже говорили о паритете.

На самом деле этот разброс мнений объясняется более сложным раскладом причинно-следственных связей.

В ПЕРВЫЕ ГОДЫ СУПРУЖЕСТВА РЫЧАГИ ВЛАСТИ

СОСРЕДОТОЧЕНЫ УЖЕНЫ, А К ДВАДЦАТОМУ ГОДУ,

ЕСЛИ СЕМЬЯ НЕ РАСПАЛАСЬ, ОНИ ПОЧТИ ВСЕ ПЕРЕХОДЯТ К МУЖУ

Давайте то, что было выше продекларировано, расценим как теорему, которую требуется еще доказать.

Прибегнем, уже по обыкновению, к методу Сократа, поскольку доказательства, читатель, у вас в руках, это ваши же наблюдения. (www.marsexxx.com) И изредка мы будем взывать к научным фактам. В то же время все это (и ваши правильные житейские наблюдения, и научные факты) мы постараемся свести в некую единую систему, которая и должна подтвердить выдвинутое мною парадоксальное утверждение.

 

Поговорим сначала о первых годах супружества. А потом — о последних годах супружеского двадцатилетия, если оно будет «отпраздновано». Почему двадцатилетия? А потому что в конце двадцатилетия дети почти выросли, и брак выполнил как бы свою родительскую функцию. В это время начинают активнее разводиться мужчины. Я приводил данные Любови Васильевны Чуйко: активность в разводах у мужчин обгоняет активность женщин после 50-летнего возраста.

Кто над кем будет властвовать, зависит в значительной мере от того, кто в ком больше нуждается. А это последнее, в свою очередь, зависит от того, кто из супругов легче найдет замену «худшему», делающему все вразрез с его представлениями о жизни, на «лучшего», того, кто будет послушен. При всем том, что в других отношениях он и она нравятся друг другу.

Фактически все причины, по которым власть в первые годы супружества оказывается в руках молодой женщины, мы обсудили. Это причины №3—13, по которым мужчины стараются удержаться в браке (см. с. 27—38 ). А поскольку они заинтересованы в браке больше, чем жены, то жены могут ставить в качестве условия ПОДЧИНЕНИЕ.

Напомним, что в 68 процентах разводов инициаторы — жены и только в 32% разводов инициаторы — мужья. Назовем снова, но кратко, эти причины «скоса» в разводах. Я, конечно, мог бы снова все переписать, но вряд ли стоит это делать. Я рассчитываю на людей, которые читают мою книгу с достойным ее вниманием. Если все же тот материал вы прочитали не очень внимательно, советую перечитать его внимательно. Потому что развод разводом, но роль рычагов власти важна и актуальна во многих отношениях.

Для легкости и простоты я буду ссылаться прямо на «номер причины». Она же и рычаг власти.

 

• Причина № 3 (с. 27). Она привлекательнее для противоположного пола, чем он.

• Причина № 4 (с. 29). У нее лучше психотехника общения.

• Причина № 5 (с. 30). Доходы у супругов примерно равны, но для замены ему нужно больше финансовых ресурсов.

• Причина № 6 (с. 32). До 24 лет демографическая ситуация в ее пользу.

• Причина № 7 (с. 33). Он менее стрессоустойчив. А разрыв — это стресс.

• Причина № 8 (с. 34). Он более сексуален.

• Причина № 9 (с. 35). Разрыв с ребенком для него тяжел, а ребенок остается с матерью.

• Причина № 10 (с. 36). Развод для него — имущественный крах, он отброшен к началу процесса.

• Причина № 11 (с. 36). Он не выдерживает осознания измены со стороны жены. Ревность.

• Причина № 12 (с. 37). Он не переносит изменение стереотипа.

• Причина № 13 (с. 37). Ребенок в случае конфликтов объединяется с мамой.

 

Есть и еще причины более сильной власти молодой жены, которые не являются непосредственными причинами, удерживающими мужей от развода. Посмотрим, как используется, например, ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ.

Окружение «по месту жительства» как чаще настроено? Женщины — хранительницы домашнего очага, мужчины — пьяницы и гуляки. Даже если она изменяет ему, то лишь «потому, что он ее обижает». И действительно, пьяниц среди мужчин больше, чем среди женщин. Но мы уже уточняли, что ведь и нравственных гениев больше. У мужчин все так. Больше талантов в науке и больше олигофренов (чем среди женщин). Больше коротышек и больше долговязых. Больше очень плохих и больше очень хороших. Я обо всем этом говорил, когда разбирал причины большей активности жен в разводах. Помните аргумент: «я не хуже подруги, а мой муж хуже ее мужа»? Но что еще вытекает из концепции Вигена Геодакяна? Бросаются в глаза пьяницы, и по ним — выборка ведь! — делается вывод обо всем роде мужском: средний мужчина хуже средней женщины. Более сложная закономерность (у мужчин вообще больше крайностей) в расчет не берется, она и неизвестна в широких кругах. Геодакян ведь обсуждал свою теорию не в газетах, а в научных журналах. Так что общественное мнение дома и в служебной

сфере — не в пользу молодого мужчины. И чуть что — к этому мнению можно апеллировать.

Что же, и это рычаг власти, пусть небольшой, но в руках жены. Вздумал бы молодой муж прийти к начальству по поводу семейных конфликтов... Сослуживцы подняли бы его на смех. Иное дело, если на работу к нему придет она. Разумеется, сейчас не времена хрущевско-брежневского застоя, но и сегодня жена скорее найдет понимание и поддержку. Дыма без огня не бывает — полагают сослуживцы. Руководитель-женщина поддержит молодую жену из женской солидарности. Руководитель-мужчина поддержит молодую жену вопреки мужской солидарности, из соперничества; хотя в мотивах не признается даже себе. А мотивы такие. Сейчас я ей окажу услугу, защищу ее, а потом мы будем с ней знакомы, они разведутся, и она со мной заведет роман. А по отношению к молодому мужу у начальника срабатывают «родительские» тенденции — наказать. Молодой муж продвигается по службе, и любая запятая может стать точкой на этом пути. Так что молодой муж боится жалоб на свою работу со стороны жены.

В домоведении муж несведущ. В какой-то мере это ему выгодно. Вместо домашних забот можно заняться интересными для него мужскими делами. И он не сопротивляется такому положению. Но проигрыш-то оказывается на поверку гораздо больше. Жена в домоведении компетентна, а он нет. А значит, именно она распорядитель кредитов. Он ей деньги ОТДАЕТ, а она ему ВЫДАЕТ. На еду-транспорт. На покупки-химчистку. Она в доме работодатель. А дала работу — надо проконтролировать ее исполнение. Она и выполняет функции ОТК (отдела технического контроля). Она домашний прокурор и судья. Она домашний судебный исполнитель — за нерадивость надо наказать! Плеткой, конечно, нельзя. Но ворчанием можно... Или молчанием.

 

Сократ:

— А что тяжелее?

Хор:

— Молчание...

Сократ:

— Почему?

 

Здесь я вынужден дать свое психологическое объяснение. Ну что такое ворчание? Это значит, что жена хоть и трудная,

но все еще здесь рядом, никуда она не денется — поворчит и успокоится. Так что понятно, почему Хор единодушен. А молчание — это заговор, разрыв, пусть и частичный, предтеча полного разрыва.

Все это вместе — атрибуты ВЛАСТИ. А хорошо известно: любая власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно...

Когда-то я опубликовал в «Вечерней Москве» маленькую, но под броским заголовком статью «Кухня — дело мужское», направленную в общем-то в защиту перегруженных домашними делами жен. И получил большую почту, в которой лейтмотивом было: «Э, нет, мы кухню мужьям не отдадим». Итак, постанывая от перегрузок (но это — лишний повод дать ему почувствовать свою значимость и упрекнуть), жена не хочет отдать ему лидерство в домоведении. Ведь власть по дому фактически означает власть в доме. Пусть он ей «помогает», то есть выполняет неквалифицированную работу. Под ее мелочным и дотошным руководством.

У жены есть еще один мощный рычаг власти. Я уже писал о лучшей психотехнике общения у молодых жен по сравнению с их молодыми же мужьями. Там мы отметили значение ее для уменьшения стресса одиночества и для поиска замены в случае разрыва. Но оставили за кадром то, что имеет значение непосредственно в супружеском общении. А это интересно. Ведь с таким преимуществом, как более развитая психотехника общения, она его, попросту говоря, ПЕРЕГОВОРИТ. К тому же у мужей более стрессовые профессии. И к тому же ему для нужд семьи приходится и прирабатывать. Домой он приходит сверхуставший. И вот. представим себе, она заказывает билеты до Сочи, хотя он полагает, что ехать семье на отдых надо бы в Карелию, на озера, где костры, рыба, грибы, мало людей, а не в Сочи, где многолюдно, грязно и дорого. Менее способный к общению, а тут еще и уставший, он вяло возразил — одно слово в две секунды. А она три слова в секунду в составе весомых и длинных фраз: «Я тебе говорю, что все люди едут в Сочи. Неужели они глупее тебя? Они же не глупее тебя, а едут в Сочи» — эти примерно два десятка слов она произносит за 15 секунд, он же воспринимает только половину и... уступает.

Так же обстоят дела и с гиперсексуальностью молодого мужчины. Ее следует учитывать не только в ситуации разрыва, о чем я толковал, когда объяснял, почему молодые мужчины стремят-

ся сохранить брак. Ведь в рамках непосредственно супружества в связи с повышенной сексуальной активностью молодой муж зависит от менее сексуально активной жены. Ее сексуальность лишь пробуждается и достигнет пика после тридцати ее лет. Конечно же, любое непослушание мужа вызовет у нее отрицательные эмоции. Секса она при этом не хочет. И близости не допустит. То, что я сейчас описал, — естественная, так сказать, регуляция при выраженном у жены libido. Но некоторые жены менее зависимы от мужей в силу менее выраженного влечения. А может быть, в силу даже конституциональной фригидности (холодна от роду — и все тут). Такие просто отлучают мужа от супружеского ложа за любую провинность. В моей клинической практике был и такой случай — жена мужу говорила: «Помойное ведро не вынес — полового акта не будет».

Смех — смехом, но на деле это очень сильный рычаг власти женщины. И он козликом прыгает вокруг нее и — ублажает.

Получается, что рычагов принуждения у молодой жены по отношению к молодому мужу достаточно много. Никто не учит ее пользоваться этими рычагами. Она сама умело их нащупывает. Женщина — талант в мире отношений и общения. Она изысканно экспериментирует. Она практикует пробные разрывы с повышением напряженности. Сначала ворчание — первая степень. Потом молчание. Мы уже говорили о том, что молчание страшнее ворчания. Но вот не помогло и молчание... Тогда — в ход пускается уход из дому на пару часов. Не подействовало и это — практикуется более сильный «наезд» — переезд ненадолго к родственникам или друзьям с демонстрацией доказуемого (обратите внимание на такую манипулятивную тонкость) сохранения верности мужу на тот случай, если развод все же не состоится. И это не сработало? Тогда, может быть, подействует объявление о временном разрыве, а потом о полном разрыве, а потом и о разводе? Так она его зондирует. Если нет уступки при меньшей напряженности, включается большая.

Нередко жена стремится осознанно вызвать чувство ревности. Демонстрирует интерес к ней других мужчин. Говорит о возможности и допустимости измены и замены. Иногда дело доходит до действительной измены с демонстрацией ее мужу. Имеется в виду не измена, диктуемая новой любовью, а измена именно как средство принуждения. Повторим, что измена жены доставляет молодому мужу страдание, что это удар по его самооценке, что это позор при огласке, что ревность у мужчин более глубинная. Помните эксперименты с обезьянами? ОН умирал от инфаркта; ОНА страдала, но не умирала. Мужчины измену переносят тяжелее, чем женщины. Так что угроза измены — очень неприятный, серьезный, бьющий по самолюбию рычаг власти в руках женщины. А уступил, послушался — отношения восстанавливаются.

Не стоит думать, что жена регулярно бегает на работу мужа с жалобами, устраивает сексуальные забастовки и постоянно показывает мужу, насколько он бесправен в отношении ребенка. Все это — на полутонах, намеках. Это подразумевается, понимается. В психологии такое скрытое психологическое воздействие с выгодой для себя и в ущерб партнеру называется манипуляцией. Это одна из форм субъект-объектного отношения к людям, когда другой рассматривается осознанно или на бессознательном уровне не как равный мне субъект, равная мне личность, а низводится до уровня предмета (объекта).

В данном случае муж является объектом манипуляции.

«Ах так! Ты не хочешь ехать в Сочи? Ну и прекрасно!» — сказала жена и замолчала. Он тоже замолчал — а что же делать? И вот она берет телефонную трубку, а он садится в кресло. Она набирает номер, а он берет книгу. Но до чтения ли ему? Буквы прыгают перед глазами, да и книга вверх ногами, он же взял ее в руки только для того, чтобы показать, как он спокоен, не подумав о том, что она прекрасно видит, как книга, подрагивая в его руках, выдает его внутреннее волнение. Да и не может он сосредоточиться на чтении, потому что прислушивается к разговору. С кем это она?.. Может быть, назовет имя? Н-нет, она не называет имени, пусть он помучается в догадках, измена это или еще нет. Она тщательно избегает даже глагольных окончаний в прошедшем времени, которых он ждет, потому что ясно: «делал» — значит, там «ОН», «делала» — тогда «она». Разговор закончен, через 15 минут ее встретят у подъезда, кто — для него неясно, то ли давняя подруга, то ли давний друг. И вот она готовится к свиданию. Возможно, с подругой, но... Как это делается? Вот жена каблучками простучала туда — подкрасилась, вот каблучками простучала обратно — поправила прическу, подошла (каблучки!) к вешалке — прошуршала плащом, прошла (каблучки!) в другую комнату — взять сумку, подошла к двери (каблучки), остановилась — поразмышляла, не забыла ли чего, все-таки забыла (каблучки), взяла (каблучки), остановилась у двери, тихо щелкнула замочком сумки, громко щелкнула дверным замком,

отворяя дверь... Все! Его нервы не выдерживают, и он отбрасывает книгу:

— Ну, хорошо, хорошо, едем на юг, как ты хочешь! Бог с ней с Карелией и с озерами, едем в Сочи!

И она, не мгновенно, но умеряет свой гнев:

— Ну вот, сразу бы так, а то север...

Снимает плащ, звонит:

— Кать, ну ты извини меня, в другой раз, ладно? Тут Сережка со мной помирился, сама понимаешь, примирение должно быть бурным...

Улыбается:

— Ну, иди сюда, глупый...

«Глупый» — это и ласка, и унижение. Итак, только полутона, намеки, вероятность. Но даже малейшее опасение, что она применит рычаги власти, заставляет его отступать и уступать. Некоторые мужчины защищают себя такой мыслью: «Это все мелочи: юг, север, покупки... Главное, когда дело дойдет до серьезных вещей, она будет послушна».

Но жизнь ведь состоит в основном не из землетрясений и пожаров, где жена будет охотнее подчиняться, чем командовать. К счастью, такие катаклизмы встречаются редко. Жизнь состоит из будничных мелочей и средних по значимости проблем: купить телевизор или прицеп, поехать на север или на юг... И ему приходится чаще подчиняться, чем командовать.

Основная манера женского властвования — манипуляция. Впрочем, иногда жена и напрямую напоминает о наличии у нее серьезных аргументов: не хочешь ты со мной на юг, найдутся другие спутники. Так тоже бывает.

После всей этой моей тонкой аргументации чувствую, как из-за пазухи вынимается увесистый камень:

«Да мужчинам нет надобности манипулировать — «сила есть, ума не надо».

Что ж, в отсталых слоях населения случаи насилия над женщиной имеют место. Но это те исключения, которые только подтверждают правило. Нормальный социализированный мужчина сдерживает свою агрессию прежде всего из моральных соображений: осудят друзья, снизится самооценка (опустился до того, что ударил женщину!). Понятно, не последнюю роль играет и страх перед юридическим возмездием за несдержанность. Как бы он ни осуждал ее, он боится судебного осуждения, которое, конечно же, поломает ему всю жизнь, карьеру. «И из-за кого, из-за

глупой бабы?» — думает этот «умный» мужик. Кавычки я поставил потому, что взаимные грубости — не от ума же. Сдержится... Ну а не сдержится, ударит... Не убьет, только побьет. А у нее вон сколько рычагов власти против этого одного, который и блокируется всей этой совокупностью. К тому же сам его проступок может превратиться в козырь в ее руках. Я тебя не посажу, хотя и могу, но будь послушен. И он, понурый, словно нашкодивший песик, возит мордой по полу, боясь глаза поднять, и старается ей угодить.

Рычаги принуждения — в руках молодой жены. Но ведь можно ими и не пользоваться? Можно. Но соблазн уж больно велик. «Если уж в руках вожжа...». — Маяковский. «Уважать, уважать начальство надо...» — Маяковский. Это из стихотворения «Подлиза». Ну, так, к слову, для запоминания. А если научным языком, то, владея рычагами принуждения, жена безнаказанно применяет авторитарный стиль влияния: «Так, едем, собирайся!»

Ну, не всегда так категорично-безапелляционно и резко; практикуется и мягко-снисходительный командно-административный тон: «Кисонька, не раздевайся, очень надо сходить за хлебом».

Жена может позволить себе не только наедине, но и на людях отрицательные оценки и обвинения в его адрес. А то и высмеет мужа, порой даже прилюдно.

Только очень гуманные, хорошо владеющие гуманной же психотехникой общения и обладающие большой самодисциплиной жены не используют в случае несогласия с ними мужа конфликтную манеру общения с ним и не пользуются средствами принуждения. Если возникают непримиримые противоречия в интересах, вопросы в таких парах решаются пятьдесят на пятьдесят. То есть раз на юг едем отдыхать — раз на север, раз телевизор смотрим — раз в кино идем, раз ковер покупаем — раз самолет (раз нельзя купить ковер-самолет).

Муж высоко ценит такое отношение к себе жены, и, сравнивая свое положение с положением большинства своих собратьев, испытывает счастье. Только вот редкость то, что сейчас было описано. Такой стиль отношений возникал после наших тренингов по психотехнике общения. Но в других местах этому не обучают. А самим выучиться — от кого что перенять? — можно, но сложно. В школе же пока психотехникой общения не занимаются, хотя надо бы именно в школе этим и заниматься.

Ну а если жена не очень гуманна, если она не владеет гуманной же психотехникой общения, если самодисциплина у нее не так велика? Тогда с мужем творится следующее.

Он видит контраст между лидерским положением в служебной сфере и подчиненным положением в семейной и остро его переживает.

Он старается уйти от домашних дел. Этому причиной и перегрузки на работе. Но гораздо больше это происходит потому, что его тяготит именно неквалифицированный домашний труд и произвол жены.

Он предпочитает быть добытчиком. Нахватывает дополнительные работы, чтобы заслужить ее одобрение. Но это, в свою очередь, способствует переутомлению и отходу от домашних дел. И опять же увеличивает значение и власть в доме именно

жены.

Все это поверхностно-психозащитное поведение. Неприятные переживания уменьшаются, но не устраняется их причина, которая воспроизводит ситуацию, вызывающую напряженность. Можно и вообще, и в данном случае психическую защиту сравнить с ненадежной покрывающей рану пленкой, под которой происходит острое или хроническое воспаление.

Психозащитная природа проявляется и в том, что он уходит в свой рабочий угол для выполнения «домашних заданий» по служебной линии, в хобби, в телевизор, в спорт. Особняком стоит автолюбительство. Машина дает ему чувство значимости в доме, ведь машина — продолжение дома, а здесь жена пока еще не очень компетентна. Но и это преимущество мужа кончается. На автодорогах я все больше вижу за рулем женщин.

То, что мы сейчас описали, можно образно назвать внутренней эмиграцией. То есть он в доме — и в то же время вне домашних отношений. Пока еще все не так драматично, но напряженность нарастает. Постепенно внутренняя эмиграция перерастает во внешнюю. Вот он ушел к соседу перекинуться в шахматы, вот пошел в сауну с мужиками попариться, вот оторвался на рыбалку, а то и на охоту. Но и играя в шахматы с соседом по подъезду, и «отдыхая» в сауне, и следя «клюет — не клюет», он старается всеми силами сохранить семью и сохранить в ней мир. Пусть и ценой собственного самолюбия.

В общении он старается не задевать жену первым, а в ответ на ее конфликтное поведение пытается вести себя сдержанно,

не показать свое справедливое, с его точки зрения, раздражение. Это, впрочем, чередуется с взрывами гнева, после которых обычно возникает досада на себя и он снова становится покорным.

Есть и менее покладистые мужчины. Взрывы гнева все чаще, внешняя эмиграция все активнее, отрывы от семьи все длительнее и бесконтрольнее. С такими как раз жены и разводятся. И считают себя справедливыми, страдающей стороной, а мужей называют неблагодарными гадами, которых надо наказать, которым надо отомстить — ведь потрачено несколько лет жизни...

Мы уже затрагивали вопрос о неравенстве при разводе. Ребенок — с ней. Квартира делится не поровну. Изначально у них были равные жилищные условия — по одной комнате в родительских квартирах. Съехались в «двушку», приплатив за приобретенные метры и кухню с санузлом. Как будут разъезжаться? Скорее всего, она с ребенком — в однокомнатную, а он — в комнату в коммуналке... Это — если не вставать на криминальный путь.

Жена вполне мыслит себе такой неравный развод в надежде, впрочем иллюзорной, на возможность замены «плохого» мужа на «хорошего» другого. Он же не хочет такого расклада. И проявляет покладистость.

Есть мужья, которые, не выдержав гнета, сами подают на развод...

Мы все еще обсуждаем первые годы брака... Подчеркнем, что и менее покладистые, и вовсе не покладистые мужья в молодом возрасте — в явном меньшинстве. Больше — терпеливых. Однако и

ТЕРПЕЛИВЫЕ МУЖЬЯ ТЕРПЯТ ВЕЗ ЭНТУЗИАЗМА, А СКРЕПЯ СЕРДЦЕ И СКРИПЯ ЗУБАМИ.

Жена чувствует это, и, несмотря на внешне проявляемую покорность мужа, она недовольна, она хотела бы его искреннего согласия с ее «мудрым» руководством и с ее руководящей ролью вообще. Кроме того, вскрываются и другие мало приемлемые для нее его черты, которые до свадьбы скрывались. Все это, складываясь, порождает ее желание развестись и найти замену.

И вот многие из таких жен стараются найти вариант замены. Делают они это, не ведая, что творят. А творят разрыв себе с ним

и ему с нею самой и с ребенком. Не ведают они и того, что в новом варианте, даже если он состоится (а с ребенком труднее выйти замуж, чем без ребенка), будут новые трудности, похожие или чуть иные, но все равно трудности, эквивалентные тем, которые возникали с первым мужем.

 

Мы описали модель отношений в первые 2–3–4 года супружества. Понятно, что это именно модель и что эта модель носит собирательный характер.

Могут быть исключения, разумеется. Сейчас «процесс пошел», процесс расслоения в обществе, и при активности и нещепетильности, как уже говорилось выше, можно получить большие доходы и в молодом возрасте. И вот если муж ради семьи стал зарабатывать существенно больше, то власть молодой жены становится несколько меньше, а его вес в семье — несколько больше. А может быть, его родители весомее. А может быть, он обрел дополнительные умения по психотехнике общения благодаря занятиям у психологов. Но ситуация, при которой по всем пунктам, определяющим доминирующее положение супруга в молодежной паре, проходил бы молодой муж, — маловероятна.

В целом пока ей можно ликовать.

Конец супружеского двадцатилетия

Теперь также собирательно, также в общем и целом мы опишем ситуацию, характерную для, условно говоря, двадцатого года супружества, если, конечно, оно сохраняется. Согласно нашей «теореме» в это время почти все рычаги власти переходят к мужу (см. рисунок 18 на с. 43).

Схема наглядно демонстрирует, что переход этот происходит не сразу, а постепенно. Но сейчас мы обсудим уже результат этого процесса... Итак, двадцатый год затянувшегося супружеского «поединка» в борьбе за власть.

Разбираясь в ситуации первых лет супружества, мы как бы даже нагнетали трудности, которые испытывал молодой муж. Тогда мы как бы жалели только мужа. И женщины, читая этот материал, могли даже сделать вывод, что я принимаю сторону мужчин. Но нет, я «не против никого»! Я за тех и за других! В первые годы действительно все складывалось не в пользу молодых мужей. И кстати, мамы молодых мужей в связи с этим раскладом сил тоже ведь очень страдают, а они женщины, так

что я и их жалею. Когда у бабушки со стороны папы отнимают внуков, то ведь это у женщины отнимают.

Противоположная картина складывается на двадцатом году супружества. Далеко не в пользу прожившей с мужем двадцать лет жены. И мы будем как бы жалеть теперь ее. Эти наши «как бы» означают, что жалеть на самом деле надо обоих и что мы описываем процессы как они есть. Теперь вот настало время жалеть жену. Скажу заранее, что, в конце концов, женщина страдает больше. Поэтому и жалеть ее надо больше. Но это не отменяет того, что к молодому мужу тоже надо проявлять жалость и доброту. Тогда и положение жены будет не таким тяжелым, потому что доброта порождает доброту. Ну а если он и при этом будет плохо себя вести, мы его осудим и осадим. А может быть, он будет хорошим?..

Эти длинные преамбулы свидетельствуют, что никак мне не приступить к делу. С тяжелым сердцем начинаю я этот нелегкий разговор. Но не до бесконечности же затягивать его начало. Так что с богом!

Что можно сказать о возможностях замены одного варианта на другой в конце двадцатилетия? Мы помним, что эта возможность зависит в первую очередь от степени привлекательности каждого из супругов.

 

Сократ:

— И кто же на этом двадцатом году супружества привлекательнее?

Хор (со вздохом):

Наверное, мужчина...

 

Приходится признать, что так оно и есть. Он заматерел, стал по-мужски красив. Конечно, в рамках отпущенного природой. Но его даже седина красит. Она же не помолодела. Она уже седину красит.

Такова жизнь. Но такова еще и воля женщин. Они прямо-таки стараются стареть. Что я имею в виду?

Прежде всего, злоупотребляют косметикой-гримом. Нужна питающая косметика. Однако это хлопотливо и дороговато. Косметика-грим — линия наименьшего сопротивления. Сию секунду эффект обеспечен, а после — хоть потоп. Но косметика-грим — это «штукатурка». Она забивает поры, отравляет и кожу, и весь организм в целом.

Многие женщины много едят, причем не то едят — тугоплавкие животные жиры и холестерин. А он откладывается на стенках сосудов, что дает общий артериосклероз, который в целом тоже не красит, но в особенности страдает кожа: она становится менее эластичной. Жиры выходят через поры в виде угрей, которые замазываются извне кремами (тоже с тугоплавкими же жирами). Ну и плюс общее ожирение с повышением веса и лишними складками. Подумаем, спасет ли положение липосакция или изнуряющие диеты? Только на время. При этом, скажем прямо, на небольшое время.

Курение. Никотин — сосудистый яд. Сужает мелкие артерии в коже. Кожа от этого быстрее стареет, покрывается мелкими морщинами. А прокуренный рот... Этот запах никакими дезодорантами не перебьешь...

Обездвиженность... тоже вносит свой уродующий взнос.

Кроме того, такой парадокс. Косметикой-гримом жена старается улучшить, пусть на короткое время, свою внешность для чужих людей. А вот перед мужем она обычно появляется обесцвеченная после ванной, в креме, в бигуди. Получается, что

МУЖУ БИГУДИ, А НАЧАЛЬНИКУ - ЛОКОНЫ...

Прежде все это компенсировалось молодостью. Но с утратой молодости заботы о своей внешности для мужа у нее не прибавляется. Конечно, он тоже ведет не идеальный образ жизни (курит, выпивает). Но природа у него другая. Он дольше держит форму. Хотя, пренебрегая советами гигиенистов, диетологов, быстрее, иногда внезапно, умирает. В целом же время работает в плане сексуальной привлекательности на негр, но не на нее.

С внешней привлекательностью, как мы видим, положение у мужчины и женщины меняется, происходит перекрест: он заматерел, она постарела. Перекрест будет и по многим другим позициям. Их я буду комментировать отдельно и специально. Но похоже, что это — общая закономерность: перекрест.

Дорогие женщины средних лет! Мои внушения-разъяснения примите как советы вам и вашим дочерям, а не как злорадство. Ведь я жалею и ваших мальчиков-сыновей, и ваших не по возрасту преждевременно умирающих мужей. Учтите, что красивые своей молодостью формы более важны в женщине для мужчины, чем в мужчине — для женщины.

Доходы, конечно, растут и у жен, если они работают. Но даже если женщина будет очень стараться, доходы у мужей растут все же быстрее. Это подтверждается не только житейскими наблюдениями, но и некоторыми социологическими выкладками. Известно, что руководящий состав зарабатывает больше. А среди директоров и их заместителей больше мужчин, чем женщин, и не на десять процентов, а в десять раз. Разумеется, заработать можно не только на директорском месте. Но и другие мужские профессии оплачиваются лучше (в них — риск, в них нужна техническая смекалка, физическая сила, возможность оторваться от дома...). Так что в среднем возрасте мужья зарабатывают существенно больше жен.

Последнее время, правда, деловая активность женщин возросла. Появилось даже новомодное слово «бизнесвумен». Но скажем прямо, что это пока только тенденция. Мы потом подробнее поговорим, насколько она вообще имеет смысл. А здесь вспомним, что в молодости ее родители были «в силе» и зарабатывали, будучи зрелыми людьми, намного больше, чем ее муж. Тылы ее были обеспечены ими, и она от мужа была независима. Мать жены чаще всего была недовольна зятем и поддерживала ее морально; отец же, не очень вмешиваясь в житейские дела, поддерживал ее материально. Теперь родители — пенсионеры, и приходится, морально и материально, поддерживать уже их. А муж — единственный и серьезный добытчик. Здесь, таким образом, тоже происходит перекрест, как и с сексуальной привлекательностью.

Она зарабатывает немного больше, чем в молодости, но ее заработок перекрывается необходимостью помогать родителям. А у него заработки растут неуклонно.

Все эти денежные соотношения повышают его ценность в глазах жены. Учтем, что не только в глазах жены, но и ее соперниц. Теперь в случае развода он не то что раньше. Он теперь — выгодный жених. С другой стороны, разведясь, он может теперь «красиво» уйти, оставив жене и детям нажитое, а себе, может быть, даже купить новую квартиру и продолжать хорошо зарабатывать. Так что здесь нет и в помине имущественного краха, о котором мы говорили, когда речь шла о первых пяти годах супружества. И это рычаг его власти.

Да и навыки в психотехнике общения у него по сравнению с молодыми годами усовершенствовались. Он подучился у старших. Может быть, специально ходил к психологам. Так что теперь

он знакомится и ухаживает пластично, умело. Она по-прежнему владеет навыками общения, они, ранее обретенные, у нее не утрачиваются. Так что вроде бы перекреста здесь нет. Но, пытаясь их применить, она уже не получает того резонанса, который возникал в молодости. Она по-прежнему умеет принимать ухаживания, но охотников ухаживать становится все меньше и меньше. Да и ухаживания чаще всего — знаки вежливости, а не бурного влечения.

А он, «гад», научился цветочки дарить! И в краснобайстве понаторел! У него к умению ухаживать прибавляются еще и деньги, которые делают это ухаживание более респектабельным, красивым. Он уже может повести даму не только в театр с буфетом, но и в Дом актера с рестораном.

Возможности замены у него увеличились не только в связи с импозантностью, деньгами и улучшением психотехники общения. У него теперь и социальный статус повыше. И социальные связи, которые определяют многое, у него наладились.

Но главное, у него появилось больше возможностей в смысле замены в результате изменения его «демографического положения». Ведь конкурентоспособных мужчин с возрастом становится все меньше. Поумирали его соперники. А он вот не умер и относительно здоров пока. Правда, мужчины, выражаясь словами булгаковского Воланда, «внезапно смертны». Но «это не обо мне», считает он.

Между прочим, среди выживших мужчин больше и «выживших из ума», чем среди женщин. Ведь психически больных вообще больше среди мужчин. Больше и тяжелобольных. А взять в мужья тяжелобольного согласится редкая женщина. Уж лучше быть одной. Одно дело, если свой муж, с которым прожита большая часть жизни, заболеет; и другое дело — взвалить на себя обузу. Нет уж, лучше с соседками чай пить по вечерам. А на здорового разведенного мужика, которого жена довела, — конкурс.

Заключенных также больше среди мужчин, чем среди женщин. Мы позже поподробнее обсудим еще вопрос, почему это так. Но пока констатируем, что вышедшие из тюрьмы мужчины женщинами как женихи рассматриваются тоже весьма условно.

А конкурентоспособных женщин — все больше. Он легко может после развода вновь жениться. Вот они, «гады», с возрастом и разводятся все активнее, а после пятидесяти лет их активность в разводах начинает вообще преобладать над активностью женщин. Надо же до чего обнаглели — обогнали женщин, хоть и после пятидесяти! (Это по данным Л. В. Чуйко.)

Причем и жениться он может на женщине, которая более, чем прежняя жена, устраивает его в каких-нибудь смыслах. Например, она более покладиста, пусть и ненамного моложе его, — тоже разошлась-развелась и стала понимать тягость одиночества и, страшась этого одиночества, научилась смиряться в непринципиальных вопросах. Или вообще пока можно не жениться, а воспользоваться случаем пополнить донжуанский список.

Потенциальных невест для него существенно больше. Обратимся к демографической статистике: среди 40–49-летних людей неженатых мужчин было 8,4%, а незамужних женщин — 21%. В два с лишним раза больше. Припомним, что разведенные мужчины в три раза чаще, чем разведенные женщины, вступают в повторный брак. Не понимая, не зная этого, женщины тоже (припомним им это) в два с лишним раза чаще сами подают на развод. Но разведенный зрелый мужчина может жениться и на существенно более молодой женщине, впрочем чуть более уступчивой (она приобрела опыт, стала мудрее), чем прежняя жена в молодости. Теперь он имеет много преимуществ и перед молоденькими соперниками.

Снова обратимся к цифрам. 13,4% женихов в возрасте 40— 44 лет и 32,9% женихов 35—39 лет, по анализу социолога А. Б. Синельникова, сочетались браком с женщинами моложе 30 лет. Налицо существенная разница в возрасте «в пользу мужчин».

В связи с возможностью замены жены в случае ее непокладистости теперь угрожает ей он, среднестатистический мужчина, а уж тем более, если он «выше среднего». Средства давления теперь находятся в его руках.

Психологическое состояние в связи с разрывом у него уже не такое тяжелое, как могло быть в первые пять лет супружества. Физиологическая стрессоустойчивость, конечно, не увеличивается с возрастом, а может быть, даже и снижается. Но у него появились навыки преодоления стрессовых ситуаций. Появился опыт. В том числе опыт разрывов. А потому он переживает их не так драматично, как в молодом возрасте.

И с друзьями он в лучшем деловом и неделовом (аффилиативном) контакте. Теперь не только он может выговориться в их компании, но в случае разрыва с женой друзья помогут ему и действенно. Познакомят с кем-нибудь, дадут ключ от запасной квартиры, своеобразного охотничьего домика с набитым холодильником для очередного «охотника». Возможность такой действенной поддержки понимается им и греет его душу.

И перспективы возможной замены, о которых мы говорили выше, тоже, разумеется, успокаивают, снижают «переживательность» разрыва.

О сексуальном одиночестве теперь речи нет. По крайней мере, любовницу себе он найдет без труда. Покладистую — он ведь не муж, она только хочет, чтобы он стал мужем, а он может им и не стать. Или стать — а перспектива этого делает ее еще более уступчивой.

Так что разрыв переживается лишь в связи с некоторым сожалением, что вот, мол, биография не вполне удалась, столько лет прожито вместе — а тут разрыв... Ну, могут возникать еще «муки совести»... Но совесть так легко уговорить.

Повзрослевшие дети — уже не объекты-игрушки, которых (которые — даже!) можно дать или не дать. Они продолжают привязывать мужа-отца к семье, но не настолько, чтобы удержать его, если жена не будет теперь покорна его воле, и уж тем более, если она несправедлива. Теперь он и после развода легко сможет наладить с ними контакт. Это в пятилетнем возрасте — для них кормилец тот (по словам писателя Леонида Жуховицкого), кто ставит кашу на стол. Теперь для них «ясно», что кормилец тот, кто приносит в семью больше денег.

Слово «ясно» я поставил в кавычки потому, что труд в целом по обеспечению семейного блага должен считаться не только по деньгам, приносимым в дом, но и по деятельности в самом доме. Сейчас я сказал это, можно считать, впрок, потому что посвящу этому вопросу в разных местах книги еще десятка два строк.

Так или иначе, дети становятся все более субъектами, творцами собственной судьбы, имеют свои интересы, свое мнение и свои отношения с каждым из родителей.

В 15-летнем возрасте дети пребывают в состоянии нравственного поиска, и если мама несправедлива, они могут поддержать уже отца, а не беспринципно жаться к ней. Но важнее, что в этом их возрасте идет бурная борьба за независимость. Отец в вопросе о независимости обычно более демократичен с ними, дает больше степеней свободы, даже девочке и даже в сексе. А потому дети чаще объединяются с ним.

А вот еще одна интереснейшая психологическая закономерность: количество власти, которую привыкла осуществлять жена-мать, по ее мнению, должно оставаться неизменным. Это проявляется в определенном числе приказаний: поди вынеси

мусор, поди выбей ковер, поди подотри нос ребенку!.. Но постепенно происходит следующее:

МУЖ ВЫХОДИТ ИЗ-ПОД ВЛАСТИ ЖЕНЫ, И ТОГДА ОНА ВСЮ СВОЮ ВЛАСТЬ СОСРЕДОТОЧИВАЕТ НА ДНЯХ.

Я называю это, фигурально выражаясь, законом Ломоносова. Ведь Михаил Васильевич свой закон сформулировал так, что его можно применить не только к весу веществ, а вообще всюду. «Ежели куда-то что-то прибавится, то откуда-то что-то убавится». Читай: если убавится власть над мужем, то должна прибавиться власть над ребенком. А дети противятся этой власти все больше и все больше стремятся объединиться с отцом. Мама может оказаться теперь в такой же изоляции, в которой в свое время оказывался отец, когда маленький ребенок принимал сторону матери.

Не сбросить со счетов, что дети бывают и расчетливы. В воздухе уже витает слово «развод», но поскольку у папы доходы в 2—3 раза больше, чем у мамы, с ним лучше не ссориться.

Общественное мнение столь переменчиво, что на двадцатом году супружеской жизни оно поворачивается на 180 градусов. Смотрите, во дворе столько вдов и разведенных, а жена несправедливо, грубо («бисер мелок!») обходится с таким нормальным мужиком. И в учреждение, где он работает, жаловаться бессмысленно. (www.marsexxx.com) Он стал мастером, на нем цех держится, так что даже если руководитель — женщина, она его защитит. И для нее он как производственник важнее, чем как семьянин. Но чаще (повторим, в 10 раз) руководитель — мужчина, у которого положение в доме такое же, а симпатий, которые вызвала бы молоденькая, нет, так что он наверняка поддержит мужа еще и поэтому. Но, конечно же, и для руководителя-мужчины важнее то, что он хороший производственник, а какой он там семьянин — это на третьем месте. Это было даже в застойные времена, а теперь и подавно.

В крайнем случае, муж пренебрежет дальнейшим повышением по службе. К тому же оно менее вероятно, чем в молодости. Тогда он с рядового врача скорее бы «скакнул» на завотделением, чем сейчас с главного врача — на руководство окружным управлением. Ну а снять за развод с должности сейчас уже не снимут.

Да и обвинение еще надо доказать. Здесь, по этой позиции, нет перекреста, то есть он не получил еще рычага власти, но теперь он защищен от ударов.

Домоведение когда-то было для него трудным делом — целая наука. Кухня представлялась чем-то вроде операционной: ножи и вилки — как скальпели и ланцеты. Все разложено по порядку, заведенному женой. И он охотно подчинялся этому порядку. Мальчиков на уроках труда опять же учат не тому. Табуретки делать... Это уже программа профтехучилища. В школе надо бы учить домашнему труду. Вот суп сварить — не учат. И молоденькие мужья ничегошеньки не умеют. Но проходит время. Съездит он раз пятнадцать в командировки — и поймет, что не так уж страшен этот кухонный чертик, как его малюют женщины. Сам начнет потихоньку готовить: что-то изобретет, чему-то научится, переймет, жену еще сможет подучить. Лучшие повара, как известно, — мужчины. И лучшие портные...

Так что в случае разрыва он себя обслужит. Да и чего греха таить, быстро найдется кто-нибудь из женщин, кто захочет это делать. А чаще и мама его еще жива (а папа, скорее всего, умер — мужчины в среднем на 10—15 лет меньше сейчас живут), она не оставит свое дитя без женского глаза, тем более ей ведь тоже надо найти применение своей заботе о ком-то.

Теперь жена, пожалуй, и «не переговорит» его. Муж научился, пусть не оптимально, отстаивать свое мнение в конфликте. И разговор его немногословный, но весомый:

— Машенька, давай конструктивно...

А в ответ на три слова в секунду заявит:

— Я все сказал!

Нехороший, плохой, грубый, невежливый, безжалостный... Список эпитетов можно было бы продолжить. Но говорит он так, чувствуя силу своей позиции.

Сексуальность его стала спокойнее, не такая экзальтированная, как восемнадцать лет назад. Нет-нет, не подумайте, он все еще на сексуальной высоте... если женщина нравится. Нравится же ему скорее послушная, чем вздорная. А любовницы, которые хотят стать женами, выказывают кротость. Но с женой, если она продолжает «бузить», секс явно менее интересен, он предпочтет даже побольше поспать... или даже побольше поработать. А у жены в этом возрасте сексуальность — в самом расцвете. Так что это будет для нее уже наказание. Не пришила оторвавшуюся пуговицу к костюму — полового акта не будет.

Все как двадцать лет назад — только двадцать лет спустя. И все наоборот. Перекрест.

Я с моей женой Леной как-то был приглашен на дачу к такой вот неразведенной супружеской паре. Все есть: коттедж, баня из бревен — одно к одному, вылощенная. Участок с выходом прямо в лес. Только вот муж, выпив с нами, вдруг сказал:

— У меня два сердца... Одно сердце для семьи, а другое... — И мне показалось, что из глаз его выкатились две скупых слезы...

А после выпили еще, и его жена в сердцах напомнила ему, как он выстаивал ночами перед ее балконом и пел ей серенады под гитару.

 

Женщины иррациональны, мужчины рационалисты. Получив рычаги власти, он начинает властвовать. Но пользуется не манипуляцией, а по рабоче-крестьянски ставит ультиматумы:

— Так, дорогая, в этот раз мы едем к Славке в Карелию на озера. Иначе я вообще не беру отпуск сейчас и поеду в командировку в Корею.

Манипуляция — это долго и туманно, зачем? Так проще и яснее.

Роли поменялись. И жена, предвидя полное одиночество (дети тоже разъедутся), часто становится покорной, как тогда — он. И тоже все это опять-таки скрепя сердце и скрипя зубами.

А муж — ведь не ангел он, нет, не ангел, ох не ангел — начинает вести себя авторитарно, напоминая о рычагах принуждения и даже применяя их:

— Не хочешь ехать со мной в Карелию — найдутся другие «спутницы».

Но может смягчиться до снисходительного командно-административного тона:

— Ну-ну, Тамуся, надеюсь, у тебя разум возьмет верх над эмоциями.

Он безапелляционен с ней, высказывается критически по поводу ее вкусов и развития, бывает, что и на людях, обвиняет в том, что плохо воспитала детей, высмеивает ее сентиментальность, далеко не признателен ей за тот трудный период, когда они жили победнее и она обстирывала, готовила, проводила лучшие годы в трехметровой ванной и пятиметровой кухне...

Если жена не права, то он грубо, на высоких тонах, с эпитетами «объясняет ей, насколько она не права». Речь тут идет об отношении к жене по сути, а в зависимости от меры интеллигентности

мужа — все это может быть высказано по форме то более мягко, то более жестко.

Легко заметить, что, описывая поведение мужа, я не слишком затруднялся в подборе фраз. Они почти те же, что и при описании отношения жены к мужу в начале брака.

Да, он не лучше. Сейчас он, может быть, даже хуже. Да, жена авторитарно настаивала на чем-то, но ведь в интересах (как ей казалось) семьи в целом: «Наша семья поедет отдыхать на юг, как все нормальные люди, а ты, ненормальный, тащишь нас на север».

Да, это было бестактно, нестерпимо. Но вот сейчас он говорит, что не уйдет от семьи, если она будет терпеть то, что он с любовницей поедет на байдарках, а уж потом, так и быть, он с женой съездит вместе в пансионат. А нет — вообще уйдет. Он ставит откровенно несправедливые условия, при которых не будет развода. В частности и в особенности, эти условия, как это уже прозвучало в нашей иллюстрации, касаются адюльтера. Известно, что полигамные тенденции, стремление к сексуальной экспансии у мужчин выражены сильнее, чем у женщин. Она если и прибегала к измене, то больше как к рычагу влияния или как к способу найти запасной аэродром. У мужчин же полигамность в самой их биологической природе. Но в первом периоде брака он ей верен. Срабатывают внушенные обществом нравственные установки. И тем легче, чем труднее реализация полигамной тенденции. Кроме того, привыкание, способствующее охлаждению, в первом периоде брака восполняется молодостью и сексапильностью жены, да и относительной новизной для него самой сексуальной жизни. Теперь же сдерживающий и восполняющий факторы существенно слабее, а нравственная установка надломлена обидами. И полигамность выявляется в плохо прикрытой или откровенной форме. Это жене причиняет страдания, тем более горькие, коль скоро она ему не изменяла.

Протест против грубой полигамности или ухода от нее она нередко выражает суицидальной попыткой, которая носит в основном демонстрационный характер. Недостойно, жалко все это выглядит. Но вспомним и реализующиеся суициды молоденьких и даже более зрелых мужей. И пожалеем и женщин, и мужчин.

ЭТО ТОЛЬКО ВФИЗИКЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ РАВНО ДЕЙСТВИЮ, А В «ЛИРИКЕ» - ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ СИЛЬНЕЕ ДЕЙСТВИЙ.

Так что по закону конфликта ответный удар всегда сильнее. А первой, как говорят дети, начала она. В «Литературной газете» я опубликовал в виде статьи мысли, положенные в основу этой главы, и мой редактор Лора Великанова придумала броское название «Лидер начинает и... проигрывает», а художник над фотоэтюдом, изображавшим мрачную жену лет тридцати пяти и мужа к нам спиной, нарисовал поверженную шахматную «королеву». И подзаголовок: «Заметки, единственная цель которых — убедить начинающих жен и мужей (жен в особенности), что обиды, нанесенные в первое десятилетие семейной жизни, не только не забываются, но оказываются для брака гибельными». Не всласть оказалась для нее власть.

В нем говорят обиды и молчит совесть. Применяя рычаги власти, средства принуждения, он оправдывается перед собой, перед ней и перед друзьями прошлым ее поведением.

Часть жен реагирует очень конфликтно на изменения в поведении мужа. А некоторые, недооценивая ситуацию (не ведают еще, что такое одиночество), продолжают и сами вести себя по-прежнему, как в первом десятилетии: авторитарны, обвинительны, насмешливы, безапелляционны, раздают мужу по разным поводам отрицательные оценки. Вспомним кинофильм «Прости» по сценарию Виктора Мережко.

Пользуясь ситуацией, некоторые мужья инициируют развод, с возрастом все активнее. И тем активнее, чем больше они зарабатывают, как это выяснила социолог Л. В. Чуйко. Случается, что на развод подает жена, но это уже тогда, когда муж фактически вне семьи.

Мы описали начало и конец процесса перехода рычагов власти от жены к мужу. Есть и середина. Все происходит, как мы уже заметили, в самой общей форме, постепенно. Нет какого-то рубежа, скажем, между первым и вторым десятилетием. Постепенно муж набирает профессиональную высоту и статус. Постепенно вырастают его доходы. Постепенно он становится степенным «меном». Так же постепенно она утрачивает свежесть. Постепенно снижаются темпы ее профессионального роста и «растериваются» ее связи. Все больше она врастает только в быт. Постепенно вырастают дети. Внутренняя эмиграция мужа все больше переходит во внешнюю. Вот так и получается, что «процесс пошел».

После 24 лет расхватаны женихи, а разведенные мужчины не все стремятся вновь стать мужьями, а если и женятся, то, как мы уже знаем, предпочтительно на более молодых. И несмотря на то, что она все-таки все еше привлекательна, при пробном разрыве обнаруживается, что замену найти очень нелегко. Правда, утрата этого рычага власти нивелируется тем, что подрастает и становится все более интересным для отца ребенок (знаменитый возраст с 2 до 5). А когда ее родители вышли на пенсию и перестали быть ее финансовой опорой, она остро почувствовала значимость заработков мужа. Может появиться претендентка на роль новой жены (что обычно ускоряет развод). Вот так, с остановками и рывками, но в среднем «медленно и печально» все и происходит.

И распад семьи на этом насыщенном драмами пути происходит тоже у кого раньше, у кого позже либо... либо вообще не происходит. Или происходит в неполном объеме.

Бывшая жена, вероятнее всего, замуж больше не выйдет, перенося горечь обиды за одиночество на отношения с детьми, зятьями, невестками и внуками. Может быть, и забудется во внуках. Я знал одну бабушку, которая возила внучку на изматывающие тренировки по фигурному катанию: к семи утра через всю Москву, а потом снова к 15 часам, перекусывая и отдыхая в «Макдоналдсах». Но ведь если она бабушка со стороны сына, то внуков могут отнять, как она, возможно, сделала в своей молодости. Это еще больше усугубляет ее положение к старости.

Ну а ОН? Доживет холостяком до старости или вступит в новый проблемный брак, насыщенный новыми трудностями, которые могут привести к новому разводу.

Развод может не произойти вовсе. Но это при условии, что жена наконец да убоится мужа своего, смирится, построив себе поверхностную психозащиту (такова женская доля, так во всех семьях...), а он, пользуясь ее покорством, властвуя неправедно и мстя за прошлое, живет «в свое удовольствие», потому что так удобнее. Возможен, конечно, но довольно редок вариант и «с начала до конца» подвластного мужчины.

А возможен ли оптимальный брак?

Возможен! Вот мы описали процесс, в котором «она первая начала»... Ну-с, а ежели бы она была той, которая описана нами как приятное исключение? То есть «не начала бы первая». А поступала бы по справедливости, не пользовалась бы рычагами власти и не выдавала бы веером конфликтогены1.

Скажем так, что и он, ценя это, вел бы себя прилично, а не вынужденно сдерживался — «скрепя сердце и скрипя зубами». В конце супружеского двадцатилетия он не пользовался бы тогда и своими появившимися у него в руках рычагами власти, а испытывал по отношению к ней благодарность за ее нравственное поведение и нравственно вел себя по отношению к ней, не допускал бы конфликтогенов.

Конечно, нет гарантий, что он был бы идеальным мужем в этом случае. Слишком уж велики соблазны, кругом столько «зимней вишни», а то и свеженькой клубнички. Но если он нормальный средненравственный человек, то в нем говорила бы совесть, а не обиды. Их соединяла бы история их любви, семьи, дети, внуки, тылы, теплота, чувство защищенности.

Я не могу ручаться за каждый отдельный случай. Я говорю о «в среднем». И могу привести примеры. Мне вспоминаются старики, которые умирали 30—40 лет назад. Они проживали жизнь трудную, а семья была стабильнее. Не потому ли, что, хотя и ушел патриархат, оставалась некая патриархальность, при которой женщины были изначально более сдержанны во властных проявлениях. А мужчины отвечали им верностью и в конце жизни. Я знал одну супружескую пару. Это были психиатры в возрасте вокруг семидесяти. Я тоже был психиатром с двухлетним стажем. Познакомился я с ними по работе, и мы стали друзьями. Диспансер, в котором я работал, был на булгаков-ской Малой Бронной, а они жили в пяти минутах ходьбы оттуда, на Пушкинской площади. Рассказывали мне о своих знакомых Ганнушкине и Сербском, оказывали помощь в трудных диагностических и житейских случаях, давали читать «древние» психиатрические книги, ссужали мне взаймы и представляли меня коллегам — мне трудно переоценить их значение для моего жизненного развития. Проходит четыре года после нашего знакомства. Он умирает. Она не смогла жить без него. Через год она покончила с собой.

Нам скажут: не возвращаться же к скрижалям этой патриархальности. Не возвращаться! Но обратимся к фольклору, который очень наблюдателен. Даже во времена патриархата мачеха

1 Под этим словом будем понимать любой элемент инициального коммуникативного поведения, который провоцирует конфликт.

могла заставить отца везти родную дочь в лес замерзать («Морозко») или по крайней мере держать в черном теле («Золушка»). И помните, в «Сказке о рыбаке и рыбке» у Пушкина старик настолько затерроризирован старухой (а тоже ведь уже не матриархат), что ему и в голову не приходит попросить рыбку, чтобы старуха «заткнулась». А ведь догадайся он, то и все, и никаких проблем не было бы. Правда, не было бы и сказки. Но прекратила старухину экспансию только сама рыбка. В рамках этих рассуждений не закономерно ли предположить, что сам патриархат стал в определенной мере защитой от манипулятивных талантов жены? Нет, к патриархату не возвращаться, даже если моя гипотеза насчет его защитной роли справедлива. Потому что есть самодисциплина, есть психологическая культура, которой можно овладеть, есть понимание описанных нами здесь грустных закономерностей и есть гуманизм. А мы, люди, хомосапиенсы и хо-моморалитесы, человеки разумные и человеки нравственные, должны стараться соответствовать этим сакраментальным терминам.

 

Пока что приходится констатировать, что проблемным является каждый брак. И мы поняли часть проблем. Зигмунд Фрейд говорил, что понимание причины невроза уже ослабляет симптомы. Возможно, это и так. Даже скорее всего так. Прежде всего поймем, что проблемным браком обусловливается невроз. Не обязательно клинически выраженный — с головными болями, расстройством сна, депрессиями... Но так называемый метаневроз. Невроз, симптомы которого — за пределами психиатрической клиники. «Мета-» переводится как «за-». За пределами чего-то. Вот за пределами клинически выраженных неврозов. Симптомы такого метаневроза выражаются апатией, сниженным настроением, отсутствием импульса к жизни и творчеству, утратой «смысла жизни», тусклым восприятием мира, жизнь кажется серой...

И вот симптомы метаневроза нам надо ослабить до нуля. Поэтому объявим, что только понять «маловато будет».

Можно и нужно противодействовать причинам. Ведь вероятно, что, осознав описанные закономерности, познав причины, мы сможем им противодействовать.

Мы уже обращались к формуле «ДВА на ТРИ». Обратимся к ней еще раз. Слишком уж важна эта формула. Здесь мы кое-что добавим к тому, что говорилось на с. 22—23. Напомним: женщины в два раза чаще, чем мужчины, подают на развод и в три раза реже, чем мужчины, вступают в повторный брак. И пришли к выводу, что, знай женщина об этой демографической закономерности, она бы с меньшей активностью шла на развод. Если она слабоумная, то, конечно, вообще не о чем говорить. Она будет вести себя в соответствии с инстинктами, которые и ведут ее к краху. Но и нормальная среднестатистическая дама подвержена обыкновенным психозащитным построениям. Напомним, что под психической защитой психологи понимают такие изменения в психике, которые дают успокоение, снимают тревогу и страх. Так вот, она полагает, что эти пули предназначены не для нее, что они просвистят над ее головой, но не затронут. Она считает себя красивее тех, кому предуготованы неудачи. Ее будут выбирать, потому что она рождена для счастья, как «птица для полета». Считает и просчитывается. Возможно, конечно, что, когда она выходила замуж впервые, ее самооценка была адекватной. Но, как сказал один циник, красота товар скоропортящийся. Теперь ее самооценка завышена. И на данный момент выберут других, а не ее. Поняв эти закономерности, она, возможно, станет более разумна в своих претензиях к мужу.

А теперь — как будет работать осознание формулы «до и после 24-х»... Напомним, что до 24 лет армии невест противостоит более многочисленная армия женихов, а после 24-х — все «достойные» женихи расхватаны. Она ведь этого тоже не знала, а думала, что всегда будет так, как в 18—19 лет. Но вот если бы она прочитала обо всем этом в этой вот книге или еще где-нибудь! Вряд ли, не будучи специалистом, она натолкнулась бы на эти соображения в каких-то научных трудах. А тут я и мои бывшие студенты, теперь многочисленные уже социальные педагоги и некоторые психологи, просветили бы ее еще неопытный ум. Она ведь сообразительна и критична. Что же, неужели бы она не изменила, хотя бы отчасти, свою жизненную позицию? У меня много психологических клиенток, которые после осознания этих формул сказали мне и себе о том, что они это учтут. Вот очень яркий случай.

 

Евгении было 18, когда она вышла замуж за 20-летнего Сашу, демобилизовавшегося из спецназа, который «работал» в Чечне. Дело было в Костромской области в лесозаготовительном поселке. У меня там дом — северная экзотика с рыбалкой, лесными ягодами, грибами... Позже мы с моей хсеной Леной купили еще один деревенский

дом поюжнее, в Тургеневском заповеднике. Но тогда эта северная «фазенда» тоже была отдушиной (очень я люблю русскую деревню: севернее, южнее — не так важно). С Женей и Сашей я познакомился на костромской земле. Она училась на 2-м курсе педагогического колледжа в Костроме. Жила в общежитии в окружении подруг. Наезжала в свой родной поселок. Красивая. Он на фоне бомжей и освободившихся из заключения парней был ярким явлением в поселке. Работал водителем у директора лесхоза, имел «Ниву» и разъезжал на ней по окрестным весям, общался с девушками. Жениться и не собирался. Пока не появилась Женя. Некрашеная блондинка с голливудской улыбкой. Она тоже запала на Сашу, супермена местного значения. Свадьба. Сын — тоже Сашка. Проходит еще три года. Евгения заканчивает колледж — ее мама помогает ей с ребенком. Потом наша героиня поступает на факультет педагогики и психологии в губернском педуниверситете. Далее обычный, уже знакомый читателю процесс, обусловленный иллюзией взаимной оценки, иллюзией сравнительной оценки и иллюзией самооценки... Словом, бермудский треугольник. Я вел тогда дисциплину «Психология семьи» в вузе, где училась Женя; встретил ее, когда она была на третьем курсе. Она разговорилась и попросила об индивидуальной консультации. Уже курит, уже блекнет. Но бермудский треугольник засасывает. В педуниверситете получали диплом ребята постарше. Работать по специальности не собирались. Диплом им нужен для продвижения во власть. Женя рассказала, что были любовные приключения. Но один женат, у него двое детей. Другой вообще заявил ей, что «любовь свободна; век кочуя, законов всех она сильней». Третий разведен, на 20 лет старше, «что скажу маме?». Даю своей психологической клиентке почти приготовленную к печати книгу «Лабиринты общения». Как читатель Женя — вдумчивая, проработала книгу с выписками и размышлениями. Я недаром вспомнил этот случай. На нее особое впечатление произвели эти самые две формулы — «2 на 3» и «до и после 24-х». Все было именно так. Трое сексуальных партнеров. С мужем еще не развод и даже не разрыв... а так, «отрыв», как она выразилась. Но трое — это уже статистика. Осознание иллюзий, которые уже привели к коллизиям, заставило мою психологическую клиентку осознать, что надо укреплять отношения с Сашей. В следующий мой приезд в мою «северную фазенду» мы праздновали «помесячный» день рождения их второго ребенка, это тоже была Женька, ей был месяц.

 

Но можно ведь, поняв и другие закономерности трудных отношений, оптимизировать и их.

Вернемся к тем психологическим закономерностям, которые вытекают из концепции Геодакяна (см. с. 24—25).

Что, разве выводы из концепции Геодакяна не могут изменить оценки и поведение? Могут ведь, если они продуманны. Но разве они широкому кругу людей были известны? Да нет. Я лично об этом узнал только тогда, когда стал специалистом. Но любой муж и любая жена должны стать специалистами по браку. Ведь они же профессиональные муж и жена. Так что пусть еще раз задумаются о разобранных нами психологических закономерностях.

Вернемся к рисунку 15 на с. 26. «Я ненамного хуже ее, а ее муж намного лучше моего. Как это несправедливо! Надо это поменять». И помним, что ведь фокус в том, что здесь пока нет иллюзии. Действительно, «ненамного» и «намного»... Иллюзорна, однако, сама возможность замены на лучший вариант! Не разведется муж подруги и не женится на ней. Он еще в середине родительского процесса. Его сыну еще десять, и он с сыном ездит на рыбалку, а то и на охоту. У жены этого не разведенного еще мужа еще много рычагов воздействия, он еще боится развода. Да-да, конечно, судьба — вещь зигзагообразная. Может быть, если вы существенно моложе, красивее и покладистее, если вы пойдете на лишения материального толка, будете терпеть его алименты и его интерес к сыну, а значит, и контакты с его разведенной женой, то, может быть, как-нибудь и удастся наладить с ним жизнь. Но в среднестатистическом варианте то, что вы считаете себя красивее и вообще лучше, — это иллюзия самооценки, и.он не разведется... Так что то, что он разведется с ней и женится на вас, — это иллюзия.

А вот если мы реалистично подойдем к делу, поймем иллюзорность? И не будем садиться на облако, думая, что это стул, — упадем ведь... И вместо того чтобы испытывать и утрачивать иллюзии, построим изначально реалистичные планы. И произведем реалистичные действия. Приведем в порядок гардероб своего мужа. Подштопаем пальто, купим новый освежающий шарфик. Поймем, что он чеховский Дымов, которого надо вовремя по достоинству оценить. Поможем отредактировать и перепечатать на компьютере его кандидатскую диссертацию. Последим за собой, перестанем курить, перестанем куражиться и иронизировать, откажемся от грима днем и от крема ночью, создадим ему своим присутствием ауру в обществе. И вот он станет меном и мужем, которым можно гордиться.

Но и муж может учесть закономерности, отраженные в кривых по Геодакяну. Ты осознал свои минусы для нее — постарайся приобрести компенсирующие плюсы.

Если ты шизоид, для которого одежда не играет роли, а она истероидка, для которой одежда играет роль, — последи за одеждой. Ты мало зарабатываешь, и тебе кажется, что на жизнь хватает. Но женщина, даже не хищница, ориентируется на подруг, и ей хочется выглядеть если не лучше, то хотя бы не хуже их. Изучи ее потребности, и те из них, которые разумны, постарайся утолить. Ну, хотя бы подумай на эту тему. Может быть, ты найдешь возможности...

Но вот ты эпилептоид, а она все та же истероидка. Тебе нужен строгий порядок, а она выметет середину комнаты к приходу гостей, а под кроватями клоками пыль. Вымети сам или не обращай на это внимания — не устраивай траур и террор по этому поводу.

Про психотипы и их взаимодействие в супружеской паре впереди достаточно объемный разговор. Этими несколькими предшествующими абзацами мы читателя только как бы заинтриговали. Так что ждите, ждите, ждите. Он, этот разговор, всенепременно должен состояться. И не советую перескакивать через главы, которые пригодятся для понимания обещанного материала по психотипам. Всему свое время.

 

Надеюсь, мы осознали, что женщины более эмоциональны в принятии решений. Однако была же и Софья Ковалевская — первая русская женщина-математик. Так что превалирование правополушарной психики (эмоциональность) над левополушарной (рационализм) — еще не фатум.

Развивайте, уважаемые юные дамы, левое полушарие. Больше сомнений, больше доводов вместо бурных эмоциональных всплесков. И неоправданных разводов станет меньше, и хлопот по замене одного мужа на другого, который будет лучше в одном отношении, но хуже в чем-то ином.

Здесь помогут книги наподобие этой, тренинги в проведении нравственно-психологического анализа противоречий. Не надо разводиться, если можно рационально все переосмыслить. Вы побывали в «Икее», и вам понравились настенные часы. Но на эстетизацию квартиры лишних денег нет, а у вас наручные часы, и у мужа наручные, еще часы в телефоне с автоответчиком, в мобильнике, в авторучке... Еще часы в компьютере, который почти все время включен, в телевизоре по некоторым программам. Хватит часов, чтобы следить за временем, если это надо для дела. Уважаемые дамы, меньше негативных эмоций, больше «рацио». Подкрепите эту позицию в себе простым самовнушением по Куэ. Был такой французский аптекарь. Он советовал просто много раз произнести фразу с нужным содержанием. И психотерапевты взяли это в свой лечебный арсенал. Не хватает этого — освойте аутотренинг по Шульцу (книжек по аутогенной тренировке — пруд пруди) и произнесите про себя эту фразу в состоянии аутогенной погруженности — это самогипноз.

Наконец (или в первую очередь), повнимательнее послушайте доводы противоположной стороны. Муж вам вот и скажет, что, чтобы следить за временем для дела, источников хватает. Или что вместо табуреток надо купить набор инструментов и он сделает с их помощью целый табуретный гарнитур.

Не советуйтесь со своими подругами — они из зависти могут насоветовать развод или из солидарности с вами («все они, мужики, такие»). Не советуйтесь со своей мамой. Советуйтесь с его мамой. Мужья, не верьте эмоциональным всплескам жен! Скорее всего это и есть всплески. А то вы поверили ее словам, что сейчас же в ЗАГС разводиться, и идете понуро в ЗАГС разводиться. А она уже не знает, как без ущерба для своего самолюбия дать задний ход. Хорошо если по дороге в ЗАГС зайдете к друзьям «отпраздновать развод», выпьете по рюмке молока и помиритесь. В каждой шутке, ладно, есть доля шутки. Но если все-таки подали на развод, так ведь и после этого можно начать миротворческий процесс. А женщина эмоциональна только в первый момент, а потом если вы начинаете увещевать ее разумными словами, то в ней все же проснется глубоко спящая Софья Ковалевская. Смотришь: и развод не состоится, а так только — легкие волны от ВСПЛЕСКА.

 

Юные дамы, не пользуйтесь неоправданно своей юной красотой! Вспомните выражение циника насчет скоропортящегося товара. И все время помните о перекресте: ОН к тридцати годам становится лебедем. Не злоупотребляйте своей юностью для замены или подавления мужа, пока он еще гадкий утенок. Тогда и он, став лебедем, не воспользуется открывшимися преимуществами для замены или подавления жены. И здесь левополушарный рационализм пусть возьмет разумный верх над правополушарной эмоциональностью.

Как это так не пользоваться своими возможностями? А вот так вот... Запомните день и час, когда я вас предупредил о возмездии. Я не творил ваш брак, и я не в ответе за него. Но я написал эту книгу и предупредил, что будет перекрест. Каждый раз, когда возникает желание воспользоваться своим положением до перекреста (в красоте), надо включить болевой раздражитель — вспомните консультанта с копытом А. П. Егидеса и не воспользуйтесь, не нажмите голосом, прибегните только к рациональным аргументам, уступите вообще...

Мужья, потерпите! Не поддавайтесь на неразумные провокации насчет развода. Ребенок (или даже дети), потраченные на консолидацию брака усилия, построенный дом, купленный участок для дачи — это же потом все равно придется повторно делать. Потерпите — терпеть придется недолго — десять лет — и вы на перекресте, а дальше этот рычаг переместится в ваши руки. Но вы, рациональный и справедливый, не будете им злоупотреблять. Более того, вы с понимающим всепрощением будете поднимать ее в своих глазах, в глазах детей, в ее собственных глазах за былую и все еще процветающую красоту, за «понимательность», за долготерпение (ведь она терпела ваши повышения квалификации, работу над кандидатской диссертацией, а после — над докторской) и за вклад в дело семейного благополучия. А сейчас потерпите вы. Она же тоже игрушка в руках психологической судьбы, человек с ограниченными психологическими возможностями, психологически не полностью развитое существо. Но и вы ведь не бог весть что, тоже не все понимали...

Молодые жены! Не пользуйтесь для замены или подавления мужа своей более развитой в юном возрасте психотехникой общения. Перекреста здесь не будет. Но он догонит вас и перегонит юных мужей других юных дам — и будет же, «гад», пользоваться этим в ухаживании за ними, как вы когда-то пользовались этим в принятии ухаживания со стороны более старших, чем он, заматеревших, зрелых лебедей. Ну а если вы не пользовались большей развитостью вашей психотехники для замены и подавления, то и он, помня об этом («совесть тому порукой») не воспользуется тем, что догнал вас и перегнал своих молоденьких соперников.

Ну и так дальше... Так что же у нас там дальше? А!., финансовый вопрос. Ну да, в молодости замену не на что было организовать. А теперь, вспомним, ОН теперь может повести свою избранницу не только в театр с буфетом, но и в Дом актера с рестораном

для очаровывания ее своими познаниями и хорошо поставленной лекторской речью. Припомнили... А теперь вы, дамы в возрасте далеко за 30: если вы не пользовались своими преимуществами в молодом возрасте и не принимали финансовые ухаживания более старших, заматеревших мужчин, то и ваш теперь уже заматеревший и вставший на серьезные финансовые ноги муж не будет тратить «лишние деньги» на ваших соперниц, а «все в дом, все в дом». Дачу построите. Машину смените.

 

Не по значимости, а в порядке перечисления... У нас была сакраментальная тема о сексе. Он в юности гиперсексуален, она прохладновата. Она пользовалась этим для замены и подавления. Ну, так ты же умная женщина, развивающая левое полушарие! Не пользуйся сексом как средством для замены и подавления. Развей в себе сексуальность, почитай книжки, настрой себя на сексуальную волну, в конце концов, «через не хочу» дай мужу понаслаждаться, потом он «через не могу» будет стараться для тебя. Тут же ведь перекрест. Исследования показывают, что сексуальность женщины может быть развита и пораньше. В дело вступает психическая составляющая, присоединяющаяся к гормональной. Молодому мужу надо тоже потрудиться. Он — все на гормональной составляющей скачет. И ему не надо прелюдий. А ей нужны прелюдии, и при этом она любит ушами. Молодые люди, вы слышите? Ушами.

И не только в смысле ласк, направленных на ушные раковины, не столько в смысле сладостного шепота, но и в смысле сексуального разговора. При том, что женщину обычно держат в «поясе невинности» до замужества, она стесняется свободно изъясняться на сексуальные темы. И ее скорее затормозят, чем возбудят сексуальные сцены в фильмах. Если муж будет деликатно настойчив в ласках и сказках, она будет развиваться быстрее — нормально быстро, не ретардированно (без замедления), хотя и не ускоренно. Если он будет ей дарить «запретные», но вожделенные формы секса, она меньше будет смотреть мимо него. А то ведь те, кто не мужья, на рогах стоят, только бы соблазнить, и она наставляет мужу рога.

Когда произойдет перекрест и он будет утомляться, то сексуальная активность будет выше у нее. И она тоже сможет его ублажить. О супружеском сексе нам еще придется поподробнее поговорить, здесь же о сексе — в русле рычагов власти и в русле проблемы замены.

должна держать в памяти то, что мы обсудили относительно 5- и 15-летнего ребенка. Надо поддерживать в сознании ребенка авторитет отца. Отец равен матери. В уже давние советские времена нашелся один «семьевед», который одну из частей своей книги под названием «Этика и психология семейной жизни» озаглавил «Отец на жизненном пути человека». Я содрогнулся от такого заголовка. Нельзя допускать ни патриархат, ни матриархат. Архаичная религиозная догматика все еще провозглашает «Жена да убоится мужа своего». Я против этого. Но я против и того, что мама, пользуясь, как я уже сказал, пуповинной связью ребенка с нею, может настроить его против папы. После моей статьи «Мама с папой развелись» в «Литературной газете» был поток писем и звонков. Я узнал от своих читателей в том числе и такие леденящие душу истории. Одна мама говорила ребенку, что папа собирается его убить. Другая запугивала тем, что его папа вообще жарит детей и ест их. Третья убеждала ребенка, что папа может его украсть и тогда он никогда не увидит маму. К слову, некоторые доведенные до отчаяния отцы таки крали детей, и одна мама, поседевшая от горя, увидела ребенка только через семь лет — это папа сказал ребенку, что мама преступница.

Так вот, чтобы эти ужасные кошмары и кошмарные ужасы были только в фольклоре, давайте, мамулечки, не будем настраивать детей против пап. Еще раз: ведь вы же сами выбрали отцов для своих детей. Почему же за вашу ошибку в выборе должны страдать двое — отец и ребенок? А может быть, вы ошибаетесь, наоборот, сейчас в оценке этого выбора! И тоже страдают они от вашей ошибки.

Все мы не совершенства, все допускаем нравственные оплошности, которые потом оказываются грехами. «Брось в меня камень, если ты безгрешен». Но больший грех — осудить невинного. А он родитель вашего ребенка, равный с вами. У всех у нас путь во мраке. Ну, давайте прояснять. А не судить друг друга в глазах детей наших на основе мракобесных установок.

Разумеется, симметричную просьбу я адресую и папам. Впрочем, в силу ли большего рационализма мужчин, большей ли их зависимости от жен в плане оценивания их детьми — мужчины меньше осуждают в глазах детей их мам. А может быть, это мне только так кажется... Я пользовался все теми же письмами и материалами консультаций, но не проводил специального исследования. Жду ваших откликов, дорогие читатели, на эту тему в Интернете.

Что делать папе, когда его припирают к стенке ребенком? Я думаю, что надо правильно построить отношения с самим ребенком. Не надо о его матери говорить ничего отрицательного. Только положительное. Но не врать, а говорить правду. Если мама сделала что-то хорошее — подчеркнуть это. Если ребенок мамой недоволен — как-то оправдать ее в его глазах. Это можно делать и без мамы (ребенок ей передаст), и тем более при маме. Ни в коем случае не противопоставлять в его глазах себя и мать.

А разговоры о ребенке лучше проводить с матерью в отсутствие ребенка.

 

Милые жены! Если все же невмоготу, то перепроверьте себя, так ли это. Все ли правильно вы делали. Все ли средства, которые вы применили в переговорах, были адекватны, гуманны. Психотехника общения всегда ли была оптимальна, в том числе при конфронтации; соответствовала ли она тем рецептам, которые содержатся в моей книге «Лабиринты общения, или Как научиться ладить с людьми» («АСТ-ПРЕСС», 2002, 2003, 2004). Если нет — пройдите тренинги, анонсированные в «Лабиринтах общения». Ну а если все-таки «вмоготу», если терпеть можно и если переговоры все-таки тоже еще возможны... воздержитесь от измены до декларации о разводе. И продолжайте переговорный процесс. Если все, если явно невмоготу и вы объявили о разводе, постарайтесь все-таки, чтобы бывший муж не узнал о ваших новых отношениях. Я уже писал о мотивах: это для него психотравма. Из гуманного отношения к вашему прошлому с ним роману, из жалости к человеку, с которым прожита часть жизни, к отцу вашего ребенка, из стремления к родительскому сотрудничеству. Лучше пусть будет для него неясность. Лучше пусть будет, что вы ушли от него, а не к кому-то. Может быть, за это время он привыкнет к жизни без вас, может быть, тоже найдет замену, пусть не такую замечательную жену, как вы, но все же не полное одиночество, все же какой-то человек с ним рядом. А если она окажется лучше, чем вы (о, как трудно в это поверить!) — то будьте готовы и к этому. На вас свет клином не сошелся. Но и при этом лучше сохранить родительское сотрудничество. В любом случае с вашей стороны должна быть деликатность — это вы оставили его, а не он вас оставил.

Дорогие молодые мужчины! Если все-таки разрыв произошел не по вашей воле, а по ее инициативе... Если пошли измены... Конечно, можно предаться полному мазохизму, можно

перед ней ползать, можно умолять... Часто ей и надо за какое-то ваше прошлое упорство, за несогласие с ее «руководящей» и «направляющей» ролью в вашей несостоявшейся семье получить воздаяние в виде того, что вы ползаете и умоляете... А вы находите в этом слезный кайф... В итоге вы все равно получите горькую реальность разрыва. Вы лишь только продлите агонию в этой маленькой смерти.

Лучше поступить иначе. Стисните зубы. Отнеситесь к этому как к природному катаклизму, как к стихийному бедствию. Скажите себе, как герой восточной сказки: «И это пройдет». Но скажите с уверенностью — ведь основания для этого есть. Я же открыл для вас, что ваши лучшие годы все еще впереди. Да, развод — это маленькая смерть. Но вы возродитесь для новой жизни еще в этой жизни. Мы на самом деле проживаем не одну жизнь, а несколько, и не в духе буддийской реинкарнации, а в том смысле, что каждый период жизни — это новая маленькая жизнь, обогащенная опытом прежних маленьких жизней... Не интересуйтесь ни у нее, ни по другим каналам ее сексуальными отношениями. Сократите до минимума контакты. Только квартирно-прописочные дела и контакт с ребенком. Предложите по ребенку что-то деловое. Водить в развивающий центр, в музыкальную школу, в поликлинику. Предложите купить для ребенка нужные вещи, лекарства. Но не дарите ничего ей, не опускайтесь до мазохистского ухаживания.

 

Мы говорили еще и об изменении житейского стереотипа. Действительно, люди с трудом переносят изменение привычного уклада. Если юный муж будет и это еще переживать как что-то драматичное, он и впрямь в жизни забуксует. Парень, присмотрись ко всяким кухонно-кулинарным телепередачам! На одну Юлю Высоцкую приходятся Макаревич, Долинский, заезжие мужики из дальнего зарубежья... Так что спокойно переживем этот период, не дожидаясь командировок, и постараемся стать отменными кулинарами. А в следующем браке возьмем лидерство на кухне в свои руки. Она согласится; надо, чтобы согласилась. Надо, чтобы она приняла это снижение энергетических затрат по кухонно-домашним проблемам. Впереди у нас с вами — довольно подробный разговор о кулинарии.

 

Итак, мужья должны быть более гуманны после того, как перевалили перекрест. Не забывайте: вы уже на коне. Да, она пло-

хо себя вела, злоупотребляла властью. Но ведь почти все жены — такие. А вы оказались лучше, чем она, потому что вы знаете уже об этих закономерностях (она не знала), потому что вы рационалистично-ответственны.

Свободная любовь — да! брак — да!!!

Из всего того, о чем говорилось выше, может сложиться впечатление, что брак — это настолько тяжело, что и затевать его, может быть, не стоит. И что уж тогда лучше свободная любовь.

Свободная любовь? Я — за. Все же любовь! Все же лучше, чем одиночество. Все можно, и это можно. Не надо ничего запрещать. Надо только, чтобы свободные люди в свободной стране свободно делали выбор формы общения и отношений и свободно выбирали человека, с которым строятся отношения. Но... с, как бы это сказать, «самоответственностью». Если вы до начала сексуальных взаимных действий договорились, что вас в данном варианте интересует секс и вы не хотите создавать «узы», вы вправе построить отношения без создания этих уз. Но если вы врете, что хотите «узы», о которых так простодушно говорил Лис в «Маленьком принце» Антуана Сент-Экзюпери, а на самом деле хотите только секса, это уже вранье, корыстный обман. И он должен караться людским осуждением и муками собственной совести. Не будете вы гореть за это в аду, просто вы будете плохим человеком, и люди будут об этом знать и осуждать вас.

В моих тренингах участвовала «редакторша» с ЦТ Лена Игнатьева, красивая и умная. Однако этих качеств ей было мало. Она хотела, по ее словам, «стать совершенством», поэтому и пришла к нам на тренинги. Обсуждалась пикантная ситуация, в которую попал участвующий в тренингах молодой человек. Он описывал дело так. С одной молодой дамой у него была сексуальная встреча, при этом он ничего насчет продолжения отношений в том или ином виде ей не говорил. Через какое-то время он получает звонок, его называют негодяем, а он не понимает почему. Так вот, Лена Игнатьева прижала к стенке «не-го-дя-я», поставив перед ним конкретный вопрос:

— Почему до секса ничего не сказал насчет того, что брак не предвидится?

Он оправдывался:

— Она не спрашивала.

Лена Игнатьева:

— Спросить об этом — это унизиться. А предупредить — это дело совести.

При том, что в общем и целом секс-игры вне брака допустимы и даже целесообразны, с ними связаны и определенные минусы.

При них ведь есть вероятность нежелательной и незапланированной беременности. Для женщины чаще всего положение матери-одиночки неприемлемо, и она решается на аборт. Он является серьезной физической и психической травмой сам по себе: это хирургическая операция, а значит, боль, страх. Но это еще и унижение, в особенности для незамужней женщины: ее не взяли в жены, а может быть, она хотела подловить и женить. В браке, если договорились повременить с ребенком, такой ход событий тоже возможен. Но при браке, даже если, не дай бог, аборт, для женщины эта психическая травма смягчена тем, что она не чувствует тягостного одиночества. Скорее же всего супруги решатся рожать ребенка даже и в сложных житейских условиях. И если мужчина не эгоцентрист, его совесть спокойнее тоже в браке.

Но главное, что люди, вступая в подлинное супружество, тем самым освобождают друг друга от главного порока в межличностных отношениях — от вранья, от необходимости все время носить личину, маску. Психология уделяет большое внимание проблеме МАСКИ. Человек надевает маску потому, что боится ударов по самолюбию, по самооценке. Он боится отрицательных оценок. Маска — это забрало, которое защищает. Но представим себе, что все время надо носить металлическое забрало. Это тяжело. Это утомительно. Знаменитый и глубокий психолог-психотерапевт поляк Антони Кемпински писал, что маска утомляет и невротизирует человека. Нуда, все время приходится за собой следить, как бы не опозориться, не опростоволоситься, не сплоховать. Это работа. Тяжелая, утомительная работа. И происходит она практически везде, где бы мы ни находились. В первую очередь в служебных условиях. Но и в магазине, и в подъезде дома, и на детской площадке, где вы играете со своим ребенком, вы играете роль — и играете ее в маске. Только в своем семейном доме можно «расслабиться». В супружеской постели. Многое в этом расслаблении относится прямо или косвенно к сексу, к его физиологическим и психологическим проявлениям. О супружеском сексе речь у нас впереди, здесь же мы обозначили проблему. Да, проблему. Снимаете маску — и как будто сняли-таки доспехи.

Очень важно само переживание от снятия маски, осознание, что не надо следить за собой, тем более не надо лукавить (а в «обществе», как ни крути, приходится лукавить). Счастье это когда тебя понимают. Фраза эта стала расхожей после фильма «Доживем до понедельника». Но от этого не убавилась ее истинность. Дома ты имеешь право на ошибку. Дома не надо держать планку. Брак — это взаимное доверие и открытость, это отсутствие маски.

Но еще важнее — осознать, что брак — это кооперация, что здесь взаимопомощь в строительстве «дома», в труде, в творчестве, в чистоплотной карьере. А совсем «важнее», что обеспечены тылы в случае сомнений, разочарований, жизненных трудностей, болезней.

Брак, договоримся, это не обязательно заверенный печатью ЗАГСа союз. Он может быть скреплен честным словом. Это союз с чувством ответственности за себя, за супруга и за общих детей. Свидетельство о браке можно «опротестовать» в суде, брак то есть можно расторгнуть. Статистика разводов очень уж впечатляющая. Но я знаю стариков, отпраздновавших 50 лет супружества и не пожелавших переступить порог казенного дома под названием ЗАГС.

Есть печать, нет печати — брак имеет свои преимущества. Что-то мы уже обсудили. Но кое-что можно и добавить. Например, такой факт:

ДАЖЕ ПРИ ВСЕХ ОСЛОЖНЕНИЯХ В СУПРУЖЕСКОЙ ЖИЗНИ, ЖЕНАТЫЕ МУЖЧИНЫ ЖИВУТ ДОЛЬШЕ ХОЛОСТЯКОВ

Это симптоматично.

А если мы возьмем не менее симптоматичное явление — суицид? Имеется в виду суицид завершенный, а не показушный. Им гораздо чаще завершают жизнь люди, живущие вне брака или находящиеся в процессе развода. Но не будем здесь говорить о печальном. Про суицид мы поговорим в другом месте.

В браке, именно в браке и, по существу, только в браке возможна взаимная эмпатия. Эмпатию я определяю так: это — вчувствование в психику другого человека с сочувствием и сопереживанием. Давайте выделим понятие отрицательная эмпатия. Это тоже вчув-ствование в психику другого человека, но с целью его психологи-

ческой и материальной эксплуатации. Для нас важно, что эмпатия, плюсовая эмпатия, желанная для нас, в браке проявляется более выраженно. Я горюю твоим горем, я счастлив твоим счастьем. Более того, я все делаю, чтобы радостей у тебя было больше, а горестей меньше. Тонкий психолог Вадим Артурович Петровский называет это действенной групповой эмоциональной идентификацией. Он, надо сказать, доктор психологических наук, профессор, член-корресподент Российской академии образования. Но прежде всего, он тонкий психолог, как я уже сказал. И именно он придумал этот важный термин, а поскольку термин длинноватый, он дал его аббревиатурный вариант ДГЭИ. Я со студентами принял: пусть ДГЭИ. Уже и привыкли: ДГЭИ = действенная групповая эмоциональная идентификация. Получается, что старинный термин «эмпатия», столько лет служивший гуманистической психологии верой и правдой, не полностью отражает суть дела. Можно сказать, что он отображает более пассивное сопереживание. А ДГЭИ — это как бы более активная эмпатия. То есть одно дело, если я содрогаюсь от того, что тебе больно. И другое — если я бросаю все и бегу на другой конец города за обезболивающим лекарством. Эмпатией и «ДГЭИем» пронизано все в оптимальном браке. Делла отрезала свои роскошные волосы, чтобы на Рождество купить мужу цепочку для его карманых часов, а Джим продал часы, чтобы купить Делле гребень для ее роскошных волос. Это рассказ О. Генри «Дары волхвов». Ирония судьбы, но более тонкая и явно более щемящая, чем в известном фильме «Ирония судьбы».

Вряд ли другие формы женско-мужского союза могут «похвастать» таким глубоким взаимопроникновением сопереживаний. Я не хочу давать много примеров, они и так везде на поверхности лежат. Пусть читатель сам их найдет. Скажу только, что в эмпатии и в ДГЭИ — смысл супружества.

И родительско-детских отношений. Сижу за компьютером, «никого не трогаю». Моя трехлетняя тогда дочка Катя идет ко мне с просьбой «попикатъ». Мне важно, что она любит работать на компьютере. Так легче осваивается алфавит, даже элементы компьютерной графики. Но сейчас я Кате сказал, что мне надо закончить главу книги. Она знает о книгах, знает, что в них есть и о ней. И легко соглашается:

— Тогда дай мне, пожалуйста, фломастеры. Я порисую ими на полу.

Поскольку ребенок делает многое по подражанию, воспитание в нем эмпатии и ДГЭИ происходит легче, если подается пример.

Так что, коль у супругов это в их отношениях привычка, то ребенок впитывает это и воспитывается этим. Вот так просто и со вкусом все и происходит, если брак гармоничный... И даже если не очень гармоничный, но брак. Ведь если брак все же есть, то время от времени будет проявляться эмпатия... и ДГЭИ. Но, конечно, лучше приложить усилия и оптимизировать его. Однако если семья развалилась, то о какой эмпатии может идти речь? Как у ребенка она будет воспитываться? С приходящим родителем...

Можно расширить мысль. К эмпатии и ДГЭИ призывает нравственный кодекс Иисуса Христа. Это и «Возлюби ближнего своего, как самого себя». Это и «Брось в меня камень, коли безгрешен». Это в «Если у тебя есть две вещи, отдай другую бедному». Это в ответе Христа юноше, который спросил, «как спастись»: «Все раздай». Это в том, что Христос взял на себя грехи человечества...

Я человек неверующий. И не все заповеди строго соблюдаю. Но разделяю многие из них. А вот тем «верующим», которые одновременно ворующие, я советовал бы прислушаться и исполнять ВСЕ заповеди. А то ведь языки адского пламени уже добираются до их пяток... Но людям, исповедующим хотя бы моральный кодекс гуманизма, то есть гуманистической психологии, я советую развивать в себе эмпатию и практиковать ДГЭИ. И в первую очередь в семье... При этом надо, чтобы все это было взаимным.

БРАК ЛУЧШЕ СВОБОДНОЙ ЛЮБВИ ЕЩЕ И ПОТОМУ,

ЧТО ИМЕННО В БРАКЕ И ТОЛЬКО В БРАКЕ МОГУТ БЫТЬ РОЖДЕНЫ

И ВОСПИТЫВАТЬСЯ ВМЕСТЕ ЖЕЛАННЫЕ ДЕТИ

Будет верность — не будет ревности

Любая наука имеет свой инструментарий. Психология — не исключение. В психологии есть тахистоскопы, стробоскопы, батареи тестов... Но в арсенале социального психолога, медицинского психолога, специалиста по психологии личности главным инструментом должен быть клуб, в котором психологические клиенты собирались бы, общались, проходили тренинги. Долгое время моим психологическим инструментом был клуб психологической культуры «Маленький принц», располагавшийся в полуподвальном помещении в самом центре брежневской Москвы. Центрее не бывает: около площади Пушкина. Он был много раз показан по телевидению, о нем было написано множество статей. Не интересовалась его работой разве что только газета «Правда». Клуб работал 20 лет, с 1980 по 2000 год, под эгидой московской психиатрии. Психиатры брежневского безвременья понимали человеческие проблемы порой даже острее. И мне, врачу-психотерапевту Психоневрологического диспансера № 14 города Москвы, было дозволено заниматься в полуподвальных 120 квадратных метрах, но с телефоном и отдельным входом, заниматься не только с психиатрическим контингентом, но и со здоровыми людьми, имеющими психологические проблемы (а кто их не имеет?). Все это Главным психиатром города Москвы Котовым адекватно расценивалось как психопрофилактика. С 1973 года я был уже и кандидатом психологических наук, впоследствии доцентом, преподававшим в ведущих педагогических и медицинских вузах. Работал я в своем клубе психологической культуры «Маленький принц» безвозмездно (энтузиазм исследовательский, видите ли), нарабатывал опыт, отражал его в публикациях, в своих выступлениях в СМИ, в брошюрах и первых книгах, которые были изданы очень уж малыми даже по сегодняшним моим меркам тиражами. И вот в 2000 году приходит комиссия из Департамента здравоохранения Москвы под руководством доктора Ковалева (запамятовал, уж простите, его имя-отчество) и постановляет деятельность прекратить или оформить все как положено: аренда помещения и прочее. Ковалев пояснил:

— Вы романтик, а я конторщик.

Так точно и сказал — вот вам крест трехперстный. И это, увы, соответствовало его позиции, имиджу и смыслу его жизни. Котов в это время ушел на научную работу в институт им. Сербского. Других защитников я не искал. С аргументацией конторщика Ковалева я не согласился, но что из того. Пришлось уволиться из диспансера, ушел в преподавательскую работу. Раньше-то трудовую книжку я держал в диспансере, хотя работал фактически на полторы ставки в вузах. Ну а теперь мне пришлось и трудовую книжку сдать в Московский государственный открытый педагогический университет. Будучи кандидатом наук и доцентом, я работал на ставке профессора и заведовал кафедрой прикладной психологии. Но меня пригласили в Государственный университет управления в Институт социологии и управления

персоналом. Пригласил директор Института академик Альберт Владимирович Филиппов. В ГУУ дали зеленый свет моим начинаниям. Я занялся изданием своих книг, создал в Государственном университете управления в составе Клуба молодых менеджеров и предпринимателей Центр психологической культуры. Ладно уж, без романтического названия «Маленький принц», но под эгидой проректора ГУУ профессора Алексея Михайловича Лялина. Чем и счастлив. Зовем туда людей и из других пенатов. Теперь уже, в соответствии с веяниями нашего неромантического времени, на платной основе. Защитил докторскую диссертацию по специальности «социальная психология».

Но память о «Маленьком принце» сохранена в сердцах многих людей. Гуманизм на фоне геронтократического маразма вождей — это веяние эпохи... Ну, так вот, на стенах клуба «Маленький принц» располагалось много слоганов, содержащих мудрость, накопленную к тому времени. Со стен подвала они перекочевали в статью Леонида Жуховицкого, который возлюбил клуб и прославлял его в своих статьях и книгах. Спасибо вам, Леонид Аронович! Вы поддержали меня тогда, и эта поддержка для меня важна и теперь.

На улицах Москвы стоял 1985 год. Пе-ре-строй-ка... Не то чтобы полная свобода, но с подачи Горбачева гуманистический «процесс пошел». Фразы из статей Жуховицкого перекочевали в буклеты других клубов, стали фольклором. Это интересно — когда придуманные мною и даже выстраданные слова стали «народными»; значит, востребованы. Так вот, среди многочисленных афористичных высказываний на стене комнаты, расписанной в стиле рококо, была такая:

«БУДЕТ ВЕРНОСТЬ -НЕ БУДЕТ РЕВНОСТИ».

Фраза привлекала фонетической игрой слов «верность-ревность», бросалась в глаза, запоминалась и за чаем служила поводом для разговора с новенькими.

Ну а теперь — по сути. Ведь и по сути все правильно. Какая же любовь без доверия... То есть провозглашался один из нравственных принципов в супружеской паре — прозрачность внесупружеских человеческих контактов. Может же муж вступать в разговоры даже с женщинами и может же жена говорить по телефону даже с мужчинами, но вот чтобы только не было подозрений.

Конечно, не сбросишь со счетов ревность патологическую. У хронических алкоголиков есть специальный психоз с бредом ревности, как раньше называли бред супружеской неверности. Может такой бред быть и у больных шизофренией, и у других душевнобольных. Больному кажется, что жена неверна, что только и норовит изменить верному мужу. И он посыпает порошком пол, чтобы увидеть следы соперника. Протягивает тонкие нити, которые при пересечении соперником границы его квартиры порвутся — и ура — измена!

Но патология на то и патология, чтобы быть исключением из правила.

А тут вопрос о том, что ревность возникает в норме при условии, если есть весомые поводы. И вот даже без психоза, а только на одном эмоциональном накале разыгрываются страсти-мордасти. А дальше — как поется в романсе М. Глинки на слова Н. Кукольника:

...Кипящая ревность пылает,

И тайно и злобно

Оружия ищет рука.

Но может и не быть поводов. Если есть верность.

В верности много плюсов. Результат верности — уверенность, что всегда вместе. В болезни и смерти — вместе. В радости — тоже. Можно вкладываться друг в друга. Можно вкладывать свой труд. Конечно, если деньги берутся из тумбочки, то ими можно сорить и отдавать даже при отсутствии верности просто сексуальному партнеру. Проституткам же отдают... Ну а если деньги серьезные и достаются многолетним тяжелым трудом, то, чтобы доверить их супругу, нужно быть уверенным в нем. И ведь не только о деньгах речь. Вы построили совместный дом, а вас оттуда в ваше отсутствие «выписали» (да-да, я о той самой прописке — ведь хороших людей, по Булгакову, портит квартирный вопрос).

Верность — это вообще тылы, уважение и самоуважение.

Венчание вот — почему? Ну, праздник, ну, на память фотокарточки и видеозаписи. Но в значительной мере для людей это праздничный символ ответственности. Как бы перед Богом. Не то что ЗАГС. Но и в ЗАГСах теперь ритуал — тоже почти венчание. Так или иначе, любой ритуал — это символ, символ ответственности. Когда-то присягали на верность царю и отчизне. Здесь — супругу. Верность — это значит: неизмена.

При верности супружеская пара может практиковать даже некоторые формы группового секса. Это усиливает чувственность, но, поскольку все здесь вместе, нет недоверия.

Но почему существует измена? Сократ моими устами задает этот трудный вопрос. И Хор из разрозненных голосов отвечает:

— Хочется чего-то еще, надоедают даже вкусные блюда, если однообразие...

— Самооценка пошатнулась, возникает вопрос, а кому я еще нужен, кроме жены, и вот оказывается, нужен...

— В измене — поиск замены на новый, более приемлемый вариант.

К слову, по некоторым социологическим опросам, изменяют чаще жены... Меньше заняты, быстрее стареют, мечтают отомстить...

Во всех этих объяснениях просматриваются в качестве причины неоптимальные супружеские отношения.

Но только ли реальный половой контакт означает измену? Да нет же, измена — это и просто флирт на глазах у супруга и на глазах у изумленной публики. А Христос в Нагорной проповеди сказал: «Истинно говорю я вам, что уже в помыслах согрешить можно».

Ну ладно, если помыслы чисты, то тем более в действиях не будет измены. Человек будет более спокоен, если будет знать о том, где сейчас супруг, если сможет прийти туда, «нагрянуть», а значит, в определенной мере гарантирован от измены. Если я сам говорю (и это проверяемо), где я в такое-то время, я тем самым демонстрирую свою безобманность. Надо постоянно самому декларировать свое местопребывание, давать телефоны и адреса, по которым я доступен. Сейчас всюду сотовые, но ведь если я в каком-то помещении, то там есть городской телефон.

Декларировать надо не только доходы и расходы, но и бюджет времени. Кто-то скажет: ну как же без доверия, такие мелочные оскорбительные проверки. А мы скажем: ну а как же без открытых карт и прозрачности. Да, должна быть прозрачность. И если будет активная гласность, прозрачность, если не жена будет допытываться, где был муж, а муж будет заблаговременно сообщать о своем местопребывании и времени, то ничего оскорбительного, а все психологически комфортно. Но все, разумеется, должно быть деликатно. И все должно быть симметрично: не только его дела должны быть прозрачны и активно гласны, но и ее дела — по отношению к мужу. Не только он должен «докладывать», но и она ему должна «докладывать», а не фыркать: «Что это я должна ему все докладывать?»

ЛЮБОВЬ ВСЕГДА — УЗЫ. НО ЭТИ УЗЫ НЕОБРЕМЕНИТЕЛЬНЫ, ЕСЛИ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ...

А то вот случай из моей психотерапевтической практики. Свободолюбивый 24-летний муж Саша вовсе не хотел насовсем попрощаться со своей мужской компанией. Он участвовал в мальчишниках, выпивал, приходил домой к своей любимой Ладе, что называется, тепленьким. Он не изменял — действительно мальчишники. На все расспросы отнекивался, говорил: «Ну, че ты, правда играли в карты, и все...» И все же Лада не выдержала и ушла к маме, а там подруги-завистницы убедили ее, что просто мальчишников не бывает. Лада узнала, что очередной мальчишник будет «у Сереги», пришла туда, а там оказались и подруги чьи-то. Так что брак расстроился.

А вот противоположная ситуация. Тоже из моей консультационной практики. Моя пациентка рассказала, что, когда однажды муж был в командировке, ей позвонил их общий знакомый и предложил встретиться. Она пояснила, что сегодня не может потому, что несет в химчистку плащ мужа; завтра не может потому, что перепечатывает статью мужа; а послезавтра приезжает муж, вот тогда и встретимся. Несолоно хлебавши, «друг семьи», захотевший сепаратных отношений, откланялся в телефонном разговоре. Каково же было приятное удивление жены, когда она услышала от мужа, что он слышал этот разговор. Он звонил в это время домой из Кишинева и не мог соединиться, а разговор слышал. Это явно укрепило их любовь и доверие.

Ну а уж если жена стремится вызвать чувство ревности... Если демонстрирует интерес к ней других мужчин, говорит о возможности и допустимости измены и замены... А то даже дело доходит до действительной измены с демонстрацией ее мужу (я имею в виду не измену, диктуемую новой глубокой любовью, а измену именно как средство принуждения)... Она это делает, возможно, по недомыслию. Она думает, что это укрепит ее позиции в этой супружеской паре. И очень сильно ошибается. Ревность

только одномоментно может подхлестнуть любовь. Он в этот момент готов на все, лишь бы она не ушла (или вернулась). Но потом ТРЕЩИНА РАЗРАСТАЕТСЯ. СКЛЕЕННЫЙ РАЗБИТЫЙ СОСУД ЛЮБВИ ДАЕТ ТЕЧЬ.

Муж позже получает возможности замены (в этом мы уже разобрались) и мстит.

Итак, продекларируем с восклицанием еще раз (а потом еще не раз): БУДЕТ ВЕРНОСТЬ — НЕ БУДЕТ РЕВНОСТИ!!!

В дальнейшем нашем обсуждении супружеских коллизий все темы равно удалены от центра. Так что давайте теперь займемся эстетикой в супружестве по принципу: на что упадет глаз, лишь бы это относилось к супружеству.

Эстетика в супружеских отношениях

Эстетика и секс. Эстетика и любовь. Эстетика и одежда. Эстетика и нравственность... Да, эстетика и нравственность — ведь говорят о некрасивых поступках. Во многих личностных и социально-психологических вопросах есть связь с эстетикой. При этом во многих случаях — коллизии, а возможно, и конфликты. Я даже название главы придумал: «эстетический конфликт». Но то ли конфликты уже осточертели, то ли эстетика все-таки больше связана с мирными установками, — мы не уйдем от конфликтной темы, однако не будем ставить ее в начальный угол главы.

Эстетическая проблема в супружестве занимает далеко не последнее место. У меня на заре лекторско-журналистской карьеры психолога была напечатана статья — помню, как будто в газете «Молодежь Молдавии»; назвал я ее «До и после свадьбы». Потом была статья «До и после развода»... Итак, ДО и ПОСЛЕ. Этим публицистическим ходом я часто пользуюсь и сейчас. До свадьбы на свидание шла — приодевалась, а теперь дома ходит в мрачном, застиранном, рваном. То была прическа с завитками; а сейчас — заколка-невидимка, чтобы волосы в глаза не лезли. Раньше ему было приятно купить продукты, организовать ужин при свечах, украсить стол. А теперь роли перераспределились: он принес деньги (если еще принес) и ждет, когда жена позовет к ужину. Поглаженные со стрелкой брюки «превратились» в трикотажные «треники» с пузырями на коленях.

Плюсы заменены на минусы. Ну и т. д. Тут супруги и сами в части случаев смогут проанализировать, как пронизывают иллюзии бермудского треугольника любую клеточку эстетики супружеского бытия.

Однако в большей части проблем все-таки нужен профессиональный взгляд. И пусть — профессионализм постепенно станет присущ и самим супругам (ведь, как мы уже договорились, они же профессиональные муж и жена). Но сейчас я все-таки поделюсь своими психологическими профессиональными знаниями.

Для мужчины красота жены важнее, чем для жены — красота мужа. Это в той или иной мере известно; может быть, даже где-то говорилось, или интуиция подскажет. Но это пока и все. А есть еще много в части: для кого чья красота важнее.

Например, для эпилептоида красота жены намного важнее, чем для шизоида. Про психотипы (эпилептоид, шизоид, истеро-ид, паранойяльный, гипертим) я написал отдельную книгу «Как разбираться в людях», так что «спрашивайте в аптеках города» (я имею в виду крупные книжные магазины) — она переиздается. Но отношения в супружестве настолько зависят от «брача-щихся» психотипов, что мы посвятим им и значительную часть этой вот книги. А здесь, в этом месте, я, пожалуй, — кашу маслом не испортишь, — все же скажу еще кое-что именно об эстетике в семье. Так что продолжим. Для истероида красота жены важнее, чем даже для эпилептоида. Впрочем, и для паранойяльного красота жены тоже небезразлична — и для себя, и перед людьми.

Но все же если совсем уж все только минусы: маленький, лысенький, грязненький, с перекошенным испитым лицом, с черными угрями на носу, с торчащими из ушей волосками — ну вряд ли его полюбит даже хоть кто-нибудь из женщин. Но если не такая уж концентрация отрицательного, то заметим, что у женщины в отношении мужчины быстрее включаются многообразные «зато». Невысок ростом, зато хорошо говорит, внимательно ухаживает. Лысоват, зато владеет дзюдо и аудиторией...

Эти «зато» по отношению к женщине у мужчин срабатывают в меньшей мере. Лицо мадонны (не той, которая поет, а той, которая у Рафаэля), но сутулится. И это «сутулится» — как заноза. Ему хочется, чтобы у него жена была совершенством. Сам-то он, между прочим, все-таки далек от оптимума. Носки и носовые платки не каждый день меняет — некогда. Ну так что же...

Хочешь, чтобы любила жена, — следи за носками и носовыми платками — не расслабляйся. Хочешь, чтобы муж всегда любовался тобою, — ходи в той одежде, которая ему нравится (она есть, есть...), а не в той, которая ему не нравится, а тебе удобнее или ближе к «писку» моды, но этот «писк» его нервирует. Ходи в светлых бриджиках (если этот «писк» ему нравится), а не темных каляных джинсах (которые его раздражают, несмотря на их вечную модность).

Объясняющая психология тут простая — дома я расслабляюсь, на то он и дом. Тем более что и так все время на работе в напряжении. Помним, что маска утомляет. Дома ее снимают. Н-н-да. Можно согласиться с этим. Но только в определенной мере. А в определенной мере все же н-нет.

РАССЛАБЛЕНИЕ ДОПУСТИМО, ПОКА ОНО НЕ ВРЕДЯТ ЭСТЕТИЧЕСКОМУ ЧУВСТВУ.

Ведь чувствовать себя свободно можно и в бриджиках, которые нравятся мужу (а рванье, хотя-и чистое, не нравится).

Вот вскрыты почти все положительные и отрицательные для меня черты в моем альтер эго — в моем супруге... Отрицательные действуют на меня так, как будто сосед сверху производит бесконечный ремонт и пользуется сверлами по бетону. Что делать?

Ну, во-первых, используя деликатную психотехнику общения, надо попробовать повлиять, если в принципе недостаток устранимый. В моей психологической клиентке Юле было все хорошо для ее мужа, кроме того, что она сутулилась. В принципе она осознавала это как свой минус... А Виталий остро воспринимал это как дефект в красоте жены. Он постоянно морщился и напоминал ей. И как только Виталий ей напоминал, она исправляла осанку. Сразу восстанавливалась стройность. Продолжалось, однако, это пять лет, пока она не повела дочку Ксюшу на художественную гимнастику, где первым делом тренерша занялась осанкой детей. «Что же, я менее дисциплинирована, чем дети?» — топнула на себя ногой Юля. Она занялась аутотренингом, составила программу самовнушения, сутью которой было следить за осанкой. Купила в аптеке рекламируемый «паучок». Но паучок был слишком мягким напоминанием, она к нему быст-

ро привыкла и снова стала сутулиться, даже с паучком. Тогда я показал ей, как сделать более строгий паучок (подобие строгого ошейника). Все просто. Петли из веревки с узлами надеваются на оба плеча спереди и связываются на спине. Достаточно туго, так что, когда Юля сутулилась, в плечи впивались узлы — это вам не мягкий эластичный аптечный паучок — и осанка мгновенно выправлялась. Ходи себе где угодно — хоть по комнатам и кухне, хоть на званых обедах. Ведь «строгого паука» можно скрыть блузкой из плотной темной ткани; не надо, конечно, надевать его под газ-шифон. Но долго использовать это «устройство» не пришлось. Оно выполнило роль физиологического тренажера, действовавшего по принципу оперантного рефлекса Фридерика Скиннера. Нецелесообразное действие — сгибание в крючок — подкреплялось отрицательными ощущениями — веревки с узлами впивались в нежные плечики. С моей стороны это не было садизмом. Я посоветовал способ, который сама психологическая клиентка тщательно исполняла. С ее стороны — это тоже не было аутоагрессией. Она старалась избавиться от дефектов антисексуального воспитания: грудь нельзя выставлять, это неприлично, ее надо прятать, вот она согбенно и прятала.

Согбенность — частая «вредная привычка». Можно с ней справиться, впрочем, и иным способом, но тоже все с помощью оперантного обусловливания. 20-летняя Мария приехала из Курска ко мне на летний семинар в Большую Рябую (в тургеневский заповедник на границе Орловской и Тульской областей). Мы проводили тренинг: за конфликтогены (элементы инициального коммуникативного поведения, провоцирующие конфликт) штрафовали по возрастающей. Начинали с 10 копеек за конфликтоген. Повторный такой же конфликтоген стоил уже 20 копеек. В третий раз подан такой же конфликтоген — 40 копеек. Четвертое повторение — 80 копеек1. И т. д. Мария, как и Юля, ходила согбенной. И ее 2-й номер совсем не проступал на футболке с нарисованными большими глазами, которые выглядели как помятые... А так — хорошенькая и умненькая, ну, и в психологии уже начала разбираться. С Марией мы договорились брать с нее штрафы и за сгорбленность — приравняли к конфликтоге-ну. Недалеко от истины. Испытание людей своей некрасивостью, которую в принципе можно устранить, — конфликтоген.

1 На эти штрафы казначей группы покупал торт и еще что-нибудь к чаю — так праздновали завершение занятий.

За пятое сгорбливание Мария выложила 1 рубль 60 копеек, за шестое — 3.20, за седьмое — 6.40, за восьмое — 12.80... А вот девятого сгорбливания не последовало, так как за него следовало бы уже выложить 25.60... Это оказалось для Марии дороговато, значимо — и уже на бессознательном уровне служило регулятором ее осанки... И к слову сказать, стало понятно, что там, где на футболке были только непонятные складки трикотажа, на самом деле оказались очень сексапильные полушария. Я увидел, как глаза у группы, даже у женщин, устремились на глаза, нарисованные на футболке. А то на самом деле было все похоже на то, как у Маяковского написано: «Где у всех выпуклость — у этих — выем».

Ну что же, можно и так, только для этого требуется другое устройство: не узловатая веревка, а тренинговая группа... Она, может быть, даже похлеще узловатой веревки.

Такие же дела с прической. Ну, проведите опросы мужчин, что им больше нравится в «приложении» к женщине: челочка или открытый лоб. Я проводил такие опросы: им больше нравится челочка. А женщины часто используют открытый лоб. А иногда они предпочитают вообще отсутствие прически — лишь бы в глаза не лезли волосы. Получается: патлы — сюда, патлы — туда. Черт возьми, я действительный член Академии имиджелогии. И я говорю вам, уважаемые дамы: мужикам нравятся челки. Очень даже интеллигентным. Вспомните у Пастернака:

 

И чуб касался чудной челки

И губ-фиалок.

 

Сошлюсь и на Пикассо. Взгляните на его девушку с цветком. Открытый лоб — это вызов. Он должен быть идеальным, если уж вы его на себя надели. И то лучше менять прически. И увидеть себя надо с разных сторон. В зеркале видна только часть вашей головы. Надо смотреть на себя в нескольких зеркалах, а не в одном; сделайте фотоснимки, снимитесь на видео.

Одна эпилептоидка, в соответствии со своим психотипом, носила скобу на голове и фиксировала ею волосы, открывая лоб. Так удобно, — поясняла она, — волосы не мешают. Но при этом спрашивала меня, почему мужчины держат ее на положении товарища по партии, а не в роли сексуальной подружки. Даме было за сорок, и она рационалистично продекларировала свое кредо:

— Как-то уже хочется разукрасить свою жизнь маленькими интригами. Дочери — двадцать, у нее своя жизнь, она со мной впечатлениями делится, а я обделенной себя чувствую.

У этой психологической клиентки была хорошая женская фактура. Но я постарался ее дискредитировать в ее глазах. Я предпочитаю психохирургию, а не бальзамические повязки. Мы отсняли ее обиходный имидж на видео. Вместе просмотрели. Она отшатнулась... Я сказал:

— Вот вы увидели себя со стороны; наверное, так же отшатывались и мужчины.

— А как надо?

И мы долго возились с ее головой, отыскивая «как надо». А надо было, конечно, в первую очередь снять скобу и забросить ее в корзину для собачьих игрушек. Она это сделала. Я на свой страх и риск расчесал ее волосы во все стороны и сделал ей челку, подрезал ее ровно и утончил филировочными ножницами. Снова съемка на видео. Она поразилась:

— Теперь понимаю, почему отшатывались...

— Вы довольны собой?

— Я в себя влюбилась!

Мужчины в группе были столь учтивы, что не говорили об изменениях, но стали столь игривы, что она отметила их «приставучесть». Прямо тут же один «товарищ по партии» (ну не по партии, ладно уж, но по группе) увидел в ней сексуальную подружку и проводил прямо до дома.

Я вовсе не собираюсь сейчас излагать парикмахерское ремесло. В последнем случае — это все равно было на интуиции. Тем более не буду преподавать всю костюмологию — читайте здесь обоснованные психологически и технологически книги сестер Сориных. Одна из сестер — президент Академии имиджелогии Елена Алексеевна Петрова. Так что книги эти — с психологическим фундаментом, но и написанные — тут уж я могу вообще быть экспертом — нормальным русским языком.

Несколько советов я все же рискну дать.

Если вы некрашеная блондинка, подойдут: и светлые тона, и темные, и «посередке» расположенные. Но если кожа смуглая, то нужен контраст — или черный цвет, или светлый, но не темно-серый. У мужчин — то же.

Модельеры иногда выпендриваются так, что как будто специально нарушают законы гештальтпсихологии, раздела психологической науки, в котором главная тема — единый образ (геш-

тальт). Все-таки голова ведь не должна быть отрезана от туловища, она нечто единое с ним. А один из вариантов «моды» — футболка и на ней пиджак. Меня передергивает — как будто готовят к гильотине; так перед казнью отрезают ворот у рубашки. Логично — рубашка с воротом, ладно, пусть и без галстука. Вроде встреча без галстука была символом раскрепощенности, свободы в отношениях, устранялась часть маски. Ну а галстук — тоже нормально — дисциплинирует: воротничок чтобы не перекашивался. Можно что-то среднее, как у Михаила Задорнова: водолазка и пиджак... Но не стоит так вот — пиджак на майку.

Эстетически приемлемым или, наоборот, неэстетичным может быть и поведение человека. Слишком уж часто я вынужден наблюдать в студенческой аудитории такое. Вроде бы даже красотка и... зевает: такие, знаете ли, потягушечки... Или сидит эдакий ковбой с голливудской улыбкой, ноги навытяжку вперед — «меня много»; дескать, смотрите какие у меня длинные ноги да еще в ботинках с очень острыми и с очень длинными носами. Но и это еще не все: я еще и руки могу вытянуть назад, тоже потягушечки, а вы, профессор, попробуйте так — так вас же осудят. Бррр... не хочется распинаться перед такими студентами, но некоторые преподаватели скромны, они молчат, «не замечают», а может быть, и на самом деле не замечают... И в семье можно найти примеры такого антиэстетического поведения. Я уже иронизировал по поводу того, что мужу — бигуди, а начальнику — локоны. Кроме того, что в супружестве это антиэстетично, если вдуматься, так это ведь еще и несправедливо. Грим и крем — по поводу их у меня тоже сквозила неоднократно ирония. А помыться в ванне и не прибрать ее за собой... Дальше пусть фантазия и опыт каждого читателя увеличат число таких сюжетов.

Стоит обсудить случаи с «неисправимыми дефектами» внешности. Я рискую впасть в назидательность, однако, как говорил король-Гарин в кинофильме «Золушка»: «Связи связями, но и совесть же надо иметь!» Это правило приложимо и к теме «эстетика в семье». Я знал одного старого человека. Так именно на старости лет он решил разойтись с женой и найти замену на лучший вариант. Его знакомили — человек был достаточно значимый для многих людей. Но у каждой кандидатуры он находил неисправимые недостатки. У одной живот очень большой, у другой — руки грубые, у третьей — нос крючковатый, у четвертой — кожа морщинистая... Самому же ему было семьдесят пять со все-

ми вытекающими для имиджа последствиями. Да кое-что и другое в нем, прямо скажем, было далеко не эстетично: громко сморкался, при людях чистил уши, в носу торчали волоски, на бороде — крошки пищи. Но если ему, не дай бог, напомнить об этом, то было не избежать бурной реакции: что же я, под конец жизни не имею права на счастье? Этот случай, надо сказать, скорее эксклюзивный. Но и иллюстративный.

Отношения в супружестве тем лучше, чем терпимее относиться к некоторым физическим и психологическим недостаткам человека. Помогают многочисленные «зато». Не очень уж красива, зато умна и добра. Эти «зато» хорошо работают и в собственно эстетической сфере. Невыраженный бюст, но красивая попа. Землистый цвет лица, но черты его правильные и очаровательные. Полновата, но очень уж улыбка обаятельная. Так что известное «Лишь бы человек был хороший» пусть нам будет целительным самовнушением.

К тому же присмотримся: сами-то мы не совершенство. И себе прощаем. Поэтому, как только возникает критический настрой, давайте заведем привычку подойти к зеркалу и найти у себя то, за что нас надо прощать. И кстати, надо подумать, а что можно исправить в себе, чтобы не раздражать супруга. Можно не ходить в «трениках» с пузырями на коленях. Можно делать прически для мужа. Но с другой стороны, в расслабленности есть своя прелесть — такая вот своеобразная диалектика в супружеской этике и эстетике.

 

Вопросы семейной эстетики упираются также в психотехнику общения. Элементарные «пожалуйста» и «спасибо» — без этого никуда не деться. А ведь кажется, ну чего уж там, живем вместе, к чему эти формальности, лишнее это. А вот и не лишнее. Кашу маслом не испортишь. А вот разные там: «Я с тобой не разговариваю», «Ну ладно, хватит», «Кисонька, подай вон ту тарелочку... да не эту, а ту, господи, ни о чем нельзя попросить» — таких фраз примерно тысяча. И их надо изъять из лексикона, предварительно осознав почему... Я сел на своего любимого конька, но не буду его погонять, предлагаю читателю сесть на него вместо меня: читайте «Лабиринты общения» («АСТ-ПРЕСС», 2002, 2003, 2004).

 

Ура, вот и добрались до «святая святых» семейных отношений — до финансовых проблем в семье. А то я все откладывал и откладывал этот разговор... Ну, с богом, потому что иначе тут не разберешься.

Итак...

Любовь и деньги

Как много супружеских отношений расстроилось из-за финансовых споров. А причина опять же — в психологии. Каждому человеку кажется, что его обманули, что все не в его пользу, а в пользу партнера. Потому что вспоминается все в свою пользу. Но и партнер вспоминает все в свою пользу. И возникает конфликтная настроенность. Что делать?! Да все достаточно просто: надо вести домашнюю бухгалтерию. На кого и сколько в семье уходит? Какие доходы? Затратьте дополнительное время на запись в «гроссбухе», и будет все легко подсчитать. Прежде чем предъявлять претензию, подсчитайте «втихую». И вдруг окажется, что на меня — больше. Так что впору затевать скандал не мне, а по отношению ко мне. Если вести «гроссбух», то обеспечивается взаимный обмен информацией по вопросам приходов и расходов.

А вот если не вести «гроссбух», то облегчается взаимный обман. «Я утаил доходы», а «я утаила расходы». Я знал одну пару. Жена на неучтенные деньги покупала лишнюю юбку. А у мужа появились «подкожные», по его терминологии, деньги, и вот уже он с двумя такими же приятелями организовал, по его терминологии, «бардачный кооператив». То есть была снята однокомнатная квартира, которая, по его терминологии, была охотничьим домиком. Ну, все же знают, что те, кто уходит из охотничьего домика, оставляют там по возможности для очередных охотников съестные припасы на всякий случай. Ну а наши охотники друг для друга и для подруги оставляли балычок, коньячок, чтобы было чем чокнуться, перед тем как чмокнуться на брудершафт. «На троих» выпить чекушку — это раньше было, при авторитарной советской власти, а сейчас такую вот демократию развели: на троих — охотничий домик. Ну да ладно, я никого и ни за что не осуждаю, я только говорю, как оно есть. А то, как есть, не способствует доверию.

Вернемся к «лишней» юбке. Конечно, учтем, что на женщину надо в семье тратить больше, чем на мужчину. Но на сколько? На 20% или в два раза... На 30% или в три раза... Но не до безумия же. Договоритесь.

Сережа сказал жене Светлане, что, мол, сегодня идем в театр. Он предполагал, что Света жутко обрадуется. А она сказала:

— А в чем мне прикажешь идти в театр? Черное вечернее платье вышло из моды. Белое вечернее — расползлось по шву... А то, что заказано, еще не готово. Ну, пойду в трусиках, это единственное приличное, что у меня есть.

И не откажешь Светлане в острословии, если не в остроумии. Все это от психотипа зависит. Но если рассудить психологически, конечно, на истероидку уйдет все равно больше, чем на эпилептоидку. Ну, так и женитесь на эпилептоидке. Но и истероидка пусть все-таки подумает какой-нибудь из извилин левого полушария (правое-то — оно как раз для эстетики), что не стоит рушить в общем-то приемлемый брак в общем-то из-за ерунды...

Финансовые проблемы упираются еще в одно. Как-то принято считать, что если жена не работает вне семьи, то муж ее «содержит». Есть унизительные словосочетания: «потеря кормильца», «жена на иждивении мужа». При этом в хрущевские времена, когда действовал «закон о тунеядстве», жена-«ижди-венка» тунеядкой все-таки не считалась. А то ведь тунеядцев, то есть не работающих на государство людей, сажали. Не надолго. Но зато — поэтов. Выдающегося поэта Иосифа Бродского, например, посадили. А тут жену все-таки за человека признали. Ну Хрущев! Ну гуманист! Бродского посадил, а жену-иждивенку за человека все же держал. Простите меня за язвительность — что-то не нравится мне Хрущев с его законом о тунеядстве и с его «коммунизьмом», обещанным народу через двадцать лет, но я и других государей что-то не очень люблю. Уж больно много они все заботятся о своем благополучии и больно мало — о благе народа. Ну разве можно за три года неоплаченного отпуска «поднять» ребенка? Как же неосмотрительно российские государи относятся к женскому труду по созиданию граждан. Им только рекрутов подавай, и женщин они рассматривают как матерей рекрутов. В лучшем случае говорят о трудовых резервах (и то хлеб, хоть не о пушечном мясе). А более хитрые в речах используют словосочетание «человеческий фактор».

Они несправедливо полагают, что дело спасения рождающих и воспитывающих — дело самих рождающих и воспитывающих. Ну, дьявол с ними, с теми государственными мужами, которые подают «милостыню» в 70 рублей в месяц на ребенка и 140 рублей матери-«одиночке». Во-первых, по мне, если мать, то уже не одиночка. У нее ее ребенок, дочь ли, сын ли. А во-вторых, на папер-

ти у храмов и просто сердобольные москвичи подают больше. Посмотрите на эту тему еще передачу Вероники Боровик-Хиль-чевской о нищенской мафии, которая грабит нищенствующих, но им подают столько, что остается еще рублей по пятьсот в день. И согласитесь со мной, что с теми, кто матери определил 70 рублей, не Бог, а дьявол.

Ну а если по-человечески? Мы детей рожаем, растим, воспитываем для самовыражения, самоутверждения, самореализации. Что же это за человечество, которое не воспроизводит само себя? Так что ладно уж, боге ними, с государями, на Страшном суде он разберется с ними, с их дьявольскими делами — 70—140 рублей за материнский труд. А мы сами между собой разберемся. Нам, мужу и жене, стало ясно, что без ребенка — это что за семья, пустые хлопоты, и только. Простите меня, дорогие несостоявшиеся родители, если я задел ваши хорошие чувства и страдания ваши. «Я не волшебник, я только учусь», но посильную помощь в зачатии вами желанного ребенка я все же, наверное, могу вам оказать. И не модными ныне искусственным оплодотворением и суррогатным материнством, а расчетами. Внимательно прочитайте главу «Запланированный ребенок» в моих «Лабиринтах общения» («АСТ-ПРЕСС», 2002, 2003, 2004). По крайней мере, ознакомьтесь с чуть более подробной информацией в этой книге (раздел «МЫ и дети», с. 82—83, вторая часть).

Но вот оба супруга решили для себя, что ребенок — это счастье. Тогда непосредственные действия по ребенку, которые муж, работая вне семьи, не может осуществить, — на жене. Так разве это не работа? То есть даже если жена не приносит деньги в дом, но ведет этот семейный дом, разве это не труд? И не оскорбление ли называть ее иждивенкой.

Предложим им договориться так:

ВСЕ ЗАБОТЫ О РЕБЕНКЕ И ВСЯ РАБОТА ВНЕ СЕМЬИ,

ЕСЛИ МЫ СЕМЬЯ, СКЛАДЫВАЮТСЯ В КУНУ, РОЛИ МУЖА И ЖЕНЫ СЧИТАЕМ РАВНЫМИ, КАК И ДОЛИ ИХ УЧАСТИЯ.

И тогда получается, что и работа за деньги, которые приносит муж, и прогулки с ребенком, и стирка, пусть даже в стиральной машине марки «Индезит», и хождение «за три дома» за продуктами — все складываем и делим пополам. И какое же тогда

это иждивение? Это только нравственно неполноценные царско-сталинско-хрущевско-брежневско-ельцинские чиновники могли так формулировать. А христианско-фроммовские психологи ставят знак равенства. Итак, мама «не работает», но это в кавычках; считаем, что зарабатываем вместе.

А если так не считать, то появляется совсем кошмарная «логика». В сущности, проституточная. Если мы не «супруги», то есть не в одной упряжи, то я, считает женщина, должна подороже продаться. У меня есть драгоценность — сексуальная красота (девственность, ладно уж, не будем считать драгоценностью). Вот ее-то и надо получше продать. Ею можно манипулировать — не ты купишь, другие найдутся. Можно по ее поводу торговаться: кто больше даст. И муж старается конкурировать. Раздобыть деньги на победу в такой конкуренции можно только криминалом. Так что специалист, ведущий психологическое расследование убийств, воровства, мошенничества и прочая, должен держать в уме знаменитую фразу «ШЕРШЕ ЛЯ ФАМ» — «Ищи женщину!».

 

Мы подошли к еще одному интереснейшему вопросу. Среди агрессивных и спорных высказываний «отца русской демократии» Владимира Вольфовича Жириновского есть одно, с которым я вынужден согласиться. Он тоже полагает, что мужчины совершают преступления ради женщин. Другие высказывания его — типа того, что женщин должно быть мало в управлении, — я не могу поддержать.

Таким образом, я вместе с Жириновским утверждаю, что часто причина криминала — женщина. Нет-нет, женщина, конечно, не сосуд зла, как полагают некоторые теологи. Но в причинно-следственные цепочки она вплетена. И ведь вот в чем еще пакость. Мужчине, отхватившему на залоговых аукционах большую часть нашего достояния, важно не просто обладание. Конечно, он может получить на 2 часа за 200 долларов США движущийся муляж женщины из мяса, костей и сгнивших ошметков души. Но откровенно коммерческий дегуманизированный проституточный вариант — это для «внутреннего употребления». А ему надо подобие любви. Чем может хвастать перед братками недоучка, которого выгнали из университета? Красивой «официальной» любовницей или лучше женой, проведенной через ЗАГС. Но такая стоит существенно дороже. Еще лучше с ней обвенчаться, а это — еще дороже. Для получения такой он должен за-

явить себя в качестве супермена. В ее понятиях это подаренные ей драгоценности, квартиры, дачи, машины, теннис, лошади и пр-р-р-р-р-р... (большой джентльменский набор нескончаем). А иначе она уйдет... к тому, кто предъявит ей себя в качестве супермена. Вот и получается, что жена иногда — это дорогостоящая проститутка...

Ну, возьмем любой современный фильм ужасов. К слову, почти любой современный фильм — это фильм ужасов. Ну, хотя бы «Бригада». Герой-любовник — кликуха Белый — дарит понравившейся девушке букет цветов. Это его будущая жена... Романтика — как здорово, не правда ли? Беда только в том, что букет он украл... с памятника. Но не подумайте слишком дурного: нет-нет, не с памятника на кладбище, а с памятника Чайковскому... возле Московской консерватории... По замыслу авторов, наверное, это если и не геройский поступок, то вполне милый...

Но дальше — больше. Он дарит ей квартиру. «Пацаны» старались, расселили коммуналку. Пацаны тоже выбелены: хорошие друзья, не подводят главного братана — Белого. Команда. Нет, БРИГАДА! Он тоже подмазан белилами: защищает ее честь от другого подонка. Но дальше еще больше: он стреляет подряд во всех своих врагов — и попадает (откуда такая меткость?) тоже во всех. Ну Вильгельм Телль! Ну Робин Гуд! А потом, во спасение, отправляет жену с сыном в долгую зарубежную поездку (сам приедет к ней позже), наверное, с награбленными копейками... Прослезиться можно!..

«Бандитский Петербург»... Почти все то же. Ну не Безруков, так Певцов (артисты, ладно, как раз приличные, неплохо играют по заданному сценарию)... Какая разница... Не антибиотик, так другая отрава...

Несмотря на бездарные сценарии, многое похоже на правду. Если мы подумаем, что это только выдумка авторов фильмов, чтобы покруче развлечь народ, то нет же. Оглянешься во гневе — и увидишь бритоголовых (тех, кто только с зоны), а то и «респектабельных» крутых менов. И все в цепях. Прямо революционеры. Те тоже в цепях ходили, только в железных и на ногах. А эти в золотых цепях. В толстых. И на толстых шеях. Абсурд. И ему, как пиру во время чумы, предаются многие.

При том, что все так сложилось, что жена — чаще всего тоже, в сущности, дорогостоящая проститутка, продавшаяся подороже, желающая придать себе шик, готовая для этого предать, продать

и продаться за еще более дорогие коврижки. Это она, а потом и ее дети толкают на все большие риски бизнесмена, вступившего на дорогу, ведущую к сатанинскому храму.

Хотите анекдот? Сам придумал.

Нового русского дикаря с набедренным кошельком, спускающимся с живота, спросили:

— Это что, у тебя член такой?

— Нет, это мешок с деньгами.

— А член где?

— А на что мне член, если есть мешок с деньгами.

Для пользования ли дорогостоящими проститутками, для женитьбы ли на бездарной раскрученной певичке, для удерживания ли около себя матери своего сына — мужики идут на криминал? А для чего еще? Нет, конечно, и ради власти, и ради гедонистических переживаний... Но все это по сравнению с женщиной, если само по себе, — мелочь. Ради женщины все делается, ради любимой и «любящей», ради семьи...

Но...

ГНАТЬСЯ ЗА РОСКОШЬЮ РАДИ РОСКОШИ -ЭТО ИГРА В КОШКИ-МЫШКИ С ОГНЕМ.

Мужья постоянно опасаются, что за ними «придут». И ведь приходят! Так что сначала на Канары с женой, а потом на нары без жены. Они испытывают смертельный страх, что их убьют. Вполне обоснованный, потому что их на самом деле убивают. Несмотря на телохранителей, если не сами взбесившиеся телохранители. Убивают кредиторы за неотданные долги. Убивают как кредиторов, чтобы не отдавать долги и чтобы избежать мести с их стороны. Убивают конкуренты как экономических конкурентов. Убивают из страха быть убитыми. Убивают из страха разоблачения. И они сами вынуждены убивать, чтобы не быть убитыми или разоблаченными или чтобы устранить конкурента. А потом испытывают страх быть убитыми из мести. Опасаются раскрытия совершенных ими убийств... Ну что ж, как тонко заметил Мефистофель в опере «Фауст»: «Люди гибнут за металл!»

Есть телепередача «Чего хочет женщина?». Иногда я в ней выступаю. Она мне понравилась своей ведущей Еленой Яковлевой

и самим своим названием. Потому что, конечно же, женщина хочет счастья, долгих лет жизни себе и мужу, она хочет спокойно воспитывать детей... Но что она получает, если гонится за золотом, бриллиантами, дворцами? В конце концов она получает труп своего мужа.

И теперь я повторю вопрос в иной форме. Женщина становится вдовой, она этого хотела? А до этого жене тоже приходится жить в постоянном страхе. Значит, под охраной. Считайте, что жизнь в клетке, пусть и раззолоченной. Легко ли жить с постоянной охраной? Некоторые мои пациентки и психологические клиентки, жены «серьезных» «новых русских», жаловались, что это все равно что под стражей.

 

Но если даже семья некриминальная... Вот жена хочет больше, чем он может. Они ждут не ребенка, а очередного повышения статуса, заработков. Делают аборты до лучших времен. А аборт делает жену бесплодной. Нет долгожданного благополучия, и вот жена разочаровывается в муже. Ищет другого, более удачливого, изворотливого, идущего на риск, агрессивного и эксплуатирующего других. И либо ОН становится на путь криминала, либо ОНА уходит от него к тому, кто может стать на этот путь, лишь бы на каждом пальце у нее было по драгоценному камню. А покинутый муж так или иначе уходит из жизни.

Я не сгустил краски. Конечно, есть семьи, построенные на реальной гуманистической любви. И они не исключение. Но они и не большинство. Общество-то у нас больное. Оно заражено вирусом накопительского бешенства. Выздоровление зависит от того, насколько в людях будет преобладать нравственный кодекс Иисуса Христа, Эриха Фромма, Льва Толстого... Христос говорил: «Если у тебя есть две вещи, одну отдай бедному». Фромм говорил об экзистенциальном обладании. В сущности — это концепция «одной вещи» Христа. Экзистенциальное обладание — это только нужные для жизни и творчества вещи. А само по себе накопительство неживого материального хлама — это, по Фромму, некрофилия — влечение к мертвечине.

Стоп! Никакого поклепа ни на кого не возвожу. Есть, есть жены, которые не торгуют собой и не стимулируют криминал. Есть и мужчины, которые не покупают женщину и не преступают закон. Но тогда семья живет скромнее. И тогда они правомерно могут считать, что они именно «супруги на равных». И тогда никто никого не содержит. И тогда они тратят свои

меньшие или большие деньги, заработанные своим трудом. И тогда он не делает ей, а она не принимает от него никаких подарков. А все мелкие радости типа цветов к празднику, женских украшений и мужских аксессуаров к автомобилю — это просто супружеские траты общих супружеских денег на супружеские или иные семейные торжества. А так, извините, откуда деньги на цветы? Утаены из общего бюджета? Украдены у кого-то и подарены ей? Или взяты с памятника Чайковскому? А то и с кладбища? Так, может быть, лучше так?

Я подарю тебе цветы

Те, по которым ходишь ты.

Моя любовь к тебе нетленна,

Как имя древнее Елена.

Это мое четверостишие, подаренное жене Лене Егидес в годовщину нашего супружества. А еще через год добавилось:

Я напишу тебе стихи,

К которым будут все глухи.

Лишь ты одна во всей Вселенной

Услышишь их, моя Елена.

Я предлагаю считать равными усилия, равными заработки, я предлагаю вместе считать совместно заработанные деньги и договариваться, куда мы их сегодня или в сей год потратим. Честно. Справедливо. А романтики если и убудет, то только воровской...

НАСТОЯЩУЮ, НРАВСТВЕННУЮ ЖЕНЩИНУ НАДО ПОКОРЯТЬ ЛИЧНОСТЬЮ, А НЕ НАЛИЧНОСТЬЮ.

Я знал молодую семью (шестидесятые годы). Жили в 9 метрах. Комната была выгорожена из 20-метроваой комнаты. Выход из нее был зигзагообразный. И вот в этом зигзаге стояла швейная машина, на которой ютилась диссертация. В зигзаге была некоторая изолированность, хотя через него ходили жена и теща. Мужа уважали за то, что г этих далеко не комфортных условиях он писал свои главы. И не зарабатывал, а создавал статус и имидж своей семье, а впрочем, и основу честного материального благополучия. После защиты диссертации он ездил

по стране с лекциями, они приносили и больший доход. Жена ценила это, родился сын. Муж звонил из разных городов страны: послушать голос ребенка и жены — и привозил приличные по тем временам гонорары. С этой семьей было приятно общаться. В их квартирке царило гостеприимство. И для таких радостей не надо было ни врать, ни воровать, ни мошенничать, ни тем более убивать и подвергаться риску быть убитыми... Семья построила маленькую трехкомнатную кооперативную квартиру и вышла из состояния бедности. Жена, со временем освободившись от собственно пеленочных проблем, тоже защитилась и стала преподавать в вузе. Им хватало. Родилась и дочь попозже.

Межнациональные браки

У меня возникла совершенно крамольная идея. Подумалось, что наиболее опасными антисемитами являются некоторые евреи. Я говорю об этом так свободно, потому что я сам продукт ассимиляции, смешения евреев и других народов с людьми «страны проживания». Мама познакомилась с отцом в ИФЛИ. Это расшифровывается как институт философии, литературы, истории... Получается, что я дитя философии и истории. Мой отец — внук киевского раввина по материнской линии и сын расстрелянного в 23-летнем возрасте мальчика, ушедшего в революцию и что-то не поделившего с киевскими чекистами в 1921 году. Отец мечтал учиться на философском факультете. Приехал в Москву из Киева после детдома и рабфака. И тут философский факультет в 1937-м, на мое счастье, закрыли. «Корифей всех наук» Сталин решил, что философия ему ни к чему. Двадцатилетний мой будущий папа уезжать из Москвы уже не хотел и поступил на исторический факультет, куда пришла учиться и моя мама. Дед со стороны мамы был инженером-путейцем, бабуля не работала. Мама поступила на исторический факультет осознанно. До философии она тогда «не доросла», а вот историю, точнее, «Краткий курс истории ВКП(б)» преподавать мечтала. И преподавала его всю свою дальнейшую жизнь. До «перестройки» она не дожила — погибла в 1984 году в автокатастрофе. Итак, мои родители познакомились на историческом факультете ИФЛИ. Интернационализм был в моде. И Титова Галина Александровна стала женой Егидеса Петра Марковича. Он был принят в двадцать пять коммунальных метров семьей мамы пятым (сестра мамы заканчивала десятый класс). Когда я родился, то стал

шестым. Квартирой, даже коммунальной, назвать это не поворачивается язык. Удобства — в очень большом дворе. И сами эти «удобства» — очень большие и без кабинок — простор. Но я любил свой деревянный оштукатуренный и прокуренный дом, который мой дед строил как прораб, любил нашу рабочую баню близ дома, шлаковый двор и сараи напротив. Это было в Москве недалеко от Ленинградского шоссе на Войковской, возле железнодорожной платформы Красный балтиец. Семья жила, справляя и революционные, и православные праздники. В сорок пятом мимо нашего дома шли эшелоны с запада, около нас метрах в пятидесяти иногда останавливались поезда, к нам заходили офицеры, которые давали мне, пятилетнему пацану, пощелкать наганом, пока бабуля со слезами на глазах гладила им шинели и потчевала чаем с селедкой и лендлизовской тушенкой. Это уже конец войны. А до ее начала я был первым «по второму кругу», как мне потом объяснили оставшиеся в живых после войны ифлийцы. Многие из них пошли добровольцами на фронт. Из этих многих многие погибли.

Я был не только первый по второму кругу. Но и первый ифлийский полукровка. Говорят, Гитлер и сегодняшние наши неорусонацисты полукровок ненавидят больше, чем чистокровных евреев. Наверное, потому, что они — начало конца чистокровной расы. Но не забудем: «нет ни эллина, ни иудея — все дети Божьи». Для особо забывчивых: это сказал не язычник Сенека или другой древний языческий мудрец. Это сказал Иисус Христос. Отец не был похож на еврея. Он даже считал себя, в сущности, русским. Пошел на фронт добровольцем, в сорок втором году попал в плен в Смоленской области под Ярцевом. И даже немцы в плену его не вычислили как еврея. Из плена он бежал к нашим. И наши его «усадили» на Шлет, правда, с правом переписки. Отсидел 6 лет, был реабилитирован. В перестроечном «Огоньке» есть один номер, где он снят на обложке с землей в руках и опущенными к ней глазами. Библейский Саваоф с русским лицом. Фотокорреспондент сделал этот снимок во время поездки отца в 1990 году в один из колхозов на Пензенщине, в котором отец был председателем. Позже он написал книгу «Философ в колхозе», изданную его второй женой Тамарой Васильевной Самсоновой, в Париже, где он похоронен в девяносто седьмом году. А в колхозе они с мамой работали с 1954 по 1959 год.

Я тем более считаю себя русским. Другое колено мое — из псковских крестьян. Разумеется, мне претят антисемитские

настроения. Просто мне близка русская культура, а еврейской я и не знаю. Кроме нескольких юмористических словосочетаний на идише. Мне не нравится местечковость, провинциальная религиозность. Не нравятся шляпы и камилавки. Мне нравятся Эйнштейн, Фрейд, Маркс, Ландау, доктор Рошаль — а это уже интернационал. Но когда где-то вспыхивает тлеющий уголек антисемитизма, я реагирую. Очень резко и очень болезненно. Если вы обратили внимание, я даже не взял фамилию мамы (она Титова). И не подписывался никогда никакими псевдонимами. На всякий случай разъясню даже, что фамилия моя — не греческого и не литовского происхождения, а самого что ни на есть древнееврейского. Егидесы, Егидисы, Ягудаевы, Ягудины и даже Ягоды — это все производные от древнееврейского имени Иегуда.

Но есть и другая сторона. Еврейская активность, увы, часто оборачивается против простых евреев. У Анатоля Франса в «Острове пингвинов» есть рассуждения о евреях богатых и бедных. Когда богатые евреи чем-то насолят, все оборачивается против бедных евреев. А ныне... Березовский, Гусинский, Абрамович и сталинский гад Генрих Ягода вызывают к жизни темные инстинкты. Зловещая фигура Сталина не вызвала антигрузинских настроений. А «не к ночи помянутые» люди еврейского происхождения провоцируют антисемитизм. Провокаторов, как известно, расстреливают, ну, одного — уже расстреляли (Ягода), двое далече, один получил срок, а еще один на всякий случай купил футбольный клуб... Я, конечно, против расстрелов — хватит, настрелялись. Но те из евреев, которые провоцируют антисемитизм, должны быть, на мой взгляд, осуждены в нравственном плане. Они должны осознать свой моральный долг перед многострадальным еврейским народом. Они должны если не приобщиться к клану великих и нравственно безупречных евреев—к Эйнштейну, Ландау и иже с ними, то по крайней мере не позорить их и не снижать «рейтинга» еврейства в мире. У любого народа есть герои и антигерои. Роман Аркадьевич Абрамович — антигерой. А то, что Чукотка его ценит, так это дело понятное. Отстегивая небольшой процент из достояния, приобретенною на залоговых аукционах, обеспечить себе «уважение» — кто же этого не понимает.

Так что я за интернационал и за интернациональные браки. Но есть и проблемы. Моя мама, например, после разрыва с отцом сетовала на то, что вышла за еврея. Позже я отнесся к этому

с пониманием, но каково было мне, полукровке, тогда? Тогда я, помню, взял стул и сломал его об пол. Сейчас... осуждаю себя за это.

Мне неприятно слышать и то, что русские — это определяющая нация. Мне ближе рассуждения, что Россия — родина интернационала. Не того, в котором «восстанет род людской» — тут и вкуса не хватает, и с нравственностью не все в порядке, и от истины далековато. А того, где «нет ни иудея, ни эллина — все дети Божьи». Я напомню, что и Пушкин (основатель русского языка), и Лермонтов («колокол на башне вечевой»), и Даль (четыре тома «Толкового словаря») — все они результат ассимиляции. Я горжусь тобою, моя Россия, я благодарен судьбе, что здесь родился и стал здесь человеком. Я не уехал ни от антисемитизма, ни за длинным долларом, я в шутку и всерьез говорю: «Я родился и умер в Москве». Я за нравственный кодекс Иисуса Христа, я нахожу общий язык с узбекскими ребятами, которые бегут в Россию и работают сторожами у нас в садовом товариществе. Я за процветание всех конфессий. И против любого мракобесия, прикрывающегося исламом или православием.

У меня был знакомый по имени Дурды, из туркмен. Я работал участковым психиатром, а он — водителем нашей медицинской машины. И однажды мы оказались с ним в переделке, которая была сродни боевому крещению. В работе психиатров бывают трудные моменты. Вот надо госпитализировать больного в состоянии обострения. Это и был такой случай. Больной с бредом преследования стоит с женой и новорожденным ребенком в комнате около стены. Он не раз лечился в психиатрической больнице и сейчас угрожал жене по бредовым мотивам. Родственники вызвали милицию. Но как только к нему приближались, он хватался за жену, и понятно, мог пострадать ребенок. Майор милиции, маленький и кругленький, суетился вместе с множеством соседей и родственников и еще несколько милиционеров покрепче. Но была опасность для ребенка. Плюс майор сообщил, что в левом внутреннем кармане у парня был нож. Ситуация труднейшая. Но у меня созрел нестандартный план. Я посвятил в него Дурды. Я сел перед Алексеем верхом на стул, спинка стула была обращена к нему. И стал с ним разговаривать, что к чему. Он не понял, что это капкан. Расслабился. Милиция стояла поодаль, а рядом со мной был только Дурды. Я обратился к нему вроде как по машине: поставил ли он машину на ручник... Это был условленный сигнал. Внезапно

я поднял стул и направил его на Алексея так, чтобы его торс оказался между ножками стула, и прижал его стулом к стене. Дурды вместе со мной схватил и держал стул, который Алексей в течение трех секунд разбил вдребезги. Но тут подскочили милиционеры и зафиксировали больного. Ребенок и мать были спасены. Мне оставалось только написать путевку для психиатрической перевозки. Этот случай с Дурды я вспомнил потому, что он вовсе не обязан был по долгу службы рисковать, впрочем, как и я, но он оказался хорошим товарищем (!) — и помог в экстремальной ситуации. Он был и хорошим мужем, женатым на русской женщине, у них был пятилетний к тому времени сын. Жили они как раз там, где был обслуживаемый мною психиатрический участок. И Дурды иногда приглашал меня после работы к ним домой на чай. Спиртного по мусульманским законам туркмены не употребляют. И жена говорила, что это прекрасно, особенно в сравнении с мужем сестры, русским, у которого с этим делом всегда проблемы. Но ей зато пришлось принять некоторые исламские правила. Она называла его на «вы»... и прочие патриархатные детали. Шло время. Я перешел на должность психотерапевта, а Дурды перешел из диспансера в поликлинику, и контакт с ним был потерян. Лет через двадцать — случайная встреча около станции метро. Разговорились. Сыну двадцать пять, все в порядке, жену по-прежнему зовут Тамара, построили кооперативную квартиру, он работает в автосервисе. Браком он доволен. Звал в гости. Оставил телефон. Я уже крутился на других орбитах, в гости не пошел, но его помню и вспомнил вот сейчас по этому поводу.

Разновозрастные браки

О-ой, любви все возрасты покорны... И добавим, что любят иногда человека не в том возрасте, который большинством санкционируется. Ну, про любовь вполне взрослого дяди и тринадцатилетней нимфетки уже очень хорошо написал Владимир Набоков в романе «Лолита», и мне до него не дотянуться, сколько ни совершенствуйся я в писательском мастерстве. Про любовь юноши к старой и вполне уродливой даме лучше меня написал уже Лион Фейхтвангер в романе «Безобразная герцогиня». И там, и там истории трагические. А мне уж, так я себе определил, придется разбираться в сюжетах обычных и уж по крайней мере в более частых из менее частых.

Наиболее распространенный вариант возрастного соотношения, понятно, таков: приблизительно ровесники, но все же ОН постарше, чем ОНА, в пределах десятка лет. Чуть меньше чем в 10% браков — старше жена. (www.marsexxx.com) В эти неполные 10% входит и наша последовательница безобразной швейцарской герцогини Маргариты Маульташ — известная-преизвестная эстрадная певица. Настолько известная, что приводить ее имя и фамилию просто излишне. Но о разнице в возрасте скажу: где-то такая же. Брак ее с певцом же, ставшим потом не менее известным, взбудоражил всю нашу многонациональную страну.

А вот не вспомнить «героя и героиню» (это было в начале девяностых годов) одной передачи в телепрограмме «Тема» мне просто нельзя, поскольку я в ней участвовал в качестве эксперта на подиуме. Здесь надо остановиться и посмаковать. Есть эксперты в телепередачах, комментирующие события из первого ряда. А есть эксперты «на подиуме». Так вот, однажды (передачу вел еще Листьев) меня пригласили на «Тему» и усадили-таки только в первом ряду. А моего друга Александра Моисеевича Полеева — на подиуме. И хотя рядом со мной сидел очень именитый и престижный Инин, он даже тоже Аркадий (как и я), мне было не по себе: Полеев — на подиуме, а я только в первом ряду, хотя и рядом с Ининым. У нас, у психологов и психотерапевтов, тоже гордыня — гореть нам в адском пламени. И поэтому, когда редактор «Темы» Оксана Найчук позвонила мне и сказала, что вот разновозрастные браки — откомментируйте, пожалуйста, я тут же ей с обидами: что, мол, будет как в прошлый раз у Листьева, я буду в первом ряду, а Полеев — на подиуме?

— Нет-нет, что вы, Аркадий Петрович, вы — на подиуме, а Полеев — в первом ряду.

Я сказал: «Ладно». И сидел на подиуме, а Полеев сидел в первом ряду!

Ну, ради шутки я все это рассказал, конечно; я потом много раз выступал в разных телепередачах и на подиуме, и в первом ряду, с Полевым, и с другими экспертами, и вовсе один. Я без амбиций в этом плане.

Ту «Тему» вела «дама в возрасте, но зато с веером» Лидия Иванова. Рядом со мной (на подиуме!) сидел молодой, где-то вокруг тридцати лет, «композиторо»-певец. Да, кавычки: песенки писал, не симфонии же. И его жена — старше его лет на тридцать, явно не герцогиня, но уж точно похожая на Маргариту

Маульташ. Как оказалось, его продюсер. Он всячески ее хвалил, говорил о ее необыкновенных душевных качествах...

Я не стал тогда проводить настоящий психологический анализ, для которого не надо быть не только психоаналитиком, но даже просто психологом: столичная продюсерша и растиньяк Мценского уезда. Но телешоу — это игра, в которой есть свои «приличия»: даже если на лице нет маски, налицо душевный маскарад. К чему тогда шум... Это же еще не специализирующиеся на скандалах «Окна», а только «Тема». Поэтому я перевел стрелки с психологического анализа на психоанализ и не преминул с телеэкрана просветить зрителей относительно эдипова комплекса (бессознательное влечение сына к матери). А Полеев тоже перевел стрелки, но не на психоанализ, а на психофизиологическую сексологию. Он объяснил все сходством сексуального темперамента молодого мужчины и пожилой женщины. С молодой женщиной хлопоты. Если ОН не принес картошки, то ОНА откажет. Я тогда сказал, что это у меня написано было в статье «Сексология снимает запреты» в сборнике «Популярная психология для родителей»: помойное ведро не вынес — полового акта не будет. А Полеев сказал, что, мол, то помойное ведро, а то картошка. Я сказал, что да, есть разница, но она небольшая. С Полеевым мы не поссорились, наоборот, наше взаимопонимание укрепилось.

Для «композиторе»-певца и жены-продюсерши то шоу было, естественно, значимой рекламой — они и до сих пор малоизвестны. А вот для Лидии Ивановой передача просто-таки оказалась судьбоносной. Спустя небольшое время она нашла себе 18-летнего юнца, и это было событием месяца, не помню какого, но СОБЫТИЕМ. Фейхтвангеровская герцогиня Маульташ, наверное, перевернулась в гробу от зависти. По ящику все это обсуждали, и Лидия Иванова теперь была в центре внимания. Однако я не решился бы комментировать это ни с подиума, ни из первого ряда.

Я ничего не осуждаю, кроме насилия и осознанного обмана. Такие браки тоже случаются и, наверное, имеют право на существование.

Более частыми из менее частых являются браки, где муж намного старше. Не скрывает своей разницы в возрасте между собой и женой композитор Владимир Шаинский, никогда не расстающийся с нами: включишь радио — то та, то другая грустно-веселая песня напоминает нам о солнечном мире, в котором живут

и прекрасно развиваются двое его детей. Чуть ли не первым из таких смельчаков заявил о себе, жене и сыне всегда улыбающийся Олег Табаков. У известного писателя Леонида Жуховицкого дочери около семи лет (жене еще нет тридцати), при том, что ему — около семидесяти. Год назад в передаче «Чего хочет женщина?» я в качестве эксперта (из первого ряда) комментировал брак Анны и Владимира. Ей — 26, ему 66. Они ждут второго ребенка. История и трагичная. Аня была влюблена в сына Владимира, эстрадного певца Игоря Сорина (из группы «Иванушки-интернэшнл»), который покончил жизнь самоубийством. В связи с этим она пришла в дом к родителям кумира и... осталась с его отцом (поэтом и художником). «Пути Господни неисповедимы», и «Не судите — да не судимы будете».

Вполне очевидно, что во всех этих случаях молодые женщины западали на немолодых мужчин, значимых в социальном плане, а не просто хорошо зарабатывающих. Повторю свой афоризм: женщину надо «покорять» личностью, а не наличностью. Эти наиболее частые из наименее частых случаев обсуждаются с меньшим осуждением, чем браки юношей с пиковыми дамами (с веером или без). Поэтому, наверное, таких браков больше. Но если у меня по лицу и скользнула недобрая улыбка, то я прошу прощения. Пусть и здесь «Не судите — да не судимы будете». Тем более что сам я и целибат не исповедую, да я в зеркале общественной морали — нахал, да и только.

Но попытаюсь оправдаться. Меня не пример старших (Табакова, Шаинского и Жуховицкого) стимулировал. Когда я в свои 55 лет после далеко не первого брака остался один, я не искал молодую женщину. Но все соизмеримые по возрасту пристойные были пристроены (уже или еще). Что же, мне надо было отказаться от счастья, которым наградил меня рок в мои 57? Лене было 19, когда мы встретились. Я позвал ее в клуб «Маленький принц»; где занимался со студентами-психологами. Это были не нормативные обязательные занятия, а дополнительные добровольные. Те, кто ходил на них, откровенно меня уважали. С некоторыми из них Лена подружилась (а с некоторыми из некоторых дружба эта длится до сих пор). Женщину надо покорять личностью, а не наличностью. И возраст мой для Лены не оказался минусом. Еще два курса она проучилась на экономическом факультете, месяц продлились формальности в местном ЗАГСе. Через год родилась Катя (начало 2001 года — так что Катя — ровесница XXI века). Она теперь — главное в нашей люб-

ви, главная тема разговоров, забот-хлопот, иногда непринципиальных расхождений. Лене всегда больше нравилась деревня, чем прибрежные города курорта Сочи. Так совпало, что и мне — больше... Купив дом в небольшой деревне Большая Рябая, мы с ней написали там книгу «Лабиринты мышления». Книга написана максимально понятным языком, но в ней упрощено изложение, а не мысли. Так что здесь моя высокая оценка интеллекта Лены адекватная. Заметим, что она в течение двух лет преподавала в семи седьмых классах достаточно сложный даже для студентов педвузов материал «Лабиринтов мышления». И эта творческая работа вместе со мной ей тоже очень нравилась. Анаше творчество по созиданию личности в лице нашей Кати — еще больше.

Говорят (это надо еще проверить), что у пары с большой разницей в возрасте между старшим мужем и молодой женой дети талантливы. Не знаю, не знаю. Катей, по крайней мере, я во всех отношениях доволен. Ей будет посвящено здесь еще немало страниц.

Но сейчас я обращу внимание только на одно явно важное для многих людей обстоятельство, о котором обычно не говорится в научно-популярной литературе.

ЯЙЦЕКЛЕТКИ СТАРЕЮТ ВМЕСТЕ С МАТЕРЬЮ, И ЧЕМ СТАРШЕ МАТЬ, ТЕМ ВЕРОЯТНЕЕ ГЕНЕТИЧЕСКИЕ ДЕФЕКТЫ.

С отцами дело обстоит в этом отношении несколько иначе. Сперматогенез (так сказать, производство сперматозоидов) происходит всю жизнь до глубокой старости. И каждый раз вновь образованные сперматозоиды — «свеженькие». Так что от пожилых отцов дети — без генетических дефектов. Между прочим, в силу существенной разницы в возрасте между мной и Леной — это тоже было учтено. И Катя пока радует нас здоровьем и развитием.

Телевидение муссирует разновозрастные браки — тоже ведь клубничка.

Какие же проблемы в разновозрастном супружестве? Я имею в виду все-таки ситуацию, когда намного старше муж. Когда — жена, тут все-таки природа решает за нас. Брак — это и родительство. Ну невозможно стать женщине матерью в старческом возрасте. И не я это постановил, так что не ко мне претензии.

Я только консультант — и говорю что есть и что думаю. Думаю, что это не повод осуждать любовь пиковых дам к валетам. Но и не повод много обсуждать психологические проблемы в таком браке. А вот вышедшие на экраны телевизоров проблемы «неравного брака», в котором старше муж, обсудить имеет смысл.

Нравственная проблема. Один юноша на записи одного телешоу сказал:

— Эти старики отбивают у нас наших невест.

Возразить трудно. Отбивают. Но на то и конкуренция, а что ж вы хотели. Тут тоже надо брать личностью, а не чем-то вне-личностным (не наличностью, мы говорили, но вот и не молодостью). Известна картина Пукирева «Неравный брак». Но там дело другое, там девушку выдавали насильно. И назвать картину надо бы «Насильственный брак». Суть другая, проблема смешается с разновозрастное™ на свободу волеизъявления.

У Пушкина известна фраза:

— Поздно, Дубровский. Но может быть и:

— Рано, Дубровский.

Женщины часто выбирают не молодость и физическую силу, а глубину мыслей и чувств, опыт и надежность1.

И вопрос ведь не упирается в очень большую разницу. Я повторю приведенные мною цифры А. Б. Синельникова. 13,4% женихов в возрасте 40-44 лет и 32,9% женихов 35-39 лет сочетались браком с женщинами моложе 30 лет. То есть это что? Это далеко еще не старики, а женились на дамах, которые на 10—15—20 лет моложе.

Есть и сексуальные проблемы. Но далекие от расстройств собственно сексуальной функции. Вот типичная сексуальная ситуация. Сорокапятилетний бизнесмен и двадцатипятилетняя мама его детей. Я специально подчеркнул, что мама его детей. Брак вроде как устоявшийся. Оба на моей психотерапевтической консультации рисуют такую картину. Вечером он не может. Говорит:

— Есть силы только рухнуть.

Утром она не может. Говорит:

1 И, между прочим, подобное отмечено этологами у высших обезьян. В стае предпочтение отдается не крупным агрессивным самцам, а старым несильным, но обладающим опытом. Это проявляется в стремлении к контакту, в обыскивании, в позе подставления.

— Нет сил открыть веки, а не то что раздвинуть ноги, да еще выдерживать тяжесть его фомадного тела. Хочется досмотреть сны.

Днем она воспитывает детей. А он если и заедет, то опять: только прислонился к дивану, тут же и захрапел.

Ну что же, меньше надо работать, меньше зарабатывать денег на «все более золотые цепочки», и тогда больше останется сил для вечернего и дневного секс-сеанса. А она не будет во сне добирать сексуальные переживания.

Проблема вдовствования. Но ведь когда супруг погибает — это, увы, тоже ипостаси жизни, — он продолжает жить в детях, в наших душах, в фотокарточках, в портрете на стене, а теперь и в видеозаписях; в том, что навещают его могилу и ставят свечку в ближайшей церкви (независимо от того, веруют родные или нет, храм — в нем специально вспоминают о вечно живом родственнике).

ПО-ХОРОШЕМУ, ПО- ЧЕЛОВЕЧЕСКИ НЕ ВАЖНО,

СКОЛЬКО ПРОЖИТО, ВАЖНО, КАК ПРОЖИТО.

ПО-ХОРОШЕМУ, ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ СУПРУГ (МУЖ ЭТО ИЛИ ЖЕНА)

И НЕ УМИРАЕТ ВОВСЕ, ЕСЛИ В ДУШЕ ОСТАЕТСЯ ЕГО ОБРАЗ.

А с другой стороны... Я однажды встретил в поезде супругов-баптистов. Муж был младше. Ну не как в приведенных выше «классических» сюжетах, но значительно младше. И люди были в возрасте. Мы подружились на время поездки (из Таллина — в Москву). Они меня зауважали за знание евангельских текстов, сказали, что из меня вышел бы неплохой пресвитер. И даже подарили Новый Завет. Тогда это был значимый подарок — издание религиозной литературы государство ограничивало. А муж произвел на меня впечатление фразой, которую имеет смысл запомнить. Он сказал, что никто не знает своего часа. К чему это я... В принципе чем старше муж, тем вдовствовать придется дольше. Это в среднем. Но и здесь пути Господни неисповедимы. Одна 50-летняя доцентша вышла за 75-летнего профессора (случай из жизни!). Размышляла, как это ей придется через 5— 10 лет быть вдовой. Судьба распорядилась иначе. На второй год супружества он стал вдовцом (во второй раз). Рак. И некуда деться. Ну ладно, чур меня, не я, не я... А вот случай более типичный. Молодые! Крепкие! Рожают. А его раз и застрелили.

Или покалечили. Или посадили. Или он развелся потому, что подлец и сменил ролевой состав в своем жизненном спектакле. Потому что молодые жены хотят ВСЕГО и СРАЗУ.

Зато какие-то проблемы сглаживаются. Если муж старше на 15—20 лет, властные возможности у него больше. Получается, что этим обеспечивается равновесие. Припомним, что здесь увеличивается и его финансовая значимость, и разговаривает он увереннее, и заматерел, и сексуально опытнее и спокойнее.

Если муж намного старше, прибавляются другие переживания. Проблемы с его взрослыми детьми. Проблема завещания. Мысли о смерти.

Для некоторых мужчин последний брак — лебединая песнь. Пробуждается сентиментальность, тяга к романтике. Но не к романтике типа «а я еду за туманом», а к путешествиям по историческим местам. Снова — тяга к стихосложению. Вот и у меня:

Моя любовь к тебе нетленна,

Как имя древнее Елена.

Если брак с ее стороны в определенной мере по расчету, могут возникнуть проблемы меркантилизма. Одна молодая женщина, выйдя замуж за почтенного старца, требовала от него послушания за «доступ к телу». Ну, так не надо жениться на хищницах. Даже если ты еще состоятелен как мужик, а не только имеешь состояние.

Могут представлять проблему разные круги общения. Но могут и не представлять.

Мои друзья-ровесники вполне вписываются в круг общения нашей семьи. Как и подруги Лены. Школьная подруга Лада, у которой муж — ее ровесник, приезжает к нам, мы приезжаем к ней. Новая подруга (моя бывшая студентка) Надя... Дружба длится годы уже.

Сексуальные проблемы супружества

Я не буду системно освещать вопросы сексуальности. Многое сделано в моей книге «Лабиринты общения», постоянно переиздающейся в «ACT-ПРЕСС». В ней есть большая глава «Сексология снимает запреты». Сексуальное общение — тоже вид общения. И тоже в его лабиринтах можно было запутаться. Это я о том, почему в той первой, будем считать, моей книге нашла место и глава с таким названием. А здесь, в этой книге, я поговорю о сексуальных проблемах именно супружества.

В нашей современности редко встретится мужчина и даже женщина, которые вступают в брак, не обретя тот или иной сексуальный опыт. Однажды, это было давно, добрый старик, с которым я только что познакомился, узнав, что я разведен (было и такое в моей жизни), тут же стал обо мне заботиться. Сказал, что у него есть на примете для меня невеста.

— Из хорошей семьи. Ей 32 года, но не подумайте дурного, она еще девушка.

Я туг же перевел разговор, а когда он снова привел его к той же теме, я в испуге шарахнулся в сторону (надо же, эмоции не сдержал). Я залепетал что-то в духе того, что я сам решу свои проблемы, что мне надо дописывать кандидатскую диссертацию, что у меня уже есть невеста, что я вообще не собираюсь жениться... Я не стал ему тогда говорить, что девушка в 32 года в четвертой четверти XX века — это психопатология. Может быть, даже шизофрения.

Тот или иной сексуальный опыт до брака почти всегда есть. И может случиться, что он достаточно разнообразен по крайней мере у одного, и скорее всего у мужчины. Но этот опыт может быть больше или меньше.

Какие же могут из этого возникнуть коллизии?

Как деликатно выражался один из моих учителей, доктор медицинских наук профессор-психотерапевт Николай Владимирович Иванов, у одного из супругов может быть сужен диапазон приемлемости. Какие-то сексуальные действия одного супруга не принимаются другим. Иванов ставил вопрос о расширении этого самого диапазона. Если люди любят друг друга, то в этой любви им все дозволено, считал он. Сегодня, с проникновением в кинематограф все более открытых сексуальных сцен, с возникновением сексуальной видеопродукции, такие эвфемизмы, как расширение «диапазона приемлемости», вызывают улыбку. Но все-таки эта формулировка может быть вынесена за скобку.

Чего бы мы ни коснулись из «перечня» сексуальных действий, включая «говорение», чаще всего диапазон приемлемости уже у жены. Но если муж — эпилептоидный или психастеноид-ный психопат, то может быть и у него уже. Но чаще — у жены. В самой общей форме можно сказать, что женщина более закована. Чтобы ей открыться, нужно время и постепенность воздействия.

Что же может быть неприемлемо для другого супруга?

Да все, что угодно. Простая обнаженность. Старец Никодим в «Воззрениях аббата Жерома Куаньяра» Анатоля Франса предложил для супругов «спецодежду» — балахоны с отверстием посредине для деторождения. Все-таки, если сказано «плодитесь и размножайтесь», то совсем «без» не обойдетесь. Да, как врач-психотерапевт, проработавший в том числе пять лет в сексологическом кабинете, могу засвидетельствовать, что и неприемлемость обнаженности у пациенток-клиенток мне тоже встречалась. Хотя они не знали запретов старца Никодима. Приходилось убеждать в необходимости обнаженности. Применение уже простых зеркал дает серьезный эффект. Во-первых, происходит удвоение впечатлений. Во-вторых, в зеркале — другая картинка своих тел. Главный эффект в том, что поле зеркального зрения существенно шире, чем поле зрения глаз. Жены — психастеноидки, сензитивки и эпилептоидки — и этого боятся. Но истероидки, гипертимки и шизоидки1 начинают понимать, что в особенности велик эффект зеркал «с особенностями», например эллипсоидных. Степень виртуальности здесь еще выше. Такое расширение диапазона приемлемости разнообразит и обогащает сексуальные впечатления. И да пребудут в супружеском сексе зеркала, маленькие и большие, простые и эллипсоидные.

Но далее встает каверзный вопрос о сексуальной фотопродукции и видеопродукции. Их, как-то даже не сговариваясь, делят на эротику и порнографию. Все, что угодно, показывай, кроме половых органов, — тогда это, дескать, эротика. А с половыми органами никак нельзя — порнография. Некоторые авторы в определении понятия «порнография» вводят такой «признак»: специально предназначено для полового возбуждения.

Все это, конечно, немного смешно. Дать определение таким понятиям, как «эротика» и «порнография», — это пар пополам с туманом. Ученые мужи затрудняются дать определение даже самому понятию «дать определение». А уж так сформулировать определение, чтобы оно могло быть помещено в юридические документы, — это вообще вещь, по крайней мере, пока... невозможная. Изображение половых органов — так за любой учебник анатомии можно загреметь. А у настроенного на секс человека — изображение половых органов даже и в учебнике анатомии вызо-

1 Не пугайтесь, читатель, только запоминайте, а рассказ о психотипах (эпилепто-иды, шизоиды и пр.) впереди.

вет возбуждение. Поэтому не будем решать вопросы дефиниций. А просто ясно, что есть кассеты полегче и покруче. На площади Пигаль в Париже в рекламе часто встречается по-английски «hard sex», что в переводе означает «тяжелый секс». И вопрос, пожалуй, нужно сместить в другую плоскость. Фильмы с откровенными сексуальными сценами могут быть безвкусными и со вкусом. Вот если бы Феллини и Антониони включили в свои фильмы более развернутые сексуальные сцены. А то ведь приходится довольствоваться Тинто Брассом, а то и вовсе ремесленниками без имени. И все же «картинка» дает впечатления.

Жены привыкают к виртуальному сексу труднее, чем мужчины. И что тогда происходит? Муж, любящий и серьезный, все же нуждается в этой виртуальности, и его находят и соблазняют и раскручивают более раскованные соперницы. Может быть, имеет смысл весь виртуальный секс переместить в домашнюю обстановку?

Приходится сексологам расширять диапазон приемлемости у своих пациенток и в отношении орального и анального секса. Теория проста. В мозгу представительства половых органов и пищеварительного тракта находятся в непосредственной близости. Так что и стимуляция — рядом. Играет роль и психологический фактор: запретный плод сладок. Но, несмотря на то что написана уже на русском языке бездна книг, при этом очень солидными, уважаемыми авторами (Игорь Семенович Кон), диапазон приемлемости жен и здесь сужен.

СЕКСОЛОГУ ЧАСТО ПРИХОДИТСЯ НЕ ЛЕЧИТЬ, А ПРОСВЕЩАТЬ.

Применение в супружеском сексе вибраторов, фаллоимита-торов разнообразит его, делает ярче по ощущениям, по восприятию и по переживаниям. Расширяем диапазон приемлемости! Сексология и здесь снимает запреты.

Но, пожалуй, самым трудным вопросом является комплементарная гомосексуальность. Что такое «комплементарная»? Известно, что 3—4% мужчин являются облигатными гомосексуала-ми, то есть — только со своим полом. Ну, бог с ними. Я не пишу о гомосексуальном супружестве. Не до этого. Хотя права человека, я думаю, нарушать и здесь не следует; ну хотят считать себя

супружеской парой; вам-то чего плохого от этого? Лишь бы, конечно, не касалось несовершеннолетних. Но на сегодня стало ясно, что в качестве дополнения гомосексуальные переживания включаются в гетеросексуальную супружескую любовь. «Комплементарная» — от слова комплекс. То есть гомосексуальность в комплексе с гетеросексуальностью. Серьезный американский исследователь А. Кинси с соавторами на материале более чем в 5000 мужчин выяснил, что 48% из них имели гомосексуальный контакт.

Современные сексологи считают, что, ЕСЛИ ГОМОСЕКСУАЛЬНОЕ ВЛЕЧЕНИЕ НЕ НОСИТ «ПРИНУДИТЕЛЬНОГО» ХАРАКТЕРА (ТО ЕСТЬ «НЕ ТОЛ ЬКО СО СВОИМ ПОЛОМ»), ТО ЭТО Н Е ПАТОЛОГИЯ.

Но даже облигатная гомосексуальность, хотя и является серьезным отклонением от принятых норм, лечению не поддается и даже не подлежит. Это что-то вроде шестипалости. Кази-меж Имелинский (очень серьезный польский сексолог) даже считает это «терпимой» нормой.

При всем том, что сказано, гомосексуальные переживания могут разнообразить и обострять гетеросексуальную супружескую жизнь. По крайней мере, в совместном фантазировании, разговоре, просмотре сексуальной фото- и видеопродукции. В усиленном варианте — в привлечении третьего человека в супружескую пару., в том числе и для гомосексуального взаимодействия.

Да, некоторые супружеские пары практикуют групповой секс. Кто-то пытается групповой секс рассматривать как средство против супружеской скуки. Дескать, одно и то же приедается. Я думаю, что супружеская скука не главное. Если изначальная любовь в паре «жена-муж» была качественной, реальной, то скуки не будет. И не стремление к собственно разнообразию: вот я получаю что-то другое, чего нет в «моем супруге». Скорее играет роль, может быть, то, что в групповом сексе «мы вместе получаем дополнительные сексуальные радости». Прежде всего, просто всего больше. И телесных, и физиологических компонентов. Разнообразнее взаимодействие. Кроме того, и это, может быть, важнее, нестандартный секс вообще переживается как совместное преодоление запретов (а групповой секс — запретный плод).

Между тем парадоксально острее переживается и супружеская верность и доверие. Это «мы» вместе. А не кто-то вместо меня у супруга. Здесь все взаимно и симметрично в отношениях мужа и жены. Полное равенство и прозрачность. Здесь есть разнообразие сексуальных впечатлений, но нет измены. Измена — это неизвестность. Она (или он) уходит в другой мир, в который я не включен. Именно это тревожит, тяготит, оскорбляет.

Вот и гомосексуальная потребность в групповом сексе утоляется. Кроме того, супруги реализуют и садомазохистские переживания. Измены нет, но в то же время есть игровая ревность (мазохистические игровые элементы); есть игровая измена (садистические элементы). Подчеркнем, что игровой садомазохизм в сексологии не отвергается. Фромм приводит рассуждение, что муж может в своих фантазиях воображать садомазохистский акт и жена может даже ничего не подозревать. Так что реализация в групповом секс-акте — это только материализация желаний.

Несмотря на явную тенденцию Церкви объявлять и гомосексуальность, и групповой секс грехом, люди не переживают это как грех или даже переживают, но идут на это. К слову (мы об этом уже говорили в книге «Как разбираться в людях»), запреты на все это со стороны священников — это таки проявление не игрового, а бессознательного, но реального садизма. Они садистически запрещают, а истероиды мазохистически практикуют так называемые извращения. Во времена сталинско-хрущевско-брежневского средневековья1 процветали партийные запреты на секс. Это можно трактовать не как проявления нравственности, а как проявления сексуального садизма. Ведь свершалось насилие — и это доставляло насильникам удовольствие.

В книге «Лабиринты общения» я робко упомянул, что в фантазиях могут быть сцены группового секса. И, пока был занят другими темами и проблемами, о групповом сексе стали писать другие серьезные отечественные авторы. Они смелее исследуют проблему. Авангардист в этой теме кандидат медицинских наук профессор Александр Моисеевич Полеев2.

Сегодняшняя сексология дозволяет в любви все, включая игровой садомазохизм, но исключая реальное насилие. Сексология снимает запреты, а психотерапевт «отпускает грехи». Супруги — взрослые люди, они вправе сами за себя решать вопрос, насколько им обоим нужно что-то из разнообразных форм сексуального взаимодействия. Не надо и здесь нарушать права человека.

1 Польский писатель Юлиан Тувим остроумно и глубоко сказал, что у всякого времени есть свое средневековье.

2 Читайте его хорошую книгу «Что вы хотели знать о сексе, но боялись спросить...».

Профессиональные муж и жена должны на профессиональном уровне знать и сексологию. А. увы, нужную сексологическую информацию невозможно извлечь даже из очень «продвинутых» секс-фильмов и прочей секс-продукции. Ну, нет нигде, кроме как в литературе по сексологии, сведений, например, о том, что яйцеклетка живет 12—24 часа, а сперматозоиды — два-три дня. А от этого зависит рождение запланированных детей. Не обсуждаются и такие вещи, как проценты людей с нестандартными ориентациями... И т. д. Беда в том, что специалисты излагают эти вопросы не очень понятно. Я соединил в себе знания специалиста и по сексологии, и по вузовской педагогике. Как убеждается читатель, я излагаю вопросы сложные, но излагаю их понятно. Что толку знать, но не уметь довести до потребителя — профессиональных мужа и жены (я повторил про профессионализм их неоднократно — но ведь это так?). Я осознаю такую необходимость, поэтому специально написал главу «Как делать научный текст» в книге «Лабиринты мышления». Поэтому я требую от студентов при написании курсовых работ умения делать текст. Но сексологический минимум требует вдумчивой работы и читателя над его усвоением. Еще раз отсылаю к главе «Сексология снимает запреты» в «Лабиринтах общения».

Психологическая совместимость в супружестве

Щелкните телевизорным пультом несколько раз после ноля часов — и натолкнетесь на жирных или изможденных женщин, почти всегда по одному их внешнему виду несчастных, но... гарантирующих счастье другим. Каждая из них «ставит защиту», «снимает порчу», «возвращает любовь», «решает финансовые проблемы», «обеспечивает успех в бизнесе». Я сказал «женщин», потому что мужчин настолько меньше, что можно сказать, что я сказал правду. Тоже надо объяснить, почему. Наверное, потому же, почему ведьм было больше, чем колдунов. А и это, и то — потому что женщины более эмоциональны и иррациональны, потому что они менее критичны. И все они не только говорят, но и плавно размахивают руками. Чтобы произвести впечатление. Когда после окончания медицинского института я стал работать психиатром и занялся гипнозом, то тоже с упоением производил пассы, чтобы производить впечатление. Советская

психиатрия в целом и психотерапия как ее часть были бедноваты идеями, к тому же в 1963 году советские психиатры произносили имя, например, Фрейда с опаской, как бы не лишили диплома. О Франкле вообще не слышали. О Фромме писали статьи только советские философы, и все о том, какой он буржуазный и как искажал марксизм. Поэтому оставалось то, что разрешали. Гипноз разрешали, потому что академик Павлов сказал несколько положительных физиологических слов в его адрес.

Итак, пассы. Процента на 3-4 пациентов это производило впечатление, они впадали в состояние глубокого гипноза. Гипноз давал результаты — на пять дней, на пять недель, иногда на пять месяцев. Но всегда это было именно на некоторое время, а не на все время, и всегда это было по отношению к симптомам, а не по отношению к судьбе. Доктор Фрейд в период его признания уже отказался от гипноза и пошел своим путем — создал психоанализ. Не впадая в «манию величия», тем не менее скажу, что я тоже отказался от гипноза и тоже пошел своим путем. Но ни Фрейд, ни его ученики, ни современные психотерапевты, включая меня, не обещают снять сглаз или вернуть мужа — это последнее все же удел пройдох или результат недомыслия.

Немалое место во всем этом рукоблудии занимает тема гороскопов. Нам вещают, что те или иные гороскопы совместимы с теми, а не иными гороскопами. Но сколько бы я ни пытался добраться до первоисточников, то есть до первоначальных исследований, это не получалось.

Что я понимаю под первоисточниками? Надо взять много-много людей и описать их характеры признаками, о которых договорились все исследователи. Надо, чтобы был общепризнанный набор этих признаков. Каждый из исследуемых описывается признаками именно и только из этого набора. Потом люди из этой большой и случайностной выборки группируются с использованием этих признаков, по сходству и различиям. Далее надо посмотреть, как те или иные комплексы признаков сочетаются с теми или иными вариантами расположения планет и датами рождений. В общем, работа для большого НИИ на много лет... Увы, даже попыток провести такую работу я не знаю. Может быть, потому, что нельзя объять необъятное, а может быть, их и не было вовсе?.. Но пока нет, получается бред.

Если бы авторы гороскопов предложили хоть сколько-нибудь правдоподобные гипотезы относительно механизмов влияния

расположения планет, которые можно было бы проверять... Так нет и этого. Наоборот, гипотезы о влиянии расположения планет на черты характера вызывают саркастическую улыбку. Ну каким образом, если не отходить от здравого смысла, может влиять расположение планет на судьбу и на черты характера каждого конкретного человека? Потратить усилия человечества на исследования без реалистичной гипотезы — тоже вряд ли разумно.

Конечно, из алхимии родилась химия. Это значит, что, если посвятить много жизней какому-то занятию, из этого выйдет что-то толковое. «Если долго мучиться, что-нибудь получится». Лучше скажем: может быть, получится. Но это не значит, что обязательно получится. Ведь многие алхимические гипотезы не подтвердились. Ну не получили алхимики золота из железа, как ни приперчивали его.

Так что оставим вопрос о гороскопах до лучших времен, когда человечество не будет испытывать голод и унижения и когда справится с техногенными (техническими по происхождению) и антропогенными (связанными с человеческой деятельностью) катастрофами. А до этого времени проверять досужие гипотезы — вряд ли даже этично.

Я не собираюсь системно и полностью освещать проблему совместимости. Собираюсь обсудить то, на что упал мой глаз.

И упал он в первую очередь на единство ценностных ориентации. Для начала уточним, что единство проявляется в двух очень разных вещах. В сходстве и в сочетаемости потребностей супругов.

Если есть сходство потребностей, то стоит только одному подать мысль, как другой ее тотчас же подхватил. Допустим, муж говорит:

— Знаешь, в нашем кинотеатре ретроспектива фильмов Тарковского, от «Иванова детства» до «Ностальгии», сбегаю за билетами... А?

И поскольку жена тоже несколько раз смотрела «Андрея Рублева» и «Зеркало», она коротко соглашается:

— Вот здорово!

Может быть и сочетаемость. ОН любит удить рыбу и приносит с гордостью улов, а ОНА любит готовить свежепойманную рыбу. Ну ладно, это так, для примитивного понимания. Продолжим рассуждение. Он любит сочинять научные концепции. А она умеет и любит делать компьютерную верстку. Смотришь — и деньги за очередную статью увеличили семейный бюджет. Да мало ли...

Так или иначе, единство высоконравственных ценностных ориентации, вкусов, идеалов, интересов и жизненных планов оптимизирует супружество. Личность — это постоянный выбор ценностей. Есть деньги — что на них в первую очередь купить, что — во вторую. Сильно разнящийся набор ценностей у партнеров — это источник конфликтов. Ценностные ориентации важны для сочетаемости с людьми. В том числе и с супругом.

Но есть, на мой взгляд, и другой, не менее важный момент. Сочетаемость по психотипу. Мне это представляется как раз наиболее интересным. И новым. Вот сейчас этим мы и займемся вплотную.

 

В книге «Как разбираться в людях» я подробно описываю психологические типы личностей. Характеризую каждый психотип по множеству разных линий. Любовь. Деньги. Имидж. Политика. Пластика. Мимика. Работа. Учеба. Карьера. Принятие решений. Вкусы. Речь. Мышление. Нравственные установки. Отношение к сексу... И по каждой из этих линий я сравниваю разные психотипы друг с другом. Например, какэпилептоид и шизоид осуществляют творчество. Или уточняем: эпилептоид любит порядок, гипертим — беспорядок, а у шизоида свой «беспорядочный порядок». Психотип должен как-то проявляться в самых разных жизненных ситуациях, в проблемах, в отношении к людям и вещам, в отношениях с людьми и общественными институтами. В том, как человек принимает разные установления, традиции. Какие у него ценностные ориентации. Как он относится к культуре. Что у него в семье. Какой у него дом: крепость или проходной двор. Бережет ли он здоровье или сгорает, светя!

И вот если каждый психотип провести через некий более или менее одинаковый набор таких «линий», то появятся опоры в диагностике. Они могут быть четко видны не только специалистам, но и людям, не имеющим психологического микроскопа. Чтобы увидеть, что пуговица на пиджаке у человека болтается на двух нитках в течение двух месяцев, не надо проводить тестирование. Но мы скорее увидим это у шизоида. И так вот, шаг за шагом, излагается каждый психотип.

За подробностями, в том числе и за тем, как вычислить тот или иной психотип, я отсылаю читателя к уже упомянутой моей книге «Как разбираться в людях, или Психологический рисунок личности» («ACT-ПРЕСС»). А здесь мы займемся тем, как влияют психотипные особенности личности на супружеские отношения вообще и как разные психотипы взаимодействуют в супружеской паре в особенности. Этого, к слову сказать, в моей книге о психотипах говорится совсем мало. Так что не стоит опасаться испортить маслом кашу.

Как системосозидающего научного работника меня подмывает чуть ли не составить подробную таблицу, наподобие менделеевской. Но как научно-публицистический автор я буду стремиться заинтересовывать читателя, и это, понятно, — за счет системности. Все-таки какую-то не очень притязательную сетку мы построим. Постараемся уточнить взаимодействие каждого наиболее значимого психотипа с каждым наиболее значимым психотипом. При этом я буду давать не полное описание психотипов, а только таких его черт, которые облегчают или затрудняют отношения с другими людьми. Полное описание в том числе и тех черт, по которым, как было сказано, можно вычислить психотип, — все в той же книге «Как разбираться в людях». Но в ней, как уже сказано, мало обсуждается проблема совместимости психотипов. А здесь, в этой книге, она занимает главное место. Думаю, что для получения полной картины стоит освоить обе книги.

Уточним. Названия психотипов первоначально появились в психиатрии. Но стало ясно, что в этом же ключе может быть рассмотрен и рисунок личности. Так что каждому из нас правомерно ставить тот или иной личностный диагноз. Может быть, с меньшей вероятностью, это будет и не рисунок личности, а акцентуация или даже психопатия. Но скорее всего — все-таки рисунок.

Очень важно договориться о следующем:

У ЛЮБОГО ПСИХОТИПА ДЛЯ ЛЮБОГО ПСИХОТИПА

ЕСТЬ ПЛЮСЫ И МИНУСЫ.

НО МИНУСЫ И ПЛЮСЫ У ЛЮБОГО ПСИХО ТИПА

ЕСТЬ И ДЛЯ ЛЮБОГО ЧЕЛОВЕКА, К КАКОМУ БЫ ПСИХО ТИПУ

ОН САМ НИ ОТНОСИЛСЯ.

Паранойяльный в супружестве

Паранойяльный человек отличается повышенной целеустремленностью, которая съедает на своем пути все. Он работает всю жизнь напролет. Не разгибаясь, не отдыхая, валясь от усталости на диван в одежде, не имея сил даже умыться перед сном. Паранойяльный много работает и дома. Принимает деловых гостей, подолгу обсуждает дела по телефону, составляет документы, пишет статьи, обдумывает, делает наброски.

Часто нарушает порядок, введенный кем-то; он вводит свой новый порядок, иногда действительно целесообразный. В том числе порядок и в отношениях людей.

Его принцип — ниспровергать. Что угодно. Паранойяльные часто не в ладах с властями и с законами, и бывает, оказываются за решеткой. Паранойяльный считает себя личностью, творцом, а других низводит до роли винтиков. Требует от них некритичной веры в свои идеологические построения. Работа паранойяльной личности состоит в основном в глобальном изменении общественного порядка.

У паранойяльного его отрицательные оценки более часто, чем у других психотипов, продолжаются в обвинения. Он распекает близких ему людей: за опоздания, за нерадивость, за грязь. Брюзжит... Налагает санкции. И собственноручно наказывает. Наказание — с передозировками.

Паранойяльный категоричен в суждениях. То, что он принял для себя, это непреложная истина, и все остальные также должны принять ее. А если не приняли, то они уже враги. Категоричность продолжается в назидательность. Он любит давать советы без просьбы со стороны партнера, любит поучать. У него родительская позиция и по отношению к взрослым, даже чужим. А уж свои выросшие дети — что ни на есть первый объект, и они защищаются, огрызаются, избегают контакта, стараются отбояриться.

Паранойяльный — человек неблагодарный Он обесценивает ваш вклад в отношения. Он не в меру требователен, он считает, что ему все должны. Потому и воспринимает все как должное.

Паранойяльные нетерпимы к чужому мнению, несдержанны в отрицании его. А уж если критика в их адрес... Она отвергается с ходу, всегда находятся контраргументы. Кто из нас любит критику? Но паранойяльный на дух не переносит ее, и даже если критика справедлива, реалистична, логична, конструктивна, если он видит, что его уличили, что он опростоволосился (а он не любит признаваться в своих оплошностях), то он будет выкручиваться и выкручивать руки логике.

Паранойяльный все время не в ладах с правдой. Он часто лжет. По обстоятельствам и опять же для дела, по делу, в связи с делом, помня о деле, потому что он сам весь в деле. А дело свое он считает благородным.

Есть важное психологическое качество — эмпатия. Это вчувствование в психику другого человека. При этом может быть сопереживание и сочувствие. Паранойяльный малоэмпатичен, не чувствителен к чужому горю. У него все только для дела. Когда он проповедует, он впадает в транс, сознание сужено, глаза горят, руки в энергичной жестикуляции. В эти минуты он недоступен другим людям, он их любит-ненавидит в зависимости от того, как они воспринимают его речь. Он может и в другое время совершенно не думать о потребностях и состоянии близких людей, их больших и тем более маленьких бедах, мелких заморочках.

Паранойяльный грешит и не кается! Он считает, что все, что он делает, все, что он требует, все это для высшего блага Человека, поэтому это не грех, а добродетель. Отличается вероломностью. И найдет массу оправданий, почему он нарушил договор. Совесть, тревожащая людей других психотипов, у паранойяльного быстро успокаивается.

Он забывает благодеяния, обесценивает их в своих глазах и в глазах других людей, легко манипулирует фактами-аргументами в свою психозащитную пользу. Часто упрекает в неблагодарности других людей, укоряет, подсчитывает свои благодеяния.

В общении — постоянно деловитые просьбы, распоряжения, приказания, инструкции. Самое частое слово при этом — слово «срочно». В записках оно подчеркивается, после него ставятся восклицательные знаки.

Он раб своих идей и делает их рабами многих. В то же время сам он сопротивляется требованиям, идущим вразрез с его интересами.

Средства влияния: внушение, ультиматумы, шантаж. Часто применяется манипуляция, то есть скрытое психологическое принуждение с материальной или психологической выгодой для себя в ущерб партнеру.

Он гневлив, при этом его нельзя даже назвать раздражительным и несдержанным. Просто не держит аффект и заводится с полоборота. Он считает себя всегда правым и вправе. Он распускает себя. Гнев его сокрушителен. Происходит это в связи с бытом и в связи с тем, что люди не хотят принять навязываемый им новый порядок в социуме. Он не просто гневается, он обличает, он требует каяться, клясться в верности. Те, кто не согласен, — мещане, консерваторы, ретрограды, враги прогресса, чиновники.

У паранойяльного человека много новых друзей, но мало старых. Ему подходит выражение «новый друг лучше старых двух». В новых он вкладывается, поддерживает материально (в ущерб родным). Все друзья, родственники и в особенности жена должны быть подвижниками

и сподвижниками. Он говорит, что его идея — для народа, для вечности, для Бога. А враги его идеи — это враги народа, богоотступники.

Паранойяльный чрезмерно самолюбив. Нетерпим к отрицательным оценкам своих идей, вкусов, взглядов, реликвий и тем более своей личности в целом. Неприязненно относится к любым замечаниям и даже соображениям. Его легко задеть.

Он мстителен: составит план мщения, посмакует его, организует, посмотрит в глаза «негодяю»: «А помнишь?»

Если его жизнь посвящена чему-то, то, считает он, можно заставить работать на дело и других, пренебречь их интересами, судьбами и даже жизнями. «Цель оправдывает средства». Он может выдержать много испытаний, невзгод, лишений, пытки, репрессии, принять смертную муку за свою идею. Но больше, чем идея жертвенности, паранойяльному свойственна идея жертвоприношения. Жертвоприношение и жертвенность часто идут рядом. Если я жертвую собой, то имею право принести в жертву и других, потребовать от них жертвы, полагает он. Прежде всего такой жертвы он ждет от жены и других близких.

Паранойяльный любит, чтобы люди клялись и каялись перед ним. Встав у власти, он требует соблюдения субординации, порядка приема людей. Любит лесть.

Речь в основном понятная, он доносит мысль. Дикция обычно хорошая, если даже есть какие-то дефекты произношения. Речь внятная, членораздельная. Говорит убежденно и убедительно. С напором. Часто перебивает собеседника. Но себя перебить не дает, форсирует голос, увеличивает темп. Голос чаще громкий, слышный на округу. Паранойяльный мало обращает внимания на то, что он мешает жить другим. Он может разговаривать с кем-нибудь ночью (срочный гость или по телефону), не заботясь о спящих родственниках. Дает массу распоряжений. Часто они противоречивы. А если человек спрашивает, как, мол, понимать распоряжение «казнить нельзя помиловать», то нарывается на гнев: «Сам не разберешься?!» Жестко отказывает.

Если паранойяльный страдает, то вовлекает в процесс страдания всех. Гневается, если они, бесчувственные, не сразу приехали.

Важно еще то, что с юмором у паранойяльного неважно. Высмеянный паранойяльный человек все равно что хищник-подранок. Юморотворчество непродуктивное: пользуется заимствованными шутками типа: «короче, Склифософский...» При этом его тянет высмеивать окружающих.

По отношению к власти паранойяльный чаще всего диссидент, он в оппозиции, если он сам не у власти. И, будучи в оппозиции, он обычно не поступается принципами. Поэтому сопротивление продвижению его по служебной лестнице сильное — тут он и может застрять.

Паранойяльный свой инсайт (озарение, догадка) возводит в абсолют. И все теперь работает на подкрепление этого инсайта, все аргументы «за» подшиваются, все аргументы «против» выбрасываются в корзину. Для него гениальность его системы самоясна, как его паранойяльным же противникам самоясна ее вздорность.

Все здесь описанное может вызвать конфликты с любым человеком. В том числе и с членами семьи, в том числе и в особенности с женой. Но есть моменты, относящиеся конкретно к супружеству. Разбираемся.

Семья для паранойяльного — это непринципиально. Семья у него может быть, а может и не быть. Он не опора для семьи. Он ненадежен, неответствен, часто безответствен. Чужие люди ему могут быть важнее и интереснее, чем жена и дети. Если семья нужна сейчас для продвижения его дела — он может ее организовать или хотя бы просто дать себя женить. При этом паранойяльный женится обычно на той, которая поддерживает его взгляды и образ жизни, которая может действенно помогать, играя роль импресарио, экономки, машинистки, редактора. Но как бы она ни исполняла отведенные ей роли, он находит причины быть недовольным и семья рушится. Разведясь, он бросается в новые отношения, новая жена играет эти роли поначалу, с его точки зрения, лучше, и он совершенно забывает прежнюю жену и детей. Потом все повторяется.

У меня был знакомый, ну весь из себя паранойяльный. Он снимал комнату под лестницей. Спал на продавленном диване, положив голову на продавленный валик. Писал диссертацию, которая, по его мнению, должна была перевернуть всю медицину. Пути наши разошлись, и лет через пять встречаю я его одетым с иголочки.

— How are you? — спрашиваю.

— Отлично, старик!

— Вижу, женился? — показал я на его обручальное кольцо.

Я думал, сейчас скажет, что, мол, кожа, шея, ноги, ангельский голос!.. Ну так послушайте, что он мне ответил:

—- Печатает десятью пальцами слепым методом, переводит на три языка!

Вы поняли: не тремя пальцами под контролем зрения, не с трех языков, а «десятью», «слепым» и «на три»?

Так что, дамы, не преуспевшие на поприще фотомоделей, не отчаивайтесь, ищите своего паранойяльного, заверьте его в преданности ему, помогайте, и муж со всеми плюсами и минусами паранойяльного деятеля вам гарантирован.

Паранойяльный муж изменяет жене, если это не сильно мешает его делу и тем более если это в помошь. Он прощает себе свои измены, полагая, что имеет моральные основания быть более счастливым, так как он служит человечеству. А если она изменит, то он не прощает, резко разрывает отношения, считает предательницей. Если они расходятся, мстит ей, поносит ее в кругах знакомых, презирает, говорит о ее меркантильности (ушла к более выгодному мужу).

Паранойяльного, достигшего власти, часто низвергают. Потом он поднимается (если не погибает) и снова начинает процесс продвижения. Карьера паранойяльного зигзагообразна. Падения — для жен явный минус.

В связи с неустойчивостью своей карьеры или для завоевания все большего социального пространства паранойяльные часто переезжают на новое место жительства. Он переселяется в больший город из меньшего, из большого города в другой побольше, а потом в столицу. И понятно, с квартирами у него напряг. Снимает. Скитается по друзьям-адептам. Но даже если у него появляется жилище, то это не дом, а штаб-квартира. В ней грязновато, под диванами пыль, но и на коврах могут быть если не комья грязи с улицы, то оброненные спички, сигаретный пепел. Паранойяльный — человек не домашний. Тоже не сахар для жены. Первым делом он устроит себе место для работы, а чтобы вынести мусорное ведро... об этом ему надо постоянно напоминать.

Бросается в глаза то, как он питается. Урывками, всухомятку, часто «за столбом», а не за столом. В еде непритязателен, для него не так важна горячая пища. То, что приготовила жена, он проглатывает на ходу, не говоря спасибо, но и не сетуя на отсутствие хорошей домашней кухни.

Паранойяльный мало развлекается. Развлечения жены и детей считает блажью, отвлекающей от дела. По этому поводу возникают частые конфликты.

Можно сказать, что психотехника общения паранойяльного беспардонная. Тут и там он буквально кидается резко неприятными обидными эпитетами, язвит, откровенно оскорбляет. Даже если все в порядке, он напряженно говорит, часто переходит на крик, просто орет, размахивает руками. Он режет правду-матку в глаза и за глаза. Он не наушничает и не заушничает, но раздает всем сестрам по серьгам, которые те «заслуживают», мало обращая внимания на то, какой минусовый эффект это производит. Паранойяльные трудны тем, что вообще склонны давать отрицательные оценки. Без повода гораздо чаше, чем по поводу. При всем этом по той же линии они оценивают себя положительно. Это бессознательные механизмы самоутверждения. Желание возвыситься за счет унижения другого. Человек паранойяльного склада любит похвалы в свой адрес, признание. Может клюнуть и на лесть, попадается и потом мстит. Положительные оценки людям почти не даются. Разве что похвалит за преданность ему, за хорошую работу во имя его дела.

В сексе паранойяльный, как правило, отнюдь не ханжа. Он обычно приемлет эротическое искусство, склонен к «сексуальным экспериментам». Он в противовес сегодняшнему тоталитаризму других паранойяльных может способствовать снятию запретов. Если рассуждать о системе «мазохизм-садизм», то отметим, что он подчиняет сексуального партнера. Это может парадоксальным образом проявляться и в его общественной деятельности: запреты, которые он вносит в общественные установления, имеют садистический характер — он получает наслаждение от того, что насильственно запрещает наслаждаться другим. В сталинские времена запрету подвергались достаточно невинные по сегодняшним меркам сексуальные проявления.

Жутко тяжелы паранойяльные для семьи. И жены реагируют на них в соответствии со своим психотипом по-разному, но почти всегда конфликтно.

Паранойяльный предпочитает красивых пластичных истероидок. Он любит красоту, любит ею владеть и хвастать перед обществом. Истероидок среди женщин процентов пятьдесят, поэтому сочетание «паранойяльный плюс истероидка» случается. Поначалу он ею увлечен, ходит в магазины. Она гордится его достижениями, она вывеска семьи, импресарио.

А истероидки западают на его славу, даже пока не состоявшуюся, а только будущую. Он уверяет, она уверяется. А потом... Он загружен работой, устает, ухаживать за женой некогда и нет сил, а ей нужны фиалки, духи, вздохи, комплименты. Цветы дорогие, надо не забывать их покупать. А он тратится на ксерокопирование и на международный телефон. Ей нужны светские приемы, а ему неинтересно и некогда. Отпустит жену с детьми в выходной, а сам работает. И вот «ты меня не любишь» и «смотри, как я нравлюсь другим», слезы, капризы, измены. Она разуверяется, а он больше требует, чем дает. У них раздрызги. С криком, визгом, шумом, мордобитием, царапаньем, оскорблениями... Брак поэтому недолгий. Он решителен и рвет отношения, как скорее вырвет больной зуб, чем будет его лечить. Да и сама истероидка взбрыкнет и после серии скандалов уйдет к другому — предложения есть.

Может у паранойяльного возникнуть брак с шизоидкой. Это менее вероятно. Все-таки работает стремление паранойяльного к внешней красоте. Даже эпилептоидка, хотя и с неэстетичными заколками-невидимками, все же обычно обладает правильными чертами лица, чего не скажешь в типичном случае о шизоидке. Но, во-первых, все же и шизоидка при некоторых неправильностях в лице и фигуре может быть приятной. Во-вторых, шизоидка может быть полезной для паранойяльного и он женится на помощнице.

Она понимающе обсуждает с ним его идеи, они вместе прокуривают квартиру, принимают его сподвижников. Она может редактировать, переписывать его полемические статьи-стрелы, составлять про-

граммы, подбрасывать идеи в пламя его парадигм. И он ценит ее интеллект, вклад в свое творчество. Но это все поначалу. Потом он все больше и больше замечает неаккуратность ее прически, неприбранность в квартире, начинает стыдиться ее перед людьми. Все больше обращает он внимание на других женщин, отвечает взаимностью на их сексуальные посылы... А она начинает хронически язвить, а то и высмеивать. Добившись с помощью шизоидки достижений, на зигзаге удачи меняет ее на более выгодный вариант.

В семье как в религии: паранойяльный — пророк, эпилептоид — апостол. Поэтому к паранойяльному лепится эпилептоидка. Их среди женщин процентов пятнадцать. И они находят друг друга. И уживаются, потому что эпилептоиды вообще чаще всего нуждаются в паранойяльном пророке. Но если истероидка начехардит и паранойяльный с ней разойдется, то эпилептоидка не будет чехардить, она терпит дольше других и удерживается около него. Она ведет хозяйство. Нередко она и добытчик. Она будет его содержать, как Энгельс Маркса, она будет экономкой в его доме, домработницей. Будет вести дом на малые деньги. Будет переписывать его статьи, редактировать их. Будет матерью его детей. Наконец, когда он с ее помощью завоюет положение и заработки, он ее оставит, женится на более молодой. И произойдет это скорее всего не тогда, когда выросли дети и когда брак исчерпал свою родительскую функцию, а тогда, когда ему будет удобнее и подвернется другой, более выгодный для него вариант. Но и она может не выдержать.

И совсем редкий случай. Паранойяльная жена и паранойяльный муж. Редкий, потому что паранойяльных не так много, процентов пять. И среди паранойяльных очень мало женщин. Если такой союз состоялся, то он очень кратковременный, они не смогут жить, потому что это «два медведя в одной берлоге». По другой терминологии, их споры — это споры двух слепоглухих. И в принципе паранойяльный с паранойяльным несовместимы.

С гипертимными женщинами паранойяльный «не якшается». Нет общих точек ни в политике, ни в науке. А биологический секс, и только, или торговля неинтересны ему. Но... всякое бывает. По крайней мере, «подженится» на какой-то маленький срок.

Паранойяльный склонен к нормальному (не принудительному) вуаиеризму: он хочет видеть обнаженную женщину в очень «откровенных позах». И здесь это может гармонично сочетаться с эксгибиционистскими (секс напоказ) тенденциями истероидки. Паранойяльный хотел бы расцвеченной сексуальности, но ему некогда ее обустраивать. Повышенная целеустремленность обусловливает то, что, будучи сексуальным, паранойяльный мало занимается сексом. Или секс у него деловитый. А жене-истероидке нужны прибамбасы: ужин при свечах,

плавно переходящий в затяжную сексуальную «прелюдию». Истероидка любит себя в сексе, а не секс в себе. Первое время, чтобы завербовать красивую (обычно это так) истероидку в жены, он с охотой идет на все это. Но потом оказывается более важным сдать в редакцию разгромную статью или встретиться с партнерами по бизнесу. А она в это время недостаток мужниной любви компенсирует с любовником. А он потом мечет громы и молнии по поводу ее сексуальной неверности. Может ударить. И прочие страсти-мордасти.

Легче всего в сексе складываются отношения у паранойяльного с эпилептоидкой, у которой сочетаются сдержанность и упорядоченность. Так что вечерний или утренний секс у нее по разнарядке, а у него для снятия стресса — и оба довольны. Жена не изменяет по определению — эпилептоидки верные жены. Свечи и секс-фильмы для эпилептоидки — разврат. А ему чем меньше временных затрат, тем лучше.

Пухленькая и робкая сензитивочка вроде бы легка в общении, готовит супы, стелит постель, но быстро надоедает паранойальному своей неяркостью. Он ее поэксплуатирует и оставит. Все-таки если он при первой же встрече не перепугает ее до смерти и они доберутся до секса, то ее мягкость, робость и женственное стремление угодить мужу нравятся паранойяльному человеку, а отсутствие необходимости заботиться о ее оргазмах тоже его устраивает.

С шизоидной женщиной в сексе у паранойяльного тоже могут быть расхождения. У нее секс менее стандартный, с интеллектуальными вариациями, эротическими фантазиями, а у него, как я отметил, секс более деловитый, быстрый. Шизоидка может быть пикантной, но чаще ее вряд ли можно назвать красивой. Однако ее эротическая изобретательность может компенсировать недостатки фигуры или землистый цвет лица.

У паранойяльного дом — мастерская. Он мастер, а у его «Маргариты» и угла-то своего нет. Ей отводится метла, так что «Маргарита» может только парить на ней в пятом измерении. Творчество паранойяльного обычно хорошо организовано, много интероргтехники. Паранойяльный — изобретатель в этой области. Техника загромождает пространство жилища. Кроме того, накапливаются архивы. Он относится сверхценностно к каждой своей разработке, поэтому ничего из черновиков не выбрасывает, они захламляют помещение, вызывая нарекания родных, но тронуть архив нельзя.

Паранойяльный вводит нетрадиционный порядок в вещах. И если, скажем, на письменном столе или на книжных полках порядок кем-то нарушается, паранойяльный резко реагирует. Не дай бог кому-нибудь что-нибудь сдвинуть, хотя бы и с благой целью протереть пыль. Сензитивка с ее робостью и мягкостью сотрет пыль вокруг книг и с них,

но не посмеет их сдвинуть. Шизоидная или гипертимная жена вряд ли будет вторгаться в этот его нетрадиционный порядок. У них свой беспорядок, который паранойяльного тоже не сильно волнует. Так что здесь конфликтов нет. Но истероидка и эпилептоидка будут вторгаться. Во-первых, это претензии по чистоте. Во-вторых, истероидка расставит его книги по красоте корешков и модности авторов. А эпилептоидка — по росту. Конфликты обеспечены. Вот интересно: по сексу между паранойяльным и эпилептоидкой конфликтов не предвидится, а по пониманию сути порядка — они почти неизбежны. Я это к тому, что коррекцию вообще следует проводить тонко, по существу проблем.

Паранойяльный исследователь производит глубокие раскопки литературы по интересующему его узкому вопросу. Он делает пометки и пространные записи на полях, подчеркивает, комментирует. Примечательно, что при этом он пишет не только на принадлежащих ему книгах, но и на чужих. Это не нравится не только хозяину книги, но и эпилептоидной и психастеноидной жене. Им неловко перед знакомыми, и они так или иначе сопротивляются такой беспардонности мужа.

Паранойяльный принимает решения быстро, без особых раздумий. Он один раз отмерит, один раз отрежет — сомнения его не гложут. С гипертимной женой здесь коллизий не возникает. Она легко принимает любое его решение, потому что сама семь раз отрежет, ни одного раза не отмерив. А вот эпилептоидная жена в соответствии со стандартом семь раз отмерит и один раз отрежет. И психастеноидка... если такой союз вдруг возникнет, семь раз отмерит и ни одного раза не отрежет. Так что с ними в серьезных узлах может быть напряг и может даже грянуть конфликт.

Паранойяльный человек склонен к рискам, он авантюрист. В этом отношении ему может подыгрывать жена-истероидка или гипертим-ка. А вот эпилептоидка, при ее законопослушности, может сопротивляться его авантюрам, и это камень преткновения в их отношениях. А он: «Для тебя более важны дурацкие предрассудки, безнравственные законы, а не муж-богоборец».

Мышление паранойяльного глубокое, но концентрируется в одной точке, которая ему интересна. Поэтому он не учитывает вещей, которые важны для других людей. Он закрыт для мыслей со стороны. И если другие люди указывают ему на противоречия, он отмахивается от них. Его логика искажается его психологией. Паранойяльный может выкручивать логике руки с помощью софизмов (осознанных мыслительных подтасовок) и паралогизмов (неосознанных мыслительных подтасовок). Здесь будут трудности, в особенности с эпилептоидной женой, у которой мышление последовательное и стандартное: первое, второе, третье...

Паранойяльный хорошо запоминает все, что относится к его делу. Он организует свою память, делает многочисленные записи, использует мнемотехнику. Но он невнимателен ко всему, что не касается его дела. Похоже, что все остальное не просто оттесняется, а скорее вытесняется психозащитными механизмами из сознания. Один паранойяльный после долгой разлуки встретился с женой за день до дня ее рождения. Потом они расстались на сутки, так что день рождения оказался между двумя встречами. И он ни словом не обмолвился об этом. На мой вопрос на этот счет она только махнула рукой: он и о своих днях рождения не вспоминает!..

В овладении профессиональными навыками паранойяльный проявляет рвение, учится, переучивается. Потом работает. Но не получается работать на семью. Часто даже его содержит жена. Это более присуще эпилептоидке. А потом, когда он начинает получать более серьезные доходы, он пренебрегает ее усилиями, «переженивается». Вот подлец!

Отдыха у паранойяльного практически не бывает, разве что поедет на какие-то конференции-сходки. Он часто не уходит в очередной отпуск — не знает, как его провести. Для жены-эпилептоидки — это драма, для жены-истероидки — трагедия. На отдыхе, организованном женой, он работает — пишет, звонит в «штаб» по «межгороду». А ей хочется, чтобы все как у людей.

У паранойяльного всегда под рукой телефон. Он снимает трубку на первый же звонок, даже ночью. Он мгновенно пробуждается, мгновенно приходит в состояние бодрствования и тут же начинает работать по телефону. Вообще телефон для паранойяльного особо значимая вещь. Создается даже такое впечатление, что не телефон при нем, а он при телефоне. Это тоже источник конфликтов в семье. Для жены и тещи нет возможности выспаться.

Денег у паранойяльного человека почти никогда нет. Он не бережлив. Когда деньги все же есть, он их тратит, больше на дело, звонит по «межгороду», нажигает свет, тратится на такси, ксерокопирование, рестораны (встреча с нужными людьми). Тратит случайно попавшие к нему чужие деньги. Потом надо отдавать. Счет деньгам паранойяльный не ведет. В семье из-за его трат на нужды дела — постоянные конфликты, так как часто не хватает для жизни. Особенно если жена — истероидка. Если жена — эпилептоидка (партайгеноссе) и если она поддерживает мужа в начинаниях, то конфликтов может быть меньше. Паранойяльный склонен делать заначки из не учитываемых женой денег. Это дополнительные конфликты.

Эгоцентризм, оправдываемый общественной значимостью, тяжелая для собеседника психотехника общения, образ жизни, от которого страдают рядом живущие люди, делают паранойяльного человека даже в рамках рисунка личности трудным.

Если вы паранойяльный, постарайтесь учитывать все то, что может не понравиться людям, что не делает вас симпатичным в их глазах.

Больше думайте о положительном в человеке, больше говорите об этом. Отрицательные оценки вообще исключите. Надо остановиться в беге, оглянуться во гневе и все осмыслить.

ЖИВИТЕ НЕ РЕФЛЕКТОРНО, А РЕФЛЕКСИВНО, ОСМЫСЛЯЯ НЕ ТОЛЬКО ВСЕ ВОКРУГ, НО И МОТИВЫ СВОИХ ПОСТУПКОВ.

Главное при этом — принять мысль, что люди могут быть важнее, чем цели, принципы и будущее. Стоит сдержать и свою революционную мысль — отношения с людьми могут быть дороже, чем рационализм. Постоянно задавайте себе вопрос: стоит ли ваше дело больше человека?

Может быть, и стоит. Но не следует забывать, что неблагодарность плохо воспринимается, ранит людей и тем самым портит вашу репутацию.

Ведь вы и сами страдаете оттого, что не видите положительного, вы весь в отрицательных переживаниях, вы всем недовольны. По крайней мере, надо быть осторожнее в высказываниях, пусть даже вы остаетесь при своем мнении.

Паранойяльному человеку особенно осторожным надо быть с робкими сензитивами и склонными воспринимать мир в серых тонах гипотимами. Не уподобляться слону в посудной лавке. Этих будет легко сломать. А истероид впадет-таки в. истерику. С паранойяльным же придется туго — он тоже пойдет на вас тараном, и вам не избежать лобового удара. Эпилептоид? Ну разве что эпилептоид станет вас поддерживать, если вы реально понравитесь ему со своей программой. Но он же тоже с самолюбием. Шизоиду вы размозжите мозговую ткань так, что он не сможет участвовать не только в мозговых штурмах, но и вообще потеряет дар речи вместе с творческим даром.

Паранойяльные! Все сказанное важно в ваших отношениях с родными, в особенности с женой.

Подстелите соломку в виде искренней эмпатии (вчувствования в душу другого), заинтересованности мелкими личными переживаниями близких.

Советую проштудировать материалы по психологии отношений и психотехнике общения, пройти тренинги. Каждый человек может хоть слегка «подвинтить» себя в тех местах, где он бывает труден для других, вместо того чтобы «взвинтить» других.

Не хотите?! (www.marsexxx.com)Считаете, что вы прелесть? Я — за! Только когда вы придете с серьезными психическими травмами, надбавка за вредность в работе с вами возрастет, а платить будет уже нечем. Будете просить милостыню? Мы ее вам подадим. Но что будет с вашим самолюбием?

И сейчас не хотите? Ваше дело. Но только, попав в те передряги, откуда выбраться можно с помощью людей же, не надейтесь на тех же самых людей. Если удастся ввести в заблуждение новых — на время они будут с вами, но... на короткое время, а не на все время.

А если и здесь я вас не убедил, ну что ж, умирайте в одиночестве, наедине с богом зла, богом злата или даже богом всеобщего блага в далеком коммунистическом завтра, но никто не закроет вам глаза и не подаст пресловутую кружку с чаем или утку, чтобы вы перед смертью помочились в нее... Помните, как умирал Сталин?..

 

Все, что говорилось в последних абзацах, относится к ситуации «вы паранойяльный». Но если в семье рядом с вами паранойяльный, то ему тоже не должно быть дискомфортно в вашем присутствии.

Я не удерживаюсь от смакования минусов, говорю о том, как тяжелы паранойяльные для семьи. Жуть как тяжелы, кошмар как тяжелы, ужас как тяжелы. Ну, с одной стороны, конечно, если это все-таки психопатия. А с другой — вообще без паранойяльных не было бы никакого социального движения и социальных движений. А можно ли жить в застывшем мире? Так вот, паранойяльные меняют традиции, способствуют развитию общества, внедрению новых социальных форм, а новые социальные формы открывают дорогу техническим новшествам. Они способствуют и нравственному развитию человечества. У паранойяльного добро — для всего народа. Глобальное. Психотерапевтическая методика, хирургическая операция, внедренный законопроект, вакцина в пробирке — все это важнее, чем помощь в приборке. Минусы и плюсы паранойяльного далеко разведены друг от друга, как берега Волги. В самом деле — мы видим постоянно гневливого тирана, а прок от его въевшейся в печенки книги, вычитывать и перепечатывать текст которой приходилось родственникам много раз, — через несколько лет. Тем более неясно, будет ли толк от его социальных разработок, которые он проповедует в этой книге, или только конфликт с властями. Ну, ничего не поделаешь, такова «се-ля-ви-диалектика». Приходится если не считаться с ней, то, по крайней мере, иметь в виду.

Обращаюсь к жене с любым психотипом. Ну, выбрали вы своего паранойяльного, восхитились его достижениями, восхитились тем, как им восхищаются другие, и... приручили. Значит, вответе. Подумаем, как быть.

Дам совет принять его (лучше даже сказать более помпезно: осуществить приятие) с его особенностями, как они есть, и в виде противовеса помнить об отрицательных качествах других психотипов (необя-

зательности гипертима, консерватизме эпилептоида, манипуляторст-ве истероида...). Надо усмотреть и ценить его позитивы. Недостатки как продолжение достоинств и даже «достоинства как продолжение недостатков» — пусть эти две версии станут и по отношению к паранойяльному добрым началом. Да, такие положительные качества паранойяльного, как работоспособность и способность думать глубоко и глобально, — продолжение невнимания к слезинке ребенка и тем более к женским слезам. Будем любить его таким, как он есть, с его минусами за его плюсы.

В отношениях с ним ничего не надо подразумевать, а надо все проговаривать, договаривать и договариваться. Если договорились, то ему труднее будет вывернуть руки логике; но договор лучше записать, причем так, чтобы исключить противоречия в его толковании.

При нем и с ним целесообразно соблюдать правила психотехники общения. Интересоваться его предложениями, достижениями, отказаться от юмора в его адрес, от отрицательных оценок его личности и реликвий, обвинений и категоричности, от поучений и назиданий, даже от советов.

Имеет смысл подумать: может быть, он прав в своих нововведениях. Или просто уступить и не трогать его папок, которые неровно лежат и портят эстетику.

Напоследок коснемся финансового вопроса в семье паранойяльного. Лучше всего договориться об основных целях семьи. Это послужит тому, что не надо будет каждый раз уточнять. Кроме того, имело бы смысл выделить бытовые деньги, остальное разделить в процентах или абсолютных суммах, которые тратит по своему усмотрению жена и по своему усмотрению муж. Никто не вторгается в отсек другого. Меньше контактов — меньше конфликтов.

Так, двигаясь навстречу друг другу с пониманием тонкостей психотипа, мы сможем предотвратить или смягчить конфликты.

Скажу, что, несмотря на немногочисленность паранойяльных, значимость их столь велика, что я решил посвятить им большой фрагмент этой книги. А теперь перейдем к супружеским проблемам эпилептоидов. Их примерно половина среди всех мужчин и процентов пятнадцать среди женщин. Так что статистически это более значимый психотип.

Эпилептоид в супружестве

В психологическом портрете эпилептоида (дальше будем иметь в виду и эпилептоидку) бросается в глаза любовь к порядку. Эпилептоид любит, чтобы стулья стояли ровно, в линию, чтобы ключи были пронумерованы и висели на специальной витринке на своих местах,

чтобы все нужные инструменты были под рукой. Он заставляет и окружающих его людей наводить такой в общем-то целесообразный порядок в вещах. Если у кого-то в доме стулья стоят неровно, это его очень тревожит. А если нет на своем месте ключа, это уж просто выводит его из себя. Если где-то непорядок, для эпилептоида это криминал, и в нем нарастает глухое раздражение. А потом ворчание, а потом крик. Он любит ругать за беспорядок. В семье это вызывает напряженность и конфликты. Вот жена не до блеска вычистила газовую плиту. А придут гости. «Грязнуля, — ворчит он. — Ну что с тебя взять, вся в свою маму. Но какой пример подаешь дочери...»

С шизоидной или гипертимной женой у эпилептоида на почве беспорядка — постоянные распри, так как у них в крови «любовь» к беспорядку. У истероидки обычно середина комнаты выметена, но под диванами пыль клоками, так что склока обеспечена: он отодвинет диван и продемонстрирует ей, а то и ее родственникам, что творится под диваном. Но если жена эпилептоида — сама эпилептоидка — и если за порядок в доме отвечает она, то проблем здесь не будет. Ведь она тоже любит, чтобы ключи были все на своих местах.

Эпилептоид любит, чтобы был порядок и в отношениях людей. Он сам скорее всего женат и не терпит, когда другие занимаются любовью просто так. Это его термин — «беспорядочные половые связи». А беспорядочные — это уже и непорядочные. Эпилептоид — морализатор. Надо, чтобы не опаздывали на пятиминутки и не кашляли, когда выступает начальник. Но и в доме — то же. Жена пришла не вовремя с работы, слишком много болтает по телефону. Под моральным обстрелом окажутся скорее истероидки и гипертимные. А с эпилептоидкой — опять же более или менее ничего. Шизоидные жены тоже формальную табель о рангах блюдут, тоже меньше конфликтов.

Он любит наводить справедливость. Ведь справедливость — нравственный порядок. К тому же это хороший повод выплеснуть агрессию. Он прямолинеен, ему трудно даются нюансы, компромиссы. Поэтому противоречия в семье часто перерастают в бурные конфликты, ему не всегда удается сдержаться.

Мышление эпилептоида конкретное, ситуативное, четкое, ясное и прагматичное. Его мало интересует разница между агностицизмом Юма и агностицизмом Канта. Его больше интересует, куда девались шахтерские деньги и кто в этом виноват. Принимая безоговорочно чьи-то программы, он становится закрыт к мыслям со стороны. Он последний сдает идеологические бастионы. Такая социальная сверхактивность и такая закрытость могут нравиться жене-эпилептоидке. Но вызывают напряженность с женами, относящимися к другим психотипам. Им менее важны идеологические бастионы, им более близки бытовые проблемы.

Современному эпилептоиду чужда чертовщина. Он не верит экстрасенсам. Он требует доказательств. А истероидка, наоборот, — сама гадалка и ходит к гадалкам. Его это раздражает, он резко высказывается, и это создает конфликтный фон.

Эпилептоид категоричен даже в абстрактных суждениях, а уж тем более в суждениях, касающихся оценок тех или иных личностей. Что он усвоил со школьной скамьи, то для него непреложная истина, и кто ее не понимает, тот должен понять. Похоже-похоже здесь на паранойяльного. В особенности это так, когда мнение эпилептоида «подтверждается» в книгах, и тем более оно некритично, чем более эти книги фундаментальны. Он назидателен, поучает. Родительская позиция у него сквозит по отношению ко всем, даже к старшим, тем более к младшим. Особенно по отношению к жене, к своим детям, пусть и повзрослевшим. Это все мало кому нравится, это тяжело.

Эпилептоиды малоэмпатичны, плохо чувствуют человека, малочувствительны к чужому горю. Если ребенок у эпилептоида поранил пальчик — ничего, пусть привыкает к ранам, на войне еще не то будет.

Герой наш категоричен в высказываниях. Авторитарен. Строго, сухо делает замечания. Средство влияния — обычно ультиматумы. Он все прояснит, спросит мнение, сформулирует противоречие и, сочтя свое требование справедливым, поставит условие. Эпилептоид властолюбив, любит давать распоряжения, любит, чтобы его слушали и слушались. Властвует упорядоченно, в соответствии с табелью о рангах, не превышая своих полномочий и не давая другим превышать их по отношению к себе и к людям. Но если ему «доверили», то он обставляет свою власть со свойственной ему основательностью. В кабинет входить с докладом, секретари, нравоучения, наказания... Дома — тоже табель о рангах. Ну скажите на милость: дома — и табель о рангах...

По множеству поводов — отрицательные оценки. Себя по той же линии эпилептоиды оценивают положительно и критику в свой адрес переносят с трудом. Это бессознательные механизмы самоутверждения. Положительные оценки в адрес окружающих скудные и вынужденные. Отрицательные оценки продолжаются в обвинения, а обвинения — в наказания. Наказывают сами и требуют от властей наказать провинившегося. Чаще в духе Ветхого Завета: кровь за кровь, смерть за смерть, око за око, зуб за зуб. Но бывает, что и перегибают пачку.

Условия, ультиматумы, проявления властолюбия, табель о рангах даже дома, отрицательные оценки, обвинения — все это никому не нравится и порождает конфликты практически с любой женой.

Эпилептоид не дает проявить инициативу. Недоверчив, придирчив. Чрезмерно требователен, пусть и оправданно. Он соразмеряет свои требования с возможностями человека, с нравственной и юридической обоснованностью и с требовательностью к себе. В то же время, если

требования людей к нему необоснованны, он стойко сопротивляется. Он умеет отказать, Отказ при этом имеет часто жесткий, а иногда грубый оттенок.

На конфликтные посылы эпилептоид реагирует чаще всего холодной напряженностью, он не врубается сразу в неуправляемый конфликт. Ну конечно, побледнеет в гневе. Но в основном это непроницаемость, он умеет скрыть свои чувства, до поры выражает неудовольствие без слов, напряженным выражением лица. Но, сорвавшись, нагромождает эпитеты: развратница, хищница. Угрожает возмездием. Стучит по столу. Гнев его сокрушителен и страшен. Потом он себя корит. Но не очень: ведь он не сдержался в ответ на дурной поступок.

Юмор, как и у паранойяльных, заимствованный, но эпилептоид все-таки менее, чем паранойяльный, склонен высмеивать. В свой же адрес юмор эпилептоиды воспринимают болезненно, иногда всерьез злятся. Истероидка и гипертимка любят подтрунить, а шизоидка — такта и очень едко высмеять. Учтем, что юмор — это самое страшное для эпилептоидного самолюбия. А эпилептоид в меру злопамятный и мстительный человек.

 

В нашей теме важно, что эпилептоид принципиально за семью, он — МУЖ и ОТЕЦ. Он дуб для рябинки. Он опора, причем надежная и ответственная.

Жена-эпилептоидка практически никогда не изменяет. Это самый надежный человек из женщин. И она всегда помощник мужу, вне зависимости от его психотипа. При всех минусах эпилептоидной жены (прическа с заколками-невидимками, старомодность, неизящность) для любого мужа это громадный плюс.

Муж-эпилептоид может изменять, но не уходит. Он очень сексуален и сластолюбив. При этом он все-таки всегда приходит ночевать домой. А если не приходит, то обеспечивает стопроцентное алиби (чтобы жена не волновалась). Если эпилептоид изменяет, то по любви, и он верен этой своей «измене», то есть он не меняет любовниц, а фиксируется на одной, ухаживает за ней, охаживает ее. С любовницами у него отношения тоже стабильные. Она знает, четверг — это ее день. Но она знает, что воскресенье — это (святое!) день семейный. И она тоже обеспечена им в достаточной мере. Если же, несмотря на свои измены, эпилептоид узнает, что жена изменила, то для него это трагедия. Вот так вот, сам изменяет, но трагедия. Это объясняется двойной половой моралью. Один мой друг жалуется мне:

— Светка мне рога наставила. Нет, ты представляешь? Мне — и рога! Ну не смешно ли?

— Старик, ну а ты ведь изменял ей, я же знаю...

— Ну ты ж понимаешь, все мы мужики, что я, не мужик, что ли?

— Ну конечно, старик, понимаю...

— Ну так вот, слушай, какая гадина, а?

Но если уж он сам верен, тогда — убийство (Хозе). Или и убийство, и самоубийство одновременно (Отелло). Эпилептоид трудно переживает не только крах идеологии, в которую верил, но и крах отношений. Это ведь тоже своего рода крах идеологии: он верит в брак, в семью как в общественные институты. Он вложился в эти отношения, он построил их, построил дом.

Это семья вообще. А как эпилептоид в семье с представителями разных психотипов?

Отношения между паранойяльным мужем и эпилептоидной женой мы обсуждали. Ну а эпилептоидный муж и паранойяльная жена — этот вариант возможен? Теоретически — да. Но уж очень редкий это вариант. Так что теперь о паре ЭПИЛЕПТОИД С ЭПИЛЕПТОИДКОЙ. Они совместимы. Эпилептоиды уживаются друг с другом. Вне семьи — если они приняли идею одного паранойяльного. Они оба поклоняются одному идолу или идеалу1. Тогда или оба товарищи на одном уровне, или один подчиняется, как велит вождь. Эпилептоиды — типичные «партайгеноссе». Они верны партии, своему долгу. А в семье, в паре муж-жена? По сути, то же самое. Для них важно, что порядок диктуется некоторой идеологией. Эпилептоидная жена с эпилептоидным мужем обойдутся без распрей. Будут вместе работать, копить деньги на улучшение дома, быта, на юг, на заграницу. Везде побывают. В строгости воспитывают детей.

 

Но с кем эпилептоиды-мужчины чаще сочетаются браком? Опять же, как и паранойяльные, они предпочитают истероидок. К тому же истероидок среди женщин процентов пятьдесят, а эпилептоидов среди мужчин (я говорил) тоже процентов пятьдесят. Так что даже при предпочтении других психотипов может достаться истероидка.

Альянс «эпилептоид плюс истероидка» насыщен специфическими трудностями. Мужчина-эпилептоид занят-загружен физически-психически, устает, ему не до ухаживаний за своей женой (и за неженой часто тоже некогда ухаживать). А ей нужны ухаживания, аксессуары любви (цветы, подарки, мелкие знаки внимания, частые звонки с работы).

Гораздо легче обстоят дела с сензитивной женой, пухленькой и робкой служанкой. Но истероидка его устраивает больше по другим мо-

1 Интересный советский философ Эвальд Васильевич Ильенков написал в семидесятых годах прошлого века книгу, которая называлась «Об идолах и идеалах».

ментам. Эпилептоид ценит общество и общественное одобрение. А значит, важно, какая у него жена. Истероидка — вывеска семьи. А сензи-тивная женщина боится общества. Вот они и женятся на истероидках и страдают из-за их измен. Или просто конфликты. Цветы, которые ей нужны, — дорого, и их надо покупать, а он прижимист, и ему некогда. Нужны гости и театры (а ему неинтересно, если это не деловое общество, и некогда). А в отместку — капризы, слезы, истерики, измены. Замучишься. Но он предпочитает мучиться и держится за нее. Особенно если есть ребенок, а он если зависимый и любящий отец. Крайне редко муж-эпилептоид не выдерживает и сам подает на развод. Но чаще в разводах бывает так: она уходит, а он борется за брак. Интересно то, что в любом из этих случаев он снова выберет скорее всего истероидку, и все повторится.

В браке эпилептоида и истероидки конфликт типичен: прижимистость эпилептоида и расточительность истероидки, которая и в самом деле тратит деньги неосмотрительно. И с женой, истероидкой или гипертимкой, на эту тему — постоянные конфликты. И та и другая — расточительницы. Все истероидки считают эпилептоидных мужей скаредными, жадными, скрягами, стараются быстро вложить деньги в покупки, а там будь что будет, а эпилептоиды разражаются гекзаметрами о безответственности подобных трат.

У эпилептоида всегда имеются «подкожные» заначки. Причем, становясь старше, он получает все больше не учитываемых женою денег. Ведь, помимо работы, у него есть постоянные приработки. Это обнаруживается, так что и здесь — конфликты.

Став пожилыми, эпилептоиды носят костюмы своей молодости. Они привыкают к моде, как привыкают к форме. Новую вещь эпилептоид покупает наподобие старой. Поэтому они отстают от моды. Склонность эпилептоида к ретромоде объясняется не только привычкой к вещам и бережливостью. Они в принципе против финтифлюшест-ва, нерациональной траты денег на моду, они осуждают ее за легкомыслие. Это обусловливает конфликты с истеродкой, которая не потерпит рядом с собой мужа, одетого в «ретро».

15% женщин — эпилептоидки; 15% мужчин — истероиды. Такое сочетание возможно. Но отношения в этом соотношении в основном такие же, как и в паре эпилептоид — истероидка (с поправкой на пол).

ПРИЧЕСКА у эпилептоидок — без кокетства, всегда одинаковая, в духе легкого ретро, если постарше — прическа молодости (сейчас это бытует в провинции: хала). Женщины в пожилом возрасте могут волосы и покрасить в тот цвет, который у них был в молодости, но брюнетка не перекрашивается в блондинку, и блондинка не перекрашивается в брюнетку. Волосы расчесаны на прямой или косой пробор — или короткая стрижка с зачесом назад, заколка-невидимка, чтобы

не мешали, часто открыт лоб. Волосы короткие или средней длины, чтобы быстрее можно было привести себя в порядок и чтобы шампуня меньше уходило. Эдакая Калугина из первой части «Служебного романа». Одежда эпилептоидки: строгий однотонный костюм — пиджак и юбка, сейчас даже и брючный костюм, но строгий, а не кокетливый, закрытое однотонное без финтифлюшек платье. Эпилептоидки постоянны в одежде, привыкают к вещам. Они не выбросят вещь, если она еще не сносилась, а только вышла из моды, донашивают вещь до ее реального, а не морального износа. Мрачноватое зрелище. У мужей это вызывает эстетическое отторжение, измены и напряженность в семье.

Эпилептоид и шизоидка. Тут свои особенности. Шизоидка неаккуратна. Не блюдет в доме чистоту. Нарушает порядок. А эпилептоида это бесит. Мрачно, молча он сам подметает и моет пол, но потом взрывается.

В сексе эпилептоид противоречив. С одной стороны, сластолюбец, при этом любит секс в себе, а не себя в сексе. С другой стороны — ханжа. В каком смысле? Если что-то уже дозволено обществом — он с радостью это принимает. Но дозволено мало. Тогда он либо втайне это недозволенное практикует, вслух при этом осуждая других. Либо и сам себе не позволяет, и тогда он невротизирован.

Можно сказать, что эпилептоид более склонен к садомазохизму в сексе. Он любит подчинять сексуального партнера. Это не всегда выражается именно в требованиях каких-то сексуальных действий, иногда, и даже часто, наоборот — в запрете на те или иные, даже вполне невинные с точки зрения современной сексологии, действия, например, в запрете на орально-генитальные игры. Запрещает себе — мазохизм. Запрещает партнеру — садизм. Запреты касаются и ритма половых актов. Вообще-то сексологи сейчас ставят его в зависимость от половой конституции, и, положим, ежедневные семяизвержения (и даже несколько раз в день) мужчинам с сильной половой конституцией не противопоказаны. Но в замшелых книгах, написанных урологами и венерологами, рекомендуется 2—3 раза в неделю. И вот он запрещает более частые акты всем, в том числе жене. А потребность у истероидок и гипертимок — ежедневные оргазмы. Куда же им деваться с их этими нормальными потребностями?

На сегодняшний день сексуально грамотные, осознавшие и принявшие свои садомазохистские сексуальные потребности эпилептоиды склонны удовлетворять их в игровой форме. Истероидные жены принимают эти игры, сами стимулируют их к обоюдной радости. Но эпилептоидные жены могут как раз сопротивляться.

Еще можно сказать, что эпилептоид-мужчина больше склонен к нормальному (не носящему неотвязый, принудительный характер)

вуайеризму. То есть эпилептоидный мужчина любит видеть. Обнаженную женщину, открытые ее половые органы, откровенные позы. Вариант: он садомазохистски вытесняет из своей психики эти желания. В то время как истероидка-женщина склонна к тоже нормальному (то есть тоже без «принудительности») эксгибиционизму. Тогда все хорошо: он смотрит, она демонстративно не скрывает. Гармоничная пара. Если, конечно, ни он, ни она не зашкаливают в психопатию. Но если он начинает требовать вещи, неприемлемые для нее, а она даже и простые вещи отказывается для него делать, то возникают страсти-мордасти. Опять же сопротивление может возникнуть со стороны эпилептоидных жен. Такая вот диалектика: в других жизненных узлах эпилептоид с эпилептоидкой находят общий язык, а в сексе — проблемы. Их можно разрешить простыми психотерапевтическими разъяснениями, чтением научной сексологической литературы. Эпилеп-тоидка становится сексуальнее после того, как узнает, что авторитеты от сексологии «дозволяют» те или иные сексуальные действия.

Если эпилептоид сексуально неграмотен и стандартен, то он может и от других требовать стандартности. Тогда он жуткий святоша. Это более свойственно эпилептоидкам. Но это, как мы уже говорили, оборотная сторона активной сексуальности: запрещать — это садизм. В супружеской паре этот неосознаваемый садизм проявляется. И это не сексуальная игра. Но это игра бессознательных сил.

Секс эпилептоида может быть стандартным или расцвеченным в зависимое™ от его культурного уровня. Лучше, чтобы были осознанные игры с сексом, чем чтобы стихия играла людьми.

 

Итак, если вы эпилептоид и желаете продуктивного мира в супружестве, послушайте, что я вам скажу. Стремление ставить точки над «i», подробное инструктирование, требование отчета о проделанном, стремление поставить партнера в позицию оценивания, отрицательные оценки, обвинения с применением неприятных эпитетов, перебивание, форсирование голоса при попытке со стороны партнера перебить, назидательность, авторитарность, повышенный тон, жесткость в голосе, высмеивание с применением заимствованных юмористических штампов — все эти типичные для эпилептоида конфликтогены делают его трудным для многих людей человеком. Для многих, в том числе — и в особенности — в семье. Эпилептоид любит наводить ужас на тех, кто не соблюдает милый его сердцу порядок. Но почти всем остальным членам семьи это совсем не нравится.

Эпилептоиду стоит отследить, отфиксировать в себе свои трудные для людей тенденции и оттормозить их. Конечно, полностью от себя не уйдешь, но существенно уменьшить проявление этих черт можно. Нужен тренинг.

Но и без тренинга эпилептоид может и должен себе внушить: человек дороже порядка. И повторять эту фразу про себя через каждые пять минут. Порядок, о котором идет речь, предписан кем-то со стороны. И чаще — порядок, пришедший из прошлого. Эпилептоид — традиционалист, консерватор. Это ведь тоже раздражает многих людей. А потому эпилептоиду стоит более рационально подходить к нововведениям и не отвергать их с порога.

Эпилептоиды часто нерационально прижимисты. Имеет смысл пересмотреть эту позицию, если можно хотя бы слегка расслабиться относительно трат. Можно, например, с истероидной женой договориться о сумме, в реализацию которой эпилептоид не вмешивается вообще: нет ее, и все тут. Ну и легкие финансовые дополнения — по обстоятельствам. Будет явно меньше трудностей.

В поисках возможностей уменьшить конфликты один эпилептоид договорился, что он не будет возражать против покупки вещи, если жена сначала отойдет от прилавка на почтительное расстояние, а потом вспомнит об этой вещи и вернется. Интеллектом жена, хотя и ис-тероидка, обделена не была, согласилась. Конфликтов стало явно меньше.

 

Мы обсудили сейчас ситуацию «вы — эпилептоид». Но ЕСЛИ РЯДОМ С ВАМИ ЭПИЛЕПТОИД, прежде всего оцените его плюсы. Ведь вот эпилептоидная жена полностью приводит в порядок квартиру. Она чаще всего работает и зарабатывает. Учтем, что настоящие (а не пыль в глаза) «бизнесвумен» — это чаще всего эпилептоидные женщины. Траты на одежду у эпилептоидки в три-четыре раза меньше, чем у истероидки. Авангардизм в одежде не исповедуют и мужчины-эпи-лептоиды. Они предпочитают строгий классический стиль, который всегда в моде. Так что и мужская одежда — дешевле. Освобождаются средства на другие, более важные приобретения: недвижимость, образование. А может быть, лучше заняться благотворительностью, чем гоняться за модой?

Хобби у эпилептоида — постолярничать, послесарничать — прагматически важные вещи. Эпилептоид — домовитый хозяин. Домовитый в том смысле, что в доме у него все устроено, он сам все наладил-приладил, и возможно даже, сам сделал (антресоли, стеллажи, шкафы...). Врезал два замка. Или даже три. Дверь всегда на запоре. Эпилептоид к вещам относится с уважением, починит. Есть мастерская на балконе. Или даже сарай, гараж. По крайней мере, он к этому стремится. Эпилептоид домовит и в том смысле, что все — в дом. Можно сказать даже, что эпилептоид — стяжатель. Ну, можно и не говорить так, чтобы его не обидеть. Но уж никак не расточитель. Жене это имеет смысл ценить.

Эпилептоид скромен в тратах, бережлив. Он не сделает лишнего междугороднего, тем более международного звонка, а позвонив, сэкономит секунды, будет краток — все только по делу.

Он нетребователен к оплате своего труда. Зарабатывает свои твердые 25 минимальных окладов, и на этом спасибо любому правительству. Он предпочитает меньше тратить, но зарабатывать деньги законными способами.

Эпилептоид много бывает на работе, но в основном «мой дом — моя крепость». Он склонен окунуться и в домашний уют, созданный для него истероидной или сензитивной женой. Он не любит общежитий и бульонов из кубиков, он любит тахту и свежеприготовленный огнедышащий борщ. Он не только домовитый, но и домашний.

Эпилептоид разумно решителен. Решение принято и выполняется. Ему как нельзя лучше подходит пословица «Семь раз отмерь, один — отрежь». Он энергетичен, работоспособен, работает планомерно, отдыхает, чтобы восстановиться и работать дальше. Спит в обычном ритме, с двенадцати до семи, но если надо, то встанет по первому требованию жизни. Телефонный аппарат — на письменном столе, и он, пробудившись после третьего звонка, идет к аппарату и берет трубку после пя-того-шестого звонка. Такая организованность ценится людьми.

В коммерческих делах на эпилептоида можно смело положиться. При известных предосторожностях, гарантирующих безопасность, с эпилептоидами иметь дело предпочтительнее, чем с другими психотипами. Они рискнут десятью процентами капитала, не больше, и не пойдут на сомнительные сделки, обязательно наведут справки. Они склонны то или иное дело проверять на малых оборотах капитала, поэкспериментировать — и только после этого увеличивать обороты. Отказ от риска делает эпилептоидов надежными. Они, как правило, всегда выполняют свои обещания. Эпилептоиду можно доверять тайны. Свои же тайны он доверяет, проверив надежность друга. Если все же доверил, то это и означает большое Доверие.

Эпилептоиды — это офицерский корпус по контракту, полиция, учителя, врачи, бухгалтеры... Здесь «уместны» назидательность, контроль, авторитарность... Для жен важно, что это престижные в нормальном обществе профессии. Их мужья уважаемы.

ЭПИЛЕПТОИДЫ СКЛОННЫ ТВОРИТЬ ДОБРО «ПО РАЗНАРЯДКЕ». ЗАТО ОНО ДОБРОТНО И ДЕЙСТВЕННО.

Я сказал выше, что эпилептоид злопамятный. Это так. Но он помнит и добро. Благодарность его действенна и активна. Эпилептоид

не хочет быть долго в долгу. Впрочем, ответное добро он адекватно дозирует. Он подсчитывает свои благодеяния, упрекает в неблагодарности других людей. Это расценивается людьми как мелочность. Не стоит так девальвировать его в целом добропорядочность.

Соблюдает договор. Ставит точки над «i», а то и над «а», то есть подробно договаривается обо всем до вступления в новые отношения. Эпилептоид законопослушен. И чтит букву закона больше, чем дух. Он законопослушен не из трусости, а из почтения к закону и заставляет быть законопослушными других людей. Близко к закону — общепринятые нормы морали. Он и их придерживается и клеймит тех, кто отступает. Можно сказать, что эпилептоид все-таки более законопослушен, чем нравственнопослушен. И все же можно считать, что эпилептоид не грешит (и потому не кается).

Он любит давать подробные инструкции. Распоряжения понятные, четкие: первое, второе, третье... А потом: повторите приказ. Эпилептоид предпочитает брать на себя ответственность и поэтому старается предотвратить неясность.

Эпилептоиды — верные товарищи. Дружба — «с горшка до гроба». Часто дружба у них военная, окопная. На основе верности делу, идеалу, вождю. Помогают друг другу в беде, в радости, в продвижении по службе. Дружат избирательно, для них «старый друг лучше новых двух».

Долги всегда отдаются вовремя и полностью. Эпилептоид не любит быть должником. В силу финансовой дисциплинированности он копит деньги и практически всегда может дать в долг друзьям. При этом он, как правило, точно оговорит дату возврата, напомнит должнику за два дня до отдачи долга, что, мол, договаривались до такого-то срока. Но в целом — это гарантия финансовой помощи.

Вызывает уважение и то, что страдания свои эпилептоид не выносит наружу. Если болезнь — он старается не обременять людей вокруг. Не застонет лишний раз. Эпилептоиды сдержанны и в случае несогласия с чужим мнением.

Эрудиция у эпилептоида фундаментальна в области практически значимых вещей. И в рамках его специальности. Он глубоко покопался в нескольких узких местах. Он дочитывает и конспектирует книги, делает выписки, ведет каталоги. Так что и здесь он достоин уважения.

Высказывания хорошо структурированы, разложены на простые фразы. Он не злоупотребляет вводными предложениями и деепричастными оборотами. У него всегда все: первое, второе, третье. Голос не тихий, но и не громовой. Четко слышный. Интонации — «в пределах нормы». То есть модуляции есть, но не слишком развесистые. Это способствует пониманию между ним и людьми. Себя перебить не дает. Но и сам редко перебивает.

Выпивает эпилептоид нечасто, хотя может выпить и много. Но никогда не напьется так, чтобы попасть не домой, а в вытрезвитель. Он знает меру, крайнюю дозу, не переходит за нее. Хронический алкоголизм ему не грозит. Он не будет пить на троих или за столбом. Он редко участвует и в пикниковых и туристических выпивках. Может выпить дома или в гостях, на представительских фуршетах или в ресторане на банкете. Но и тут все «по-людски»: аперитив-салат-первое-второе-десерт-сигарета. Тосты за начальство и за хорошо работающих подчиненных, деловые разговоры деловых людей.

Эпилептоиды работают год, чтобы скопить деньги, купить путевки и поехать на юг развлечь жену. То есть отдых запланированный, планомерный, все просчитано. Но никаких дополнительных трат, неумеренных развлечений с фейерверками, тем более никаких казино. Это, конечно, напрягает отношения, но это только осложнение, з целом жена, даже истероидка, довольна.

Эпилептоиды практически всегда планомерно поднимаются по служебной лестнице, постепенно или даже, скажем точнее, поступен-но. Такая поступенная карьера без особых падений возможна благодаря сдержанности, исполнительности и чинопочитанию эпилептоида. Как часть карьеры — учеба. Эпилептоид учится ровно, переходит из класса в класс, с курса на курс. И в этом плане он опора для семьи. Жена таким мужем довольна. Всегда достаток, если не перебарщивать в потребностях.

Кроме прямых плюсов, осознаем, что недостатки — продолжение достоинств; достоинства — продолжение недостатков. Поймем это и по отношению к эпилептоиду. Да, такие положительные качества эпилептоида, как порядочность и упорядоченность, самодисциплина и надежность, — продолжение агрессивности, взрывчатости и мелочной придирчивости.

При оценивании человека учтем, что «для вас эта черта трудна, а в принципе она похвальна» и полезна для других людей. Эпилептоидный муж каждую выдавшуюся свободную минутку идет к компьютеру, а не обнимает любящую и любимую в общем-то жену. Жене стоило бы простить ему это.

Если РЯДОМ С ВАМИ ЭПИЛЕПТОИД и если его минусы идя вас не так принципиально важны, как плюсы, то стоит позаботиться о психологическом комфорте для него. При нем и с ним целесообразно:

соблюдать разумную табель о рангах;

учитывать возрастное старшинство;

чтить статус, заслуги, ветеранство;

соблюдать общественные установления;

не направлять на него даже «добрый» юмор.

Людям, связанным с эпилептоидами по семье, я посоветую принимать их с их особенностями, какие они есть. И в виде противовеса помнить, что вероломство паранойяльного, манипуляторство исте-роида, занудливость психастеноида, может быть, даже хуже. Уйдешь от одного плохого в одном человеке (он эпилептоидный, значит, «жадный») к другому человеку; но потом вскроется в нем его плохое (он гипертимный, значит, расточительный).

В разговоре с эпилептоидом при разногласиях имеет смысл ссылаться на солидные издания, на basic books (основные книги). Если написано в несолидных коммерческих изданиях — это для эпилептоида неубедительно. Сошлитесь на законы, может быть, даже других стран.

Имеет явный смысл изучить и оттренировать бесконфликтную психотехнику общения.

Не хотите с ним сложностей, хотите мира, а он имеет определенный статус, послушайтесь, и эпилептоид станет вашим другом, а так — недругом (вы этого добивались?).

Истероид в супружестве

Среди истероидов женщин раза в три больше, чем мужчин. Около половины всех женщин — истероидки. Мужчин-истероидов — процентов пятнадцать. Все это по моим интуитивным наблюдениям. Уточненная статистика — дело будущего. Но и эти наблюдения позволяют сказать, что истероидка — самый частый вариант у женщин, а значит, очень значимый. Ведь паранойяльных женщин почти нет, и только 15% женщин — эпилептоидки. Еще 10 — шизоидки, еще 10 — гипертимки, и еще 10 — сензитивки, и 5 — на все остальные психотипы. Говоря «истероид», я подразумеваю и истероидку. Причем более часто — именно истероидку, поскольку истероидов среди мужчин меньше, а истероидок среди женщин больше. Ну, все же когда говорю «истероидка», то и имею в виду больше собственно женские дела.

Главная черта истероида — тотальная демонстративность. Я ставлю свою личность в центр внимания окружающих, я любуюсь ею сам и выставляю на обозрение свои положительные, а то и отрицательные черты. Я добиваюсь внимания постоянно: ежесекундно, ежеминутно, ежечасно, ежедневно, еженедельно, ежемесячно, ежегодно — внимание должно быть тотальным! Если усилия для получения такого внимания находятся в пределах разумного (со вкусом одеться, бросить взгляд с приятной косинкой) — мы имеем дело с истероидным рисунком личности. Если изощренность: женщина с красивой головкой бреет ее под Котовского — акцентуация. Ну а если шоковые средства: топлес в метро — психопатия... Чем истероидка «круче», тем тяжелее она в супружестве.

Для истероида не так важно содержание поступков, как то, насколько они смогут привлечь внимание к своей персоне. Он постоянно производит впечатление и живет своими впечатлениями от того, какое он произвел впечатление. Он все время на авансцене, а все люди для него зрители. Он любит аплодисменты, ему важно живое внимание. Иногда такая демонстративность становится навязчивой и производит тягостное впечатление на близких. Вот в другой комнате заночевали гости. А она в оргазме так громко-сладко кричит, что этот крик души на пять этажей вниз и на пять этажей вверх слышно. Кто-то звонит ей по телефону, а истероидка жарко шепчет домашним, так что на том конце провода, а то и на том свете слышно: «Меня нет дома!»

Не нравится людям и то, что истероид тянет одеяло внимания на себя, наступая на право других получить хоть толику внимания.

Вот истероид давно не видел приятеля:

— Старик, ну как ты, как дочка, как жена, как вообще дела, рассказывай, рассказывай, ой, ты знаешь, а меня вчера чуть... (Далее следует длинный рассказ о нем самом.) Ну ладно, ты позванивай, расскажи о себе еще что-нибудь, ну, бай, чао, ариведерчи, ауфвидерзеен...

Истероид — эгоцентрист. Но может обвинять других в эгоизме: «Все вы эгоисты, ничего не хотите для меня сделать!»

Интересы истероидной личности часто меняются. Вот истероидка с живостью занимается живописью, накупила красок, холстов, этюдников, а через две недели с головой ушла в религию. Это не нравится эпилептоидам, паранойяльным и даже шизоидам. Ну разве что гипертиму придется по душе такое разнообразие... В семье — раскардаш.

Эмпатия (вчувствование в психику другого с сочувствием и сопереживанием) у истероида низка. А это так нужно в супружестве. Истероид не чувствует и неискренности, потому что сам часто неискренен. Но формально — к нему все хорошо относятся, считает он, раз говорят только хорошее. Муж вынашивает мысль о разводе, а истероидка считает, что «в Багдаде все спокойно».

В то же время самооценка и уровень притязаний у истероида в браке завышенные: «я достойна...», «а мне досталось...».

У истероида, как и у паранойяльного, легко срабатывает поверхностная иррациональная психическая защита (это любая перестройка в психике, которая снимает тревогу). Она объясняет свою измену тем, что муж эгоист, поздно приходит с работы, в голове у него только баня, а не заботы о жене. А если истероидку переманил к себе более богатый — так на том свет держится, конкуренция. В силу такой поверхностной психозащиты истероиды пытаются скрыть проступившие, а то и выпирающие недостатки и выглядят иногда нелепо и жалко. И тогда стареющая истероидка молодится и одевается все еще по авангардной молодежной моде. Этакая экс-секс-бомба. Один муж (конечно же плохой) высказался так: «Моя жена заправит брюхо в брюки и думает, что само изящество...».

Истероид любит получать впечатления. Он гоняется за ними, ездит за границу, ходит в гости и на презентации... Это требует денег и чревато напряженностью в семье.

Люди этого психотипа внушаемы. Они легко поддаются и гипнозу. Именно у истероида могут быть получены такие гипнотические феномены, как внушенные галлюцинации, иллюзии, амнезия, анестезии. Из него в гипнозе можно вить веревки. Впрочем, внушению истероид поддастся только такому, какое интересно ему по его установкам. Предположим, она хочет лечиться у дорогостоящего гипнотизера, и если муж согласился, то именно у этого гипнотизера она улучшит свое состояние, а у другого все только ухудшится.

Истероидка наводит свой истероидный порядок в вещах. При этом она, прежде всего, следует как бы законам красоты. Порядок бесполезный, даже неудобный, но красивый. Книги стоят по переплетам, по обложкам, по сериям, по изданиям, по модности писателей, по популярности произведений. Вообще эстетика быта, одежды, манер, имиджа играет большую роль в жизни истероидки. И здесь обеспечены конфликты с паранойяльным... Ведьу паранойяльного мужа порядок диктуется содержательной целесообразностью. Я знал одну пару — любовь до искусанных в кровь губ, только что поклялись в верности до гроба. Но вот она в его квартире навела красоту... А он ее просто выгнал. Вот негодяй!

Истероидка частенько любит нарушать порядок в отношениях, она любит пошалить, похулиганить, и чтобы все видели, как она шалит, хулиганит. Актриса, в шляпе «с траурными перьями», «в кольцах узкая рука», переходит в самом широком месте Тверскую и подошедшему гаишнику дает визитную карточку. А ее муж бежит за ней, как болонка.

Одежда у истероидок модная, авангардистская, иногда агрессивно-кричащая. Они ее часто меняют. Одна такая дамочка заявила: «У меня должно быть столько платьев, чтобы первое, в котором меня когда-то увидели, воспринималось как новое». Если истероидка заметила на ком-то такое же платье, как у нее, то свое она забрасывает в самый дальний угол гардероба, даже продавать стыдится. Истероидки любят смену моды. Этим удачно пользуются модельеры. Мода меняется зигзагообразно. Резкое изменение моды нужно для того, чтобы выкачивать деньги из мужей и любовников, играя на истероидных мотивациях жен и любовниц. Истероидки вытрясут душу из мужей, если не вытрясут из них деньги. Ну что же... это — супружеские конфликты. А мужьям «нескаредным» где взять столько денег — только разбоем. Вот они и попадают в «олигархи» или в их «подшерсток», а потом спасаются бегством или отсиживают.

Варианты оформления внешности: истероидки могут выглядеть приятно-красиво, но нередко с оттенком агрессивности. Этакая женщина-«вамп», тридцатые годы. Отконтурированные глаза, темные тени на веках, черная контурная стрижка-каре. Мужьям больше нравится первый вариант, а «вамп» они только терпят.

На лице, в одежде, в пластике, в движениях у истероидов — маска. Они все время играют не себя. Изо всех сил. Все время надо притворяться. Носить маску. И маска эта железная. Она и раздражает второго супруга и других членов семьи.

Средства влияния на человека у истероида в основном манипулятивные. Если ты не сделаешь того-то, то я сделаю то-то. И стероид весь в манипуляциях. Вот случаи из моей консультативной практики. Жена-истероидка за три часа до выхода на званый обед, от которого зависят контакты мужа, заявляет: «Мне не в чем идти! Ты подумал только о том, что меня надо им показать, а в чем показать, не подумал. У меня нет ничего для этого выхода, это платье я уже надевала, а то «мини» скорее для тенниса». И муж «соглашается» на приобретение еще одного дорогостоящего платья. А вот истероидка «уходит» от него... но «возвращается за вещами». О, он уже «понял», какую жуткую ошибку совершил, и кидается на колени. Так ему и надо. Истероидки это чувствуют и стимулируют мужа такими «уходами».

Эпатирование окружающих, пощечина общественному вкусу, стремление вызвать шок чем-то оригинальным и оскорбительным — одна из «достопримечательностей» истероидного психотипа. Эпатировать можно чем угодно: выстричь половину прически, а другую половину выкрасить в сиреневый цвет, обнажиться больше, чем принято. Истероид получает удовольствие от неудовольствия других. Супруг — не исключение. Но главное — это опять-таки способ обратить на себя внимание, и если нельзя чем-то серьезно положительным, то чем-то серьезно или несерьезно отрицательным. Вот топлес в метро или хотя бы на общем пляже.

Логика у любого человека искажается под влиянием иррациональных желаний. Но у истероида больше, чем у других. Он мыслит паралогизмами, которые ему выгодны в масштабах микрогруппы. Ты меня не любишь, ведь ты не хочешь купить мне эту приятную шмотку. Истероидка пользуется этим в супружестве.

Истероид часто производит впечатление своей эрудицией. Но какова ей цена? Предположим, он знает 25 стихотворений, прочитал их в этой компании. Но повторы скучны. А еще 25 стихотворений выучить сложно — это работа. Тогда он идет в другую компанию и там производит впечатление теми же 25 стихотворениями. Когда он там перестает быть интересен, он переходит в следующую компанию, и все эго повторяется вновь и вновь. Супружеская пара та же компания. Он исчерпал себя перед ней и ищет новые варианты. Тяжеловато «будет».

Истероид в своем мышлении очень зависит от авторитетного паранойяльного, видит все в том заимствованном свете, который дал ему паранойяльный. И какое-то время он убежден во всем этом, верит, верует, пропагандирует, разъясняет. Потом увлекается новой идеей, другим автором. Так в политике, так и в семье. Если она увлеклась паранойяльным мужем или фундаментальным эпилептоидом, то так же быстро разочаровывается и очаровывается другим. И отсюда неверность истероидок как жен.

В принципе истероид может и старается говорить понятно. Он доносит мысль. Но иногда, когда хочет показать свою причастность к некой элите, может употреблять специально непонятную большинству терминологию. «Ты имеешь в виду псевдогаллюцинации в составе синдрома Кандинского — Клерамбо или гипнопомпические галлюцинации аш-игрековой природы?» И если это в семье (а в семье тоже так) — уфф, опять тяжеловато «будет».

Речь у истеродов богата интонациями. Она достаточно даже красочная. При этом если истероидка столичная, то речь у нее артистичная. А если она провинциальная, то речь у нее театральная. В любом случае кокетливость. Но представим себе, что все это воспроизводится дома... Особенно представим себе второй вариант...

Истероиды нередко перебивают собеседников, себя же перебить не дают, а если их пытаются перебить, они форсируют голос, увеличивают темп. И вот в семье — подобие теледебатов.

В принципе в самой основе своей истероид — эгоцентрик. Эгоцентризм его — и в тотальной демонстративности, и в каждом манипулятивном приемчике, и в одежде, и во всем, во всем... Он сквозит даже и в альтруистических с виду поступках, смысл которых: смотрите и восхищайтесь, какая я заботливая и человечная. Истероид самолюбив. Попробуйте отрицательно оценить его вкус, имидж. Лучше не пробовать. А честолюбие у истероида не только в том, что он любит, когда ему рукоплещут; он не может терпеть успех другого человека, он лучший из лучших. Он стремится быть членом престижной группы. Он может в других компаниях хвастливо подчеркивать, что входит в какие-то важные объединения. В своей компании он тоже борется за престижное внимание.

Истероид обожает быстрые аплодисменты. Но, избегая долговременных усилий, он куда чаще получает аплодисменты жидкие. Иногда это выглядит жалко, а терпеть все это в семье — тягостно.

Истероид любит отомстить. Он не будет составлять план мести и с упорством реализовывать его, но при случае и ножку подставит, и руку помощи не подаст. Учтем это и в супружестве.

Истероид меркантилен, он любит подношения, подарки, выгодные сделки, ищет выгодный брак. Даже любовь к вниманию и демонстрация доброты для истероида важны в первую очередь в связи с тем, что за этим последуют материальные выгоды. Ведь коль скоро ты попал в поле зрения многих людей, в том числе нужных: работодателей, потенциальных друзей, спонсоров, партнеров для выгодных сделок, журналистов (которые восхитятся и напишут рекламный портрет), — успех придет. Когда это все прет, то в семье это тоже тяжело смотрится.

Истероид может быть вероломным. Оправдывается: заболел, плохо себя чувствовал, стечение обстоятельств, но в другой раз все будет хорошо, это случайность... Но и в другой раз, увы, будет все то же самое. Истероиду нельзя доверять долговременных дел, он, как и гипертим, переключается на другие интересные вещи и забывает. Ему нельзя доверять и тайн. Он по секрету всему свету расскажет их. Чтобы унизить вас. Чтобы возвыситься самому. Для красного словца. Тайны у него просто не держатся. У него происходит катарсис, когда он рассказывает чужие тайны. В супружеских отношениях это чревато психическими травмами.

Истероид — человек неблагодарный. Он легко забывает благодеяние и легко находит оправдания тому, что он не испытывает такой уж благодарности. Или все не так уж и надо было, или, подумаешь, это стоило одного звонка, или не все было сделано тобою... Особенно же истероид не высказывает благодарностей за только усилия, если они не увенчались успехом. Делал, но не сделал! Так что же ты хочешь. А человек, который делал, хочет, чтобы ценили усилия, и в этом случае при случае он в дальнейшем все же поможет. И стероиды не умеют строить долговременных благодарственных отношений с людьми. Поэтому проигрывают. Как в семье обойтись без адекватной оценки благодеяний...

Истероид льстив. Прежде чем обратиться с просьбой, начинает издалека: о детях, о ваших успехах, как здоровье. Дескать, я не сразу вот так вот с просьбами, я тобой интересуюсь. Но все это шито-крыто белыми нитками, слащавенько. Расточая льстивые комплименты, истероидка сама не чувствует, что все наружу, что комплименты льстивые, не чувствует, что ее чувствуют. В супружестве же нужна искренность, аутентичность.

Льстивость льстивостью, но отрицательные оценки в адрес окружающих истероид дает гораздо чаще, чем положительные. А себя выставляет в выгодном свете. Все плохо работают, один я — в поте лица («ну мне это нужно?»). То есть истероид по контрасту возвышается за счет унижения партнера. Но высказываются отрицательные оценки больше за глаза: хочется получить сочувствие, а не сопротивление. Отрицательные же оценки по его адресу в истероиде вызывают бурное негодование. Он сопротивляется по принципу «сам дурак», а если не удается защититься по той же линии, он наносит удар по другой

линии. Предположим, истероидку уличили в незнании какого-то важного факта; она может ответить чем-то вроде: а у тебя муж импотент. В супружестве поэтому — постоянные склоки.

Истероиды любят пошептаться, они наушничают, говорят за глаза, чаще что-то плохое... Порой идут и на открытый конфликт. Тогда в ход идут эпитеты с резко отрицательной окраской: это, мол, некрасиво, пошло, мерзко! Оценки перерастают в обвинения. Истероиды распекают. Широко известен истерический крик. Конфликты у истероида чаще проходят в виде скандалов. Истероидка без разгона, без этапа холодной напряженности в ответ на конфликтоген или так просто начинает сразу «истерически» кричать, визжать, царапаться в прямом и переносном смысле.

Свадьба для истероида — шоу. Она должна быть пышной. Много гостей. Множество дорогих подарков. Запечатление на видео. А потом все это просматривается, и чтобы все говорили «любо». А сколько свадьба стоит и стоит ли она этих затрат — это ее мало интересует. Но ведь потом придется отдавать — это все чревато проблемными разговорами и первыми супружескими конфликтами.

Секс у истероидов расцвеченный, спектаклеобразный. В оргазме она извивается, чтобы он видел, как ей хорошо. И стон ее страстный и яростный, а по децибелам (помните?) пробивает пять этажей вверх и пять этажей вниз, чтобы всем было слышно, какая большая любовь. Это можно назвать эксгибиционизмом. Истероиды любят эротическое искусство, групповой секс, склонны к бисексуальности. Садомазохистские игры в таких истероидных эротических спектаклях занимают не последнее место. Но это скорее именно игры, разнообразящиеся по сюжетам и по атрибутике, чаще всего неопасные и неглубокие. Если рассуждать о системе «мазохизм-садизм», то истероид не отдельно «садист» и не отдельно «мазохист». Он и то, и другое. Два в одном. Сразу или попеременно.

Но следует говорить не только о собственно сексуальном садомазохизме, но и о бытовом садомазохизме. Здесь тоже все перемешивается. И это уже игры опасные и глубокие. Вот истероидка допекает мужа придирками, оскорблениями, высмеиванием, пощечинами — психический садизм. А он ее избивает. Такой рабоче-крестьянский садомазохизм. При этом не люди играют своими инстинктивными потребностями, а инстинкты играют людьми. Лучше наоборот. Стоит понять и принять эти сексуальные потребности. Они могут быть утолены в совместных сексуальных фантазиях и действиях мужа и жены, что будет способствовать консолидации супружеской пары.

ИСТЕРОИДЫ СКОРЕЕ ЛЮБЯТ СЕБЯ В СЕКСЕ, ЧЕМ СЕКС В СЕВЕ.

Сексуальность истероида — игрушечное суденышко в море морали. Она зависит от ханжей, от собственных комплексов, от компании, которая для него авторитет. Учтем это все в супружестве.

Истероиды любят роскошь и богатство, не задумываясь о том, что это всегда за счет кого-то. Если есть возможность хитростью, лестью, обманом взять себе что-то за счет другого человека, истероид это сделает, наплевав на нравственность, а если кто-то укорит его, он быстро сообразит психозащитные построения. Этим другим может быть близкий человек. А если и «дальний», то ведь тоже близкие вовлечены: муж ради роскоши для нее идет на риск, и рано или поздно это кончается крахом. В семье женщины-истероидки из-за ее трат на роскошь и развлечения — постоянно конфликты: муж, особенно эпилептоид, не хочет идти на риск. А без риска при стремлении к роскоши не хватает на жизнь, и тут — драка.

Телефон для истероидки, как и для паранойяльного, чуть ли не самая значимая вещь. Но ведь и мужу тоже иногда надо куда-то звонить. Отсюда — постоянная борьба за обладание телефонной трубкой. Или другая ситуация: она болтает по телефону с подружкой, тоже истеро-идкой, о том о сем, о пятом, о десятом, а он за компьютером работает над составлением отчета и никак не может сосредоточиться. Конфликт, конфликт.

Истероид грешит, чтобы каяться. В прилюдном грехе и прилюдном покаянии он ловит особый кайф. Совершать что-нибудь незапретное для него неинтересно, ему нужен скандал по поводу его греха. А потом нужно всеобщее сочувствие и прощение после публичного покаяния. У истероида грех — это естественное состояние души. Она грешит, чтобы каяться. А покаяние у истероида — это трагикомедия. Изменившая мужу истероидка (а то и изменивший жене истероид) плачет с расцарапанным лицом, раскачивается в согбенной позе, катается по полу. Получает прощение — и снова грешит.

Семья для истероида достаточно значима. А для истероидки даже и более того. Она мнит себя не только артисткой, но и женой-матерью. Ее семейный дом — это авансцена, подиум, образ жизни. И поэтому истероидка стремится замуж и построить свой дом. Лишь бы с кем — это не по ней. Просто любовь и замуж — это мало. Она намечает цель — замуж за во-он... то-го мужика. И в три прыжка перекрывает пропасть, отделявшую его от нее. А после изощряется — надо еще женить на себе выбранного ею мена. Здесь и демонстративный флирт с соперником, и «нечаянная» беременность, и «нечаянное» опоздание с абортом. Или столь возвышенная любовь, что с любимым — хоть на край света. А там оказывается, что она имела в виду окраину Парижа.

Создав семью, истероидка тут же начинает ее разрушать. Непомерными требованиями к мужу, который выбивается из сил, много работает, нарушает законы, входит в конфликты с сотрудниками... ради милого ее сердцу евроремонта, ради новой одежды (модное — враг модного, и вот выбрасывается не изношенное, а «морально устаревшее»). Она рубит сук, на котором сидит. И продолжает этот процесс даже тогда, когда все, когда он уже почти срублен. Как выразилась моя жена Лена на одном из проводимых нами тренингов,

ИСТЕРОИДКА ЧАСТО РУБИТ СУК НА КОТОРОМ УЖЕ НЕ СИДИТ.

Истероид — большой лгун. Причем врет он не просто так, а чтобы произвести впечатление. При этом он ставит себя в центр своего завирального рассказа. Враньем оборачивается и любовь истероидки к порядку: середина выметена, а под диванами клоки пыли — все равно что исподнее грязное... Даже в страдании — вранье. Все преувеличено. Даже в ситуации самоубийства истероид самозабвенно врет: десять таблеток проглотит и десять записок разложит, где искать. Истероид любит много обещать, этим он тоже привлекает к себе людей. Но он ненадежен в своих обещаниях. Он наврет с три короба, наобещает, навешает на уши лапшу, но не выполнит своих обещаний, для этого нужны более серьезные усилия, на которые его не хватает. Причем найдет оправдание невыполнению обещаний, фантастическое, но искренне и правдоподобно преподносимое. Супруг вначале верит и вранью, и объяснениям, но потом это начинает раздражать, особенно эпилептоида, напрягает обстановку, и тогда непродуктивные конфликты разрушают брак.

Истероиды любят поплакать. Это — проявление инфантилизма (задержка психики на детском уровне — плачут ведь обычно дети). Истероидки — так те слезу могут пустить сразу же после заливистого смеха. Плач с рыданиями, хныканьем, иногда тихие слезы, но крупные, чтобы видно было издалека. И чтобы пожалели. Ну А ЕСЛИ НЕ ОБРАЩАЮТ ВНИМАНИЯ И НА ХРУСТАЛЬНУЮ СЛЕЗУ, ТО ВСЕ ВОКРУГ ТАКИЕ БЕСЧУВСТВЕННЫЕ!

Набор подобных «качеств» делает истероида трагикомичным персонажем в супружестве.

Истероидка нередко изменяет мужу. В погоне за впечатлениями, из жажды жизни, может быть, даже и в помощь делу. Из мести за недостаточное внимание. «Ты меня не любишь», а «смотри, как я нравлюсь другим». По ее логике, если он не дарит цветов, значит, мало любит; любил бы — дарил бы. А любовник дарит. Она не понимает, что любовник дарит для того, чтобы ее завоевать (а муж уже завоевал), что это только манипуляция с его стороны или вынужденное ее манипуляцией действо. При этом, поскольку муж чаще эпилептоид или паранойяльный, то он именно из деловитости и перестает дарить цветочки, считая, что он обеспечил семью — и достаточно, а цветочки — это блажь, фантазии. Любовницам или невестам дарят и они, куда ж деваться-то?! Истероидные и гипертимные мужчины тоже дарят, может быть, и женам, только вот заработать им на цветочки удается не всегда.

Истероидка если и не изменяет, то флиртует, и этот флирт она не скрывает, а, наоборот, выдает его напоказ, ей надо, чтобы все видели, что за ней ухаживают, что ее добиваются. Мужчины-истероиды, естественно, тоже изменяют. Тоже из жажды производить впечапыение и получать впечатления.

Изменяя, они прощаются и возвращаются, клянутся в верности и снова изменяют. Измену себе истероиды переживают с истериками, рыданиями, упреками, криками, обвинениями и прощениями. Истероид ревнует не смертельно, прощает при покаянии. Но чтобы покаяние было громким, клятвенным, жертвенным. Эти страсти-мордасти труднопереносимы для второго супруга.

Истероиды любят устраивать приемы. Однажды один паранойяльный муж неосторожно сказал приятелю: приходи, мол, поговорим, пообедаем... «А-а-а, ты его позвал на обед, ну так вот и иди в магазин, чтобы был аперитив-салат-первое-второе-третье-десерт-сигары», — начала пилить его жена.

А обустройство в комнатах — не просто для быта, нет, она должна всем показать: какая у нее ванная комната роскошная, какая техника на кухне, какие стеклопакеты на окнах, «ва-а-щ-ще-е...», какой у нее уют в доме. Ванную, кстати, истероидка украшает богаче, чем все остальные места квартиры, да и проводит в ней значительную часть времени, не только чтобы привести себя в порядок. Для нее ванная — это царство тела, самый интимный уголок души, «пах и подмышка ее домика». Перед приемом истероидка наводит порядок. Но подметет она только середину комнаты, а в углах — паутина и клоки пыли. Все это паранойяльному и эпилептоидному мужу не сильно нравится.

Истероиды почти не держат архивов. Истероидка часто устраивает чистки, рвет устаревшие тряпки и бумаги. Иногда выбрасывается и нужное. Одна жена уничтожила черновики защищенной (к чему, мол, хранить, если защищена уже) диссертации мужа. Вот такое она ему устроила, ну так и он ей устроил!

Деньги у истероида не держатся. Он их проматывает, проедает, пропивает. Покупает много ненужных вещей. Он живет в кредит (жизнь взаймы). Долги накапливаются. Когда его прижмут, перезанимает. Избегает кредиторов: «меня нет дома». Потом находит новые компании, там залезает в новые долги, и процесс повторяется. Поэтому

денег у него практически никогда нет, есть долги. Естественно, это источник семейных конфликтов.

Истероидка скорее сова, чем жаворонок. Ночная жизнь в престижных клубах в клубах сигаретного дыма, приемы поздних праздных гостей. Мужу скорее всего это не нравится, он возражает, а она возражает в ответ на возражения.

Истероид предпочтет поесть в ресторане. Тут для него важна не пища сама по себе, хотя вкусно поесть он любит, а то, что вот я в ресторане, с друзьями. Ресторан — это дорого, и эпилептоидные и паранойяльные мужья обычно — против. Дома истероиды могут быть хорошими кулинарами. Они гурманы. Вино — мартини, мукузани. Одна истероидка отказалась даже от мукузани: «Хочу кьянти»; другая не стала встречать с любовником Новый год, потому что он не достал ананасов (а дело было при Брежневе — ананасы водились только на столах у партийного начальства). Эти капризы поначалу воспринимаются как нечто милое, потом раздражают, а позже вызывают гнев.

Отдых истероиды признают только дорогостоящий. Раньше это был Крым, Кавказ... Им не важно, что в Сочи море мочи. Им главное, что это престижно, что можно пофланировать в нарядах по набережной, постоять в модных купальниках на пляже, подставляя белоснежную спинку солнцу и получая ожоги, которые залечиваются дорогостоящими кремами. Теперь это Канары, Кипр, на худой конец Анталия. Им «нужен берег турецкий», в противовес тому, что пелось в патриотической советской песне. Если потрачено меньше тысячи долларов на человека за неделю, то какой же это отдых? И уик-энды надо, и праздники, съездить по Золотому кольцу, пожить в мотелях. «Пикники на обочине». Отдыхают с упоением. Отдыхают без устали. Для эпилептоидных мужей — это вечный бой...

Истероид ищет страдания, потому что это привлекает к нему внимание. Он упивается им. Он хочет, чтобы сострадали и возились. Всем нравится, когда с ними возятся, и не нравится, когда бросают в беде. Но истероид: посмотрите, как я страдаю, меня надо пожалеть. Если не хватает естественных поводов, которые вызывают жалость, истероид что-то сделает недостаточно аккуратно и порежется, будет кровь, вокруг все будут бегать, а он получит внимание. А иногда в истерике — и демонстрационное членовредительство, порезы на локтевых сгибах, якобы для того, чтобы добраться до вены; добираются же они лишь до мелких артерий, но крови много. И вот: смотрите, до чего вы меня довели, и смотрите, как мне плохо. Членам семьи все это хлопотливо, переживательно... Истероиды ищут яркого-громкого сочувствия. Они вовлекают всех в свои страдания.

Близок к страданиям — суицид. У истероидов — это крик о помощи. Когда истероидка проглатывает десять таблеток и раскладывает десять

записок, где ее искать, — это она сообщает всем, что она покинута, что ее все бросили. Причем смотрите, как красиво я умру, все вы только тогда поймете, кого потеряли. У истероида суицид — я вообще-то жить хочу, но ТАК жить не могу.

Лечится истероидка только у модных врачей, чем дороже, тем муж больше любит.

Истероиды пьют допьяна, напившись, поют песни, состояние опьянения им нравится — ярче воспринимается мир, в радужном свете видятся перспективы. Пьют часто. Для дела, для веселья, отпраздновать, погрустить. И в конце концов истероид и даже истероидка могут спиться. Хронический алкоголизм — это и истероидная болезнь. Спиваются и другие психотипы. Но истероид и своим хроническим алкоголизмом бравирует — я неудачник, алкоголик, и никто меня не пожалеет.

 

Истероид, как паранойяльный и эпилептоид, в принципе предпочитает истероидок. Он любит любоваться красивой женой, он гордится ею, хвастает перед обществом. Истероидка же предпочтет паранойяльного или эпилептоида.

Истероид с истероидом быстро сходятся и очень быстро расходятся, стоит только рассказать все о себе и выманить дополнительные секреты обаяния. Разговоры поверхностные: о ценах, о жизни артистов. Рестораны, ночные клубы. Истероидка с истероидом могут некоторое время удерживаться в браке, если у них общая артистическая карьера или он ставит легковесные детективы, а она в них играет первые роли. Но очарование быстро сменяется разочарованием. И они расходятся с громким скандалом. В процессе брака — частые бурные ссоры с оскорбительными эпитетами, с бурными же примирениями, выпрашиванием прощения.

А вот истероидка с эпилептоидом... Разовьем затронутую ранее тему. Эпилептоид фундаментален, помните, он дуб, к нему можно прислониться, в его кроне спрятаться, прижаться тонкими ветвями, ну как в песне про рябинушку, а в его корнях, своими корешками переплетясь, попитаться... Очень удобно. Истероидка развивает в себе манипулятив-ные способности. Эпилептоиду-добытчику это может в какой-то мере нравиться, если он «владеет» красотой истероидки. Ну а если она не слишком хороша или не слишком верна, то неизбежны конфликты. И страдания. У эпилептоида сдержанно-драматичные, а у истероидки — бурно-трагикомичные. Я много чего сказал об отношениях «истероидка — эпилептоид» в главе «Эпилептоид в супружестве». Загляните сейчас туда еще раз. Чтобы не получалось угрюмо-наукообразного изложения, часть материала я даю в одном месте, а часть в другом. И если вы соедините в уме разные части — получится единая картинка.

Часто истероиды причастны к религии, еще чаще к эзотерике, к околорелигиозным течениям. Истероиду очень хочется быть ближе к таинственному миру, быть «посвященным». Особенно модны восточные веяния у сегодняшних европеек. Просто христианство — для истероидки это мало... Она должна стать колдуньей, целительницей, экстрасенсом или клиенткой экстрасенса, летать с пришельцами в космос. Истероидка часто ориентируется на гадания, на гороскопы, при этом верует в то, что ей подсказывает ее иррациональная потребность. У нее должен родиться необыкновенный ребенок, она станет актрисой... Муж-эпилептоид все это терпит, но скрепя сердце.

Истероидки, бывает, присоединяются к паранойяльным. Об этом сочетании я тоже уже писал. Но добавим. Истероидка может влюбиться в паранойяльного, даже еще и не достигшего успеха. Ведь он владеет искусством убеждать и внушать. Она не очень критична, она верит и даже верует. И ее «верую» искренне на тот момент. Она смотрит на паранойяльного пророка с восхищением, с сексуальным вожделением, она готова ему отдаться, предаться (а потом и предать, перейдя к другому). Когда паранойяльный достигает славы, она получает часть згой славы. Истероид вообще получает нужное ему внимание в лучах ореола тиранимо им на сейчас пророка. Здесь слово «пророк» я, как вы поняли, употребляю нарицательно: пророк он везде пророк — и в религии, и в науке, и в искусстве, и в политике. И везде есть истероиды, меняющиеся по обстоятельствам. В супружеской паре здесь тоже кипят страсти. Пока она молода — она может уйти к другому, более яркому, более успешному, более богатому. Но чаще другой вариант: истероидка стареет, все больше «штукатурки» на лице, ее помощь ему не столь велика, как помощь эпилептоидки, а он продвигается... Так что брак обречен.

Истероидам трудновато ладить с шизоидами (нет общих интересов), а потому мы их редко видим вместе. А если врозь, то истероид посмеивается над шизоидом за его небрежение к моде, а шизоиду с истероидом просто не о чем разговаривать. Но... может порой случиться, что шизоид востребован и начинает зарабатывать. Сейчас вот и программисты вырастают в компьютерных магнатов... Тогда истероидка начинает ублажать своего шизоида. Моет дорогими шампунями, одевает по последнему слову моды, берет домработницу и няню, водит его за его деньги на светские тусовки... Фитнес, стрижки... При его относительном безразличии к ее внешности она и стареющая его устраивает. Такой брак может «длиться и длиться», если только ее измены по обстоятельствам не изменят круто его судьбу.

Понятно, что истероиду имеет смысл приструнить в себе обрисованные выше качества, создающие трудности для близких людей. К тому, что сказано, добавим еще соображения.

Истероидка должна понять, например, что, если ее муж будет переутомляться и рисковать ради ее платьев, у него разовьются психоневрозы и психосоматические болезни: гипертоническая с ее инсультами, язвенная с ее прободениями и «острым животом», ишемическая болезнь сердца с ее инфарктами. Или мужа посадят, а то и застрелят из-за ее стремления к евроремонтам. Она останется вдовой. Этого ли она добивалась?

Истероиды склонны сотворить добро, совершить бессребренические поступки, но чтобы все всё видели. Они не хотят творить добро втайне, чтобы воздалось им явно на том свете, как Иисус велел. Они, как фарисеи, которых он обличал, хотят давать милостыню и сразу же видеть восхищенные взгляды людей.

ИСТЕРОИДЫ ПРЕДПОЧИТАЮТ СРАЗУ ВОЗДАЯНИЕ ЗА ПОДАЯНИЕ.

Одна милая-премилая тинейджерка-истероидка, плача крупной сочувственной слезой, приблизилась изящным пируэтом на глазах изумленных ее добротой прохожих к проходимцу, которого я прекрасно знал (много раз видел, как он перекладывал из шапки is карманы прибыль), и, изогнув лебединую шейку, положила ему в шапку солидную купюру, а потом вечером того же дня на моих глазах вымаливала у матери деньги на завтра. Не стоит так — мать честно зарабатывала небольшие деньги.

И стероиду в целом надо продумать стратегию жизни. Вот истероидка уходит от бедного мужа без «Жигулей» к более богатому с «Жигулями» (первому мужу она жизнь испортила), от более богатого с «Жигулями» — к еще более богатому с «мерседесом» (второму испортила), с третьим она уже будет — стрела на излете, но манипуляторские привычки останутся, и он выкинет ее из своего вертолета. И тогда ей захочется, чтобы ее пожалели, и она устроит суицидальный «театр абсурда», вокруг нее начнут бегать психотерапевты, но этого ли она добивалась в начале своей жизни? Ведь это крах.

И если перед нами истероидка в рамках рисунка личности, а не психопатка, то, знай она все это наперед (а я и рисую это), она, возможно, поостережется. Здесь мы вступаем в сговор со здоровой частью психики человека, как говорил Фрейд, и личность в конце концов не проиграет жизнь.

Истероиду можно посоветовать, чтобы он постоянно, буквально через каждые пять минут, посылал себе импульсные самовнушения: я интересуюсь другими больше, чем собой. Это будет способствовать в том числе и его лучшему реноме.

Истероиды, будьте обязательными. Чтобы ничего не забывать, заведите интероргтехнику, поучитесь у эпилептоидов.

Истероиду надо как следует освоить психотехнику общения. В семье истероид выдает много конфликтогенов и мало синтонов. Нужно изымать свойственные ему конфликтогены и культивировать синтоны (слова, интонации, жесты — в тон потребностям партнера). Надо правильно реагировать на конфликтные посылы. Обо все этом подробно говорится в моей книге «Лабиринты общения» («АСТ-ПРЕСС», 2002,2003,2004).

Истероиду следует опасаться затрагивать самолюбие паранойяльных, потому что, как мы знаем, те очень мстительны. Истероид должен быть осторожен с эпилептоидами, которые не сразу отреагируют, но при случае отомстят. Надо быть начеку и с истероидами, которые сначала войдут в штопор неуправляемого конфликта, а потом и подставят ножку. Истероид должен быть деликатным с шизоидом, ведь, будучи эмоционально не слишком отзывчивым, но остроумным, шизоид выдаст порцию перца. А с психастеноидами, сензитивами и гипотимами надо проявлять особый такт и никогда не колоть их язвительными штампованными остротами, ухмылкой, пренебрежительным жестом. Все это вызовет у них обиду, снижение настроения, самооценки и уровня притязаний.

Не стоит быть чересчур требовательной к мужу. Истероидка должна себе сказать: мой муж — эпилептоид, он не умеет и не хочет ухаживать, но деловит. Потерплю. Ведь он уважаем в обществе.

Обобщенно скажем так: там, где сконцентрировались минусы, надо бы их растворить в своих или заимствованных у других психотипов плюсах.

Истероид в рамках рисунка личности и даже акцентуант чаще всего прислушивается к советам авторитетных консультантов. Он верит в книги, в авторитеты, в специалистов. Попав к научно мыслящему психологу, он может скорригироваться. И многие «насадки» на радикал личности у него поддаются целесообразным изменениям. Он легко перенимает нужные интонации. Это очень важно, ибо от интонаций многие беды.

Радикал же личности, то есть комплекс потребностей и типовых реакций личности, переделывается с большим трудом. Истероиду трудно, конечно, отказаться от перетягивания одеяла внимания на себя. Все же и радикал переделывается, если интеллект истероида достаточен.

 

А теперь обсудим ситуацию, когда истероид — рядом с вами.

Вначале я говорил о минусах этого психотипа. Поговорим теперь и о ПЛЮСАХ, весьма существенных.

Без истероидов было бы все только деловое, деловитое, были бы только скучные Муравьи из басни Крылова «Стрекоза и Муравей». Глубоко-тонкий классик психологии Лев Семенович Выготский писал, что дети осуждают Муравья и сочувствуют Стрекозе, до них «не доходит» крыловская мораль сей басни. И впрямь без «стрекоз» мир потускнел бы. Зачем дома, в которых нет стрекозьих песен? Ведь когда-то и сами дома сгниют, а песни останутся как факт искусства.

Лицо у истероида — правильный овал. И к этому добавляется правильность глаз, носа, губ, лба... При некотором разнообразии типов лица, придающем индивидуальность каждому в отдельности «истероидкиному» личику, эта притягательная для многих правильность определяет сексуальный успех истероидов. Мелкие погрешности сглаживаются умелым макияжем, прической, которые всенепременно — по последней моде. При этом все может быть в нежных, женственных тонах. Кожа ухоженная. Торс у женщины — близок к скульптуре Праксителя «Афродита Книдская». А у мужчины-истероида — близок к скульптуре Леохара «Аполлон Бельведерский». Талия у истероидок точеная, шея — с тенденцией к лебединости. Истероиды пластичны. Движения их элегантные, плавные, раскованные, ловкие, кокетливые. Они красиво танцуют, движения их в танце грациозны, разнообразны, выразительны... А как истероидка поправляет очки! Не тычком в переносицу, как это сделает, к примеру, шизоид, а изящно, кокетливо и аккуратно, за дужки... При этом чтобы все обратили внимание на холеные пальчики, каждый из которых загнут колечком... А если это чашечка кофе, то тоже — холеные пальчики, завитые колечками, держат чашечку за маленькую ручечку, чтобы все поняли, как эта чашечка становится красивее оттого, что ее держат такие пачьчики. При этом если красотка провинциальная, то мизинчик оттопырен, а если столичная, то мизинчик прижат колечком к другим колечкам-пальчикам... А курит, курит-то как! Как сигарету держит, как при этом нога на ногу, как дым тоже колечками, как пепел стряхивает! Изящно, плавно-порывисто, выставляя всем напоказ длинные тонкие пальцы с длинными красивыми ногтями. Истероиды игривы....

Все описанные выше качества восхищают людей, заставляют их любоваться истероидной красотой, завораживают... Если у эпилептоида — добро по разнарядке, у паранойяльного — глобальное добро для всего народа, то у истероида добро — в самом его существовании. На истероидку приятно смотреть, как она ест и просто как она есть... Вот она изогнула бровь, а вот прищурилась, а вот выразила смятение. Капризно сморщила носик, заулыбалась всеми зубками, скосила хитро глазки, выставила наивно для поцелуя губки — у истероидки все красиво и выразительно. И все адекватно. У истероидки ее полезность в самой ее бесполезности. Красота, по Канту, бесполезна.

Муж может себе сказать, что да, истероидка, но ведь хороша, можно и потерпеть ее минусы. Если мы будем искренне восхищаться истероидами, их талант будет расцветать. Подыграйте истероиду не с целью манипуляции, а с целью лучше раскрыть его таланты. Надо принять его (осуществить приятие!) со всеми его плюсами и минусами и в противовес вспомнить про минусы других психотипов: про беспардонность гипертима, ханжество эпилептоида, пренебрежение людьми паранойяльного. Опять-таки учитываем: «недостатки — продолжение достоинств» и «достоинства — продолжение недостатков».

Истероиду не должно быть дискомфортно от нашего поведения. При нем и с ним целесообразно соблюдать правила психотехники общения (опять же посоветую мою книгу «Лабиринты общения» («АСТ-ПРЕСС», 2002, 2003, 2004). Откажитесь от отрицательных оценок его личности и реликвий, обвинений и категоричности, от поучений, назиданий, советов. Наоборот, поинтересуйтесь его личностью, его достижениями, его обществом, сосредоточьте на нем потребное ему внимание окружающих людей.

Муж должен себе сказать: у меня жена истероидка, значит, надо, чтобы для нее были в разумных пределах цветочки, конфетки (шоколадные, а не леденцы), а себе я куплю «Беломор» вместо «Мальборо», а лучше вообще брошу курить.

Истероид — человек яркий, он легко вступает в контакт, быстро находит темы для общего разговора, разговорит, спасет от одиночества, он игрив и элегантен, он душа компании, хороший развлекатель, рассказчик, держит вечер. Это все делает и семейное общение интересным, если к вам пришли гости. Истероидка — активная помощница, вывеска семьи, импресарио.

Обладая неплохими ораторскими данными, истероид может стать хорошим лектором, преподавателем. Многие истероиды — артисты, ведущие различных телевизионных ток-шоу, исполнители классической музыки, дикторы, представительные и представительствующие референты, секретарши... Это способствует материальному благополучию семьи.

Вступать в долговременные отношения с истероидами надо с осторожностью. Все проговаривать и договариваться, в договоре должна быть определенность, чтобы уменьшить возможности манипулирования с их стороны. При этом договариваться с истероидкой часто почти что и бесполезно, поскольку в другом аналогичном случае она все равно применит другой манипулятивный прием. Но все же на какое-то время прояснение и договор все-таки помогают истероидам удерживаться в рамках логики. Так что не будем отчаиваться.

Истероиду не стоит доверять серьезных тайн. Все время надо быть начеку, «доверяя, проверять», но проверять деликатно, а то, чего доброго, он обидится и взбрыкнет.

Если истероид явно пережимает, то нужно применить в полном или сокращенном объеме мягкую конфронтацию, жесткую конфронтацию и управляемый конфликт (загляните в мою книгу «Лабиринты общения»). Стимулируя какие-то действия истероида, имеет смысл апеллировать к его благородству и к оценке его поведения другими людьми, например, можно пустить в ход такой аргумент: «это будет хорошо смотреться».

Гипертим в супружестве

Гипертимов среди женщин процентов десять, среди мужчин — тоже. Не так много, но все же значимо. Так что обсуждаем.

Некоторые признаки, по которым можно «вычислить» гипертима, видны невооруженным глазом. Наиболее важное свойство его характера — двигательная гиперактивность. Она проявляется в том, что он мгновенно сгоняет в киоск за пивком, как только появится лишняя монетка. В размашистой жестикуляции. В громкой безудержной говорливости. В постоянно хорошем настроении. В интонациях у гипертима мало модуляций, но много голоса. У него все получается не выразительно, но о-очень громко. Пишут гипертимы быстро, неаккуратно, размашисто, иногда — надрывы бумаги. С ошибками. Жестикуляция просто экспрессивная, он не показывает жестами схему, он просто размахивает руками. Мимика у гипертима тоже «гипер-». Это и называют гипермимией. Но она невыразительная, то есть нет тонкого соответствия содержанию высказываний. Содержание же высказываний бытовое. Терминов и иностранных слов — в рамках принятого на рынках.

Характерный облик: почти нет шеи; голова прилеплена к туловищу, похожему на большое яйцо; лицо мясистое, круглое; глаза как у колобка. Короткие ноги и руки. Вы вспомнили Санчо Пансу? А героев Евгения Леонова? Вот это и есть гипертимы. Они любят поесть и толстеют. Макияж и маникюр у женщин грубый, часто ободранный. Гипертим не переживает по поводу своей внешности, хотя чаще всего он не красавец (а она не красавица). Одна гипертимка произносила к месту и не к месту фразу: «Я на любителя, но и на меня любитель найдется». И действительно, у нее не было недостатка в любителях упрощенного секса.

Одежда кричащая, разноцветная, яркая, пестрая, разностильная. Как крайний вариант — гипертим может одеться в смокинг и кроссовки. Одежда часто спортивная. С лейблами. Верхняя пуговица на рубашке не застегнута даже под галстуком. Вид расхристанный. Рубаха-парень.

Гипертим неуклюже подвижен, суетлив. Он может полой пиджака смахнуть со стола соус. (Кстати, ставьте его подальше от края.) Но его

пластика естественна, а не театральна (как у истероида). Гипертим любит всех собак, но особенно дворняжек, на которых он и сам похож.

У гипертима множество разных хобби, но все очень несерьезно, поверхностно. Собрал пять марок, шесть спичечных коробков, семь моделей машинок. И забросил коллекционирование. У гипотимов и психастеноидов хобби — выШивка. У гипертима — выПивка. Он, можно сказать, алкоголик, но хронический алкоголизм грозит не ему, а исте-роиду и шизоиду.

Гипертим бесшабашно смел. Он не видит опасности. Прет напролом. И женщина-гипертимка — «коня на скаку остановит». Смелость не продуманная, а сиюминутная.

В своем бесцельном блуждании по жизни гипертим очень энергетичен. Он не выдыхается. Его можно завести вновь и вновь на ненужные ему дела. Но сам гипертим никого ничего не заставляет делать. Так просто крутится, как вечный двигатель. Живет по воле волн. «Сегодня здесь, а завтра там». Он беспрограммный человек. Точнее, он приобщается к разным программам, но по принципу «понравился лидер».

РУССКОЕ «АВОСЬ» — ДЕВИЗ. ПРИНЦИП, ОБРАЗ ЖИЗНИ ГИПЕРТИМА. Плановое ведение дел — не его удел. Он их запускает. Сначала врал, что, мол, все путем. А потом аврал. Но в авралах он хороший помощник, у нею все спорится.

Мышление гипертима можно охарактеризовать так: здравый смысл и никакого лукавства. Оно неглубокое. Он не аналитик. Простое, бытовое. Темы заземленные. Достать. Продать. Познакомить. Тем более никаких тебе там «пронзить время» или пятых измерений. Он далек от философских проблем. Многое поэтому им понимается прямолинейно. Могильщики из «Гамлета» на вопрос, на какой почве сошла с ума Офелия, ответили: «На датской». Мышление несамостоятельное. У него нет убеждений. Он не интересуется ни теоретическими, ни политическими проблемами, ни даже житейскими: «Сталин думает за нас», «Жираф большой ему видней».

Творчество гипертимов бесхитростное, в сущности, лишено образов. Они не очень изобретательны. Фразы в песнях — что-то наподобие: я тебя люблю, а ты не любишь меня, я от этого страдаю, о-о-о! И несколько ну очень простых аккордов на гитаре. Все же гипертим не может без творчества в искусстве. Он должен как-то выплеснуть свою эмоцию. Он может петь и бренчать на гитарке в одиночестве. При этом он не обязательно готовится к выступлению. Он просто себя развлекает. Искусствам гипертимы не учатся. Скорее самоучки. Примитивизм. Кич. Но не абстракционизм.

Смысловая память у гипертима посредственная. Зато прекрасная механическая память. Он помнит услышанные истории. Может найти дом в закоулке, где был один раз. Читает с середины до середины. Или начало и конец. Последнее время гипертимы вообще предпочитают смотреть телевизор. Телевизорная болезнь их поражает больше, чем другие психотипы. Так что все ограничивается переключением кнопок на пульте. Но, вращаясь в множестве компаний, он запоминает множество фактов. Если это не просто собутыльники, а интеллектуальная элита, то он усваивает и много сложных рассуждений и терминов. Там что-то увидел, тут что-то услышал, здесь кого-то спросил, а то пробежал глазами аннотацию важной книги... смотришь — и нахватался сведений. Но получить глубокую эрудицию от других людей гипертиму мешает его гиперактивность и переключаемость на другие дела. Поэтому в целом его эрудиция все-таки поверхностная, хотя и широкая (во множестве областей).

Ценностные ориентации у гипертима переменчивые, в зависимости от компании, в которой он ночует. Он то за белых, то за красных. А то и: «бей белых, пока не покраснеют» и «бей красных, пока не побелеют». Он напичкан противоречиями. В его этической концепции может сочетаться любовь к животным и «смерть гомосексуалистам!».

Воля слабенькая. И в отношении промежуточных дел, и в отношении цели в жизни ни поставить задачу, ни наметить пути решения. ни удержать хотя бы чью-то программу в памяти воли он не может. У него плохо с самоконтролем... Гипертим не ставит и не достигает целей.

Он не продумывает их наперед, он семь раз отрежет, ни одного раза не отмерив. Он бездумный авантюрист. И веселость его бесшабашна.

С самооценкой он не мучится. Если ему ставят «три», он доволен. А если — «четыре», то может даже выпить по этому поводу. И уровень притязаний невысок. Звезд с неба не хватает. Никуда особенно не стремится. В конкурсах не участвует. Он безразличен к славе, не честолюбив и тем более не тщеславен. То есть он, конечно, порадуется искренней похвале. А чтобы испытывать гнетущий комплекс неполноценности и стремиться гиперкомпенсировать — такого нет. Гипертим даже не слишком самолюбив. Он может скорее бурно среагировать на несправедливость по отношению к другим, чем по отношению к себе. Конечно, если произносится словосочетание «ты дурак», то он ответит, без юмора, но и без надрыва, фразой типа «сам дурак». Или с неглубоким юморком: «Мы оба дураки!» Его трудно задеть за живое. Он «отбрехивается» — и все.

На гипертимов нетрудно влиять, поскольку они сами не очень-то задумываются над проблемами. Они принимают навязываемое рассуждение. Причем часто это в корне противоположные точки зрения. Одному он говорит: «Ты прав». Другой возражает, он и ему: «И ты прав». Третьему, который упрекает его в непоследовательности: «И ты прав».

Средства воздействия на других людей: повторные просьбы, примитивное повторение, громыхающий мат, сиюминутные угрозы, которые.

ясно, не исполнятся. Но планомерного принуждения со стороны гипертима мы не видим.

Учится гипертим урывками. Ходит в вуз для общения или по мелким делам. Прогуливает, опаздывает. На занятиях болтает. Но удерживается в вузе за счет балагурства, за счет помощи по мелочам, в том числе физической (перенести мебель...), списывает у шизоидов, пользуется дружбой с истероидами, которые делятся с ним тем, что смогли манипулятивно выманить у шизоидов. У гиперима нет карьеры. Все так как-то, как бог кости кинет. Он не поднимается по иерархической лестнице.

Многое из приведенного утомляет, а иногда и обижает людей, в том числе супруга.

Гипертим энергичен и энергетичен, неутомим, у него в руках все горит. Гипертим — перпетуум мобиле, но без приводных ремней, сам по себе. Его неутомимость бесцельна. Это вечное броуновское движение. Бесцельность вряд ли симпатична для близких людей.

Гипертим — человек легкомысленный. Это сквозит во всем. В учебе. В карьере. В сексе. В любви. В родительстве. В предпринимательстве. Гипертим не мучается нравственными вопросами, например, хорошо или плохо жить за чужой счет? Он гуляка, любит разгулы, ему гулять так гулять. Тратит много денег, может все спустить. Это гипертимы «пропивались до креста». Гипертим звонит по «межгороду», разъезжает на такси, нажигает свет, шляется по ресторанам. Тратит свои деньги, но может потратить и случайно попавшие к нему чужие. А если это деньги семейные?

Гипертим — принципиальный враг порядка. Он везде наводит беспорядок и любит его. Брошенная впопыхах одежда. Неподметенные ковры, на них горелые спички, сигаретный пепел. Гора немытой посуды... У него хаос дома и на работе, в сарае и во дворе. Даже и в подборе одежды: она у него пестрая, разностильная. Если его заставляют прибраться, то по доброте душевной он сделает то, что от него требуется, но стоит наставнику исчезнуть с глаз — броуновское движение вновь входит в силу. Для домашних, относящихся к другим психотипам, — это повод для раздора.

Спит или слишком мало, или слишком много — как когда. После выпивки может отсыпаться. А если куролесит, то может и мало спать. Сон у него глубокий, дрыхнет без задних ног, с храпом, не просыпается даже на телефонные звонки. Его не терзают сновидения, их нет, или они приятные. В семье, где порядок возведен в абсолют, эта его безалаберность — не ко двору.

У гипертима беспорядочны и отношения с людьми. Беспорядочны сексуальные связи. Для него обычное дело супружеская измена с ее как моральными, так и медицинскими издержками.

Гипертим постоянно нарушает законы, правда больше мелкие, чем серьезные. Например, превышает скорость, едет на красный. Но эпилептоидного супруга и это может очень сильно напрягать.

Гипертимы находят свое место в революциях и войнах. Их легко мобилизовать, подбить к борьбе «за правое дело». Им вообще-то глубоко наплевать на любую идеологию, но они возбудимы, быстро реагируют на сиюсекундную несправедливость. И когда этих мелких и тем более крупных несправедливостей много, они выходят под революционными флагами на улицу. Увы, их несложно подбить и на мокрое дело. И уж тем более на простую драку. Для жен это постоянные стрессы, приходится выволакивать их из «обезьянников» в прямом и в переносном смысле.

За своей бурливостью он не замечает чужих страданий, не чувствителен к чужому горю.

Но стоит отметить и явные ПЛЮСЫ. Он может бросить все дела, заняться вашими, недоспать для этого. Причем внимание к человеку не связано с выгодой. Он творит добро просто так, ему приятно это делать. Творит, как птичка поет. Он творит добро для любого, кто в поле зрения. Гипертим сиюминутно добр. При этом не обижается, если его доброта не оценивается по достоинству. Он добр искренне, не напоказ. Он может творить добро и так, что человек не знает, от кого оно исходит. Тем более он ответит на добро добром. В ответ на одно добро гипертим делает два, но сразу, в этот же день. Если гипертима уличили, если он опростоволосился, то он не будет выкручиваться, а будет истово извиняться, оправдываясь: с кем, мол, не бывает...

Всеми этими моментами гипертим располагает к себе людей, он выглядит обаятельным, даже благородным. Все это скорее приятно для близких людей.

Но вернемся к минусам... Пословица «с глаз долой из сердца вон» — это про него. Вот супруг уехал на две недели — а гипертим занят другими людьми, которые его одолевают. У гипертима это связано именно с тем, что человек просто исчез из поля зрения.

Может быть и так: положительное вроде бы качество тут же сопряжено с минусами для семьи. Он, например, может снять с себя одежду и отдать ее даже менее нуждающемуся человеку, а потом все равно придется ему это же купить за семейные деньги. Может выложить из холодильника последние продукты и угостить забредшего к нему соседа, не задумавшись, что останется семье. Довольна ли этим будет жена? Он спокойно и легко даст вам почитать книги из домашней библиотеки и не будет звонить с напоминаниями о возврате. Но это могут быть любимые книги жены, а она истероидка, и корешки этих книг очень украшали интерьер гостиной.

Гипертим не идейный, а как бы стихийный космополит. Он склонен жить по принципу «мир-дружба-жвачка» с людьми других национальностей, легко может женится на девушке другой конфессии. А потом — межнациональные распри в семье.

Гипертим — человек без особых моральных ограничений. Грех для него — это как бы естественное состояние тела (у истероида, помните, это естественное состояние души). Но в то же время он истово кается после каждого прегрешения. Гипертим грешит и кается. Ой, господи, прости меня, грешного, — и опрокинет рюмку водки в пост. С него как с гуся вола. ...Истероид, помним, грешит, чтобы каяться. А вот психастеноид не грешит, но кается. Это все в гипертиме для эпилептоидных и даже шизоидных членов семьи «тяжеловато будет». Конечно, то, что он кается, отношения с ним облегчает, но грешить он будет всегда, и если с ним жить, то придется учесть то, что он может что-либо стянуть, не отдать, забыть...

Его часто дурят разные эзотерические авторитеты. Наврут, что кофейная гуща предсказывает судьбу, а гипертимы верят и выкладывают деньги. Они лохи по определению. С женой и на эту тему трудности. Но и сам он может поучаствовать в разного рода лохотронах, организованных плутоватыми истероидами и паранойяльными, а то и сам может организовать свой лохотрон. Опять же все это не ко двору эпи-лептоидному супругу.

Он забывает отдавать долги. Но если напомнить, то суетливо перезаймет и отдаст, и тогда уже будет должен другому... до напоминания.

Наобещает — и не сделает. Наобещает искренне, думая, что сделает. Если ему напомнить, тем более потребовать — ведь обещал же, — то он спохватывается, оправдывается, признавая, что, мол, свинья я, и начинает суетливо выполнять обещанное.

Особой благодарности от гипертима не ждите. Он не помнит о своих услугах кому-то (это ему плюс), но и не слишком помнит услуги в свой адрес (минус). Хотя если ему напоминают, то он вспомнит, засуетится, но может и сказать психозащитное «подумаешь...». Вот жена подыскала ему стильный (а не разноперый) костюм. Он его надел — и уже забыл, что когда-то костюма не было.

Психозащитные механизмы у гипертимов просты. Забыл. Не очень-то и хотелось. «В другой раз буду хорошим». И успокоился.

Сделав что-то приятное одному человеку, он тут же отвлекается и увлекается другим человеком, другим делом. Этим гипертимы тоже раздражают людей.

Но при такой вот ненадежности (забывает об обещаниях и обязательствах) гипертим энергетичен и добр, поможет быстрее, чем щепетильный психастеноид. И, в отличие от меркантильного эпилептоида и бездушного паранойяльного, он все же хороший товарищ.

Гипертим говорлив. Общение для него — ценность номер один. Общеизвестный анекдот: выпили на троих, один дернулся идти, но его останавливают: «А поговорить?..» Или вошедшее из фильма «Осенний марафон» в наш быт «хорошо сидим».

Много рассказывает. Разные случаи из жизни. Артистичен, хотя и не очень пластичен. Но он не ставит себя в центр рассказа. Его рассказ — о других, не о нем.

Гипертим — хороший развлекатель, этим притягивает, на этом поначалу строится и брак. Часто врет, но не получает от этого материальных выгод.

Общаются гипертимы часто не по делу, для них важно общение ради общения. А общение без алкоголя почти не мыслится. Надо придумать любой повод, но выпить. При этом они выдерживают большие дозы алкоголя. Других смаривает, а гипертиму надо еще. Опять же вспоминается Леонов в «Осеннем марафоне», его рассказ о том, что показалось мало, еще выпили и еще выпили. И вот филолог-датчанин оказался в вытрезвителе, а он пришел к Бузыкину — Басилашвили с просьбой спасти товарища.

Общения-выпивки у гипертипа иногда кончаются дракой, а то и поножовщиной. Такой бытовой алкоголизм вызывает гнев родственников, если они сами непричастны к выпивке.

Я сказал уже, что гипертим — неплохой развлекатель. Он свободно говорит, не зажимаясь, легко вступает в контакт. Так что он держит тонус общения в группе. Это нравится людям, и они концентрируются вокруг него. Если второй супруг любит компании (истероид. гипертим же), это консолидирует супружескую пару.

Гипертим игрив и бурлив, но далеко не элегантен. Скромность — это не его черта. Манеры гипертима никак не назовешь аристократичными. Бывает беспардонным, даже наглым. Этикет он не соблюдает вовсе, а мат употребляет через два слова. При женщинах — через пять слов. А вдруг жена — психастеноидка, она же умрет от такого.

Гипертим не заботится о понятности и убедительности. Его речь носит скорее экспрессивный характер. Говорит быстро и сбивчиво, нечленораздельно, захлебываясь словами. Фразы или даже слова он не заканчивает, они набегают друг на друга. Говорит громко, напористо. Часто с воодушевлением. Перебивает, но себя перебить не дает. Типична фраза: «Не, ты послушай, что я тебе скажу». Общаться с ним трудновато и по этой причине. В семье — то же самое.

Все у него запанибрата. Быстро, почти сразу переходит на «ты». В общении он прост, а то и примитивен: «Ну, ты че, старик? Все путем. Брось ты это. Не валяй дурака. Пойдем лучше выпьем», «Слушай, ты дурак, ты вообще совершенно ничего не понимаешь в жизни, что за ерунду ты мелешь, пойдем, я тебе все устрою».

В ПРОЦЕССЕ ОБЩЕНИЯ У ГИПЕРТИМА -МНОГО К0НФЛИКГ0ГЕН0В И МНОГО СИНТОНОВ.

Гипертим может авторитарно наорать. Но одноактно, а не распекать. А потом быстро помириться. Гнев гипертима громкий, но непродолжительный. Конфликтогены беззлобные. Принимает участие в публичных скандалах, поддаваясь подзуживанию. Синтоны тоже грубоватые: «Я тебя уважаю, пойдем выпьем». Это «пойдем выпьем» как бесплатное приложение ко всему.

Давая конфликтогены, не замечает, что этим может кого-то задеть. Но и синтоны свои в адрес людей он тоже не ценит, не то что истероид, который угостит чем-нибудь и тут же напрашивается на комплименты по поводу своего угощения: «Ну как...»

Гипертим может льстить, но без второго дна. Часто грубовато и бестактно. Не чувствует дистанции, на которой человек хочет с ним держаться. Сам быстро клюет на лесть.

Гипертим не наушничает и не заушничает. Это явный плюс для друзей и родственников. И родные говорят о нем как о прямом человеке. Но он любит «резать правду-матку» в глаза. Прямодушно. Грубовато. А это может не нравиться его жене и другим близким людям.

Гипертимный юмор — нередко сальный, грубо сексуальный. «Откуда взять столько женщин на такое количество прокладок?» Или буффонадный, с явно глупой ситуацией; Залепят тортом в лицо, а в ответ подножка. Просто кривляется человек. Такой юмор в супружеской паре скорее затрудняет отношения. Но зато юмор в свой адрес гипертимы переносят легко. С них и здесь —- как с гуся вода. Отряхнулись и пошли. Гипертим легко и отобьется глупой же шуткой типа: «У меня вся спина белая, а у тебя она вся сзади». Чужим шуткам они смеются громко и заразительно. Как и своим. Скажет что-нибудь — и тут же сам смеется. Рассказы его иногда смешат, он их запоминает и повторяет, вот он и становится юмористом.

Герой этой главы аутентичен. То есть он не старается выглядеть лучше, чем он есть, не стремится произвести впечатление. Не ханжа и не лицемер, делает, что говорит, и говорит, что думает. В этом его плюс для жены. Он без второго дна. Его можно не бояться. Но все это иногда надоедает. Кроме того, ведь он может откровенно, так это, без маски сказать тебе правду-матку в глаза и при всех. С другой стороны, без маски — это значит, что гипертим не делает тайн из своей жизни. Он равнодушен, пусть себе полощут языком. Но это значит, что откровенность гипертима не знает границ. Гипертим треплив. Ему не терпится рассказать новость. И он не делает тайн не только из своей жизни, но и из чужой случайно узнанной или доверенной ему информации. Он может рассказать и о своей жене все, вплоть до сексуальных подробностей. Но ведь это значит, что он раскрывает тайны и из жизни жены. А она далеко не всегда хочет, чтобы тайное стало явным.

Гипертим не манипулятор. Это его плюс, от него не следует ожидать подвоха. Если он хочет от нас чего-то добиться, то убедительно просит, настоятельно требует. Но порой и угрожает, ставит ультиматумы, хотя не доводит ничего из этих угроз до конца. «Я с тобой знаешь что сделаю!!!» И не делает ничего... Но эти спонтанные и будоражащие угрозы делают общение с ним в семье слишком бурным.

На конфликтогены гипертим реагирует конфликтогенами же, резко превышая дозировку. Мы тоже превышаем давление в ответ на его давление. И возникает неуправляемый конфликт. Семья — наиболее частое ристалище для хлестких ударов. Но и раны зализывать приходится тоже не так уж долго. Он прощает, просит прощения.

Гипертим в конфликтах возбудим и несдержан. Но нельзя сказать, что он раздражителен. Нет, он гневлив. Гипертим не сдерживает свой гнев, как и паранойяльный. Он реагирует с четверть оборота и сразу вмажет. Он не боится испортить отношения. Не боится драки, в которую может перерасти конфликт из-за такого крутого развития. Так что скандалы — это его стихия. И в семье, и с гостями. А если с гостями или на улице, то каково приходится его супругу?

Гипертимы сиюсекундно обидчивы, хотя незлопамятны и отходчивы. Незлопамятны, отходчивы — ну что же, опять в балансе плюсов и минусов в семейных отношениях плюсов прибавилось.

Агрессивность гипертима скоропреходящая. Успокаивается не в пример быстрее, чем другие. Это плюс. И к тому же поэтому он не страдает гипертонической и ишемической болезнями. Меньше родным возни с его болезнями.

Положительные эмоции гипертим тоже выплескивает сразу. И бурно. Это обычно воспринимается людьми положительно. Но если с перебором, как у Ноздрева в «Мертвых душах», то раздражает.

Гипертимам хорошо дается слесарка и столярка. Мы часто видим таких людей во дворах небольших домов, где есть сараи, в гаражах. И в любом автосервисе. Ну и дома, разумеется, если он увлекается «рукомеслом», все починено, сделаны примитивно-кичевые, но добротные предметы мебели. Если жена попросит, он перелатает старое на новое. Но вообще-то гипертимы — люди недомашние. Квартира — как сарай у плохого дворника. В квартире много хлама, но не из-за сверхценностного отношения к своим вещам, а просто по безалаберности.

Дом открыт для друзей и просто людей. Можно сказать, что у него не дом, а проходной двор. У гипертима замок открывается ногтем, да и на такой замок квартира часто не запирается. У гипертима — всё из дома. Ночуют гипертимы часто вне дома: они могут жить в общаге, в дешевых гостиницах. Гипертиму «под каждым... кустом... готов и стол и дом». Это все — источник конфликтов с эпилептоидным супругом.

Аппетитом гипертим не обделен. Но он часто ест «не за столом, а за столбом». Из-за постоянного непостоянства режима питания гипертим, понятно, страдает гастритами, не доходящими, впрочем, до язвы. Об этом тоже неплохо знать родственникам.

Гипертим любит ездить на курорты, когда есть деньги: заработает-поедет-истратит-заработает. Может махнуть на байдарках. Может наплевать на работу. Он все время отдыхает. Отдых часто спортивный, но без особых достижений в спорте. Гипертимы любят попариться в бане. С пивком-водочкой. Раками-колбаской. Из парилки — в прорубь. Они моржи. Ресторан с танцами под винными парами. Рыбалка-охота со всеми национальными особенностями. Все это траты-растраты, которые выходят боком в супружеских отношениях.

Гипертим в долги обычно не залезает, может быть так лишь, по мелочам, и быстро отдает по первому требованию, переодолжит, но отдаст. Свои же деньги у него уходят как песок сквозь пальцы. Он тратит все, что у него есть... на себя, на семью. Часто — на друзей, при этом может забыть, что семья сидит без денег. Растраты денег в учреждении — это тоже по его части. Но если кто-то растратит, то он начнет собирать деньги со всех, чтобы спасти растратчика.

У гипертима много старых друзей и много новых. (У паранойяльного, наоборот, много новых и мало старых, а у эпилептоида мало старых и мало новых.) Но все связи у него поверхностные. На уровне бытовых вопросов. Забить козла. Вместе поесть, выпить, закусить или хотя бы просто выпить без закуски. Большое число друзей, шумные компании, которые водит гипертим, чего там говорить, усложняют супружество.

Секс у гипертима — без границ. Приемлет эротическое искусство, порнографию, все формы сексуальности, групповой секс, бисексуальность. Он и в сексе — перпетуум мобиле. Один гипертим о себе сказал это, заменив в слове «мобиле» первые две буквы на «е». При этом нельзя сказать, что гипертим чтит просто секс. Он, если угодно, любит каждую женщину, с которой у него сексуальный контакт, он любвеобилен. Но, искренне любя, он может наобещать, а она искренне в это поверит, а потом беременность, а потом аборты или безотцовщина. В фильме «Вор» внешне обаятельный гипертим с истероидными включениями Владимира Машкова учинил трагедию для сблизившейся с ним бесконечно милой женщины с ребенком. А Фанфан-Тюлытан быстро завербовался в армию, чтобы избежать возмездия со стороны крестьян за сексуальную шалость. Женщинам это имеет смысл учесть. Здесь гипертим может рассматриваться как социальная опасность.

Смена партнерш без особой притязательности в отношении красоты. Часто это партнерши по случайной выпивочной компании. Изменяет жене, но тут же истово кается: бес попутал. Потом снова изменяет. Но и жене измену простит. Гипертимы и вообще никого не осуждают, ни в чем не винят.

Понятно, что венерические заболевания в семье — в основном от гипертимов.

С семьей — частые конфликты главным образом из-за склонности к развлечениям, которые приводят к растрате семейных средств и времени.

С другими психотипами сами гипертимы легко уживаются. Рады общаться с человеком любого психотипа. Доверчивы.

Но вот с ними далеко не всем уютно в браке. Паранойяльный вряд ли возьмет в жены гипертимку. Для эпилептоидов гипертимный супруг очень труден, и об этом много говорилось. Для истероидки гипертимный муж по определению не подходит. Она растратчица, и он не добытчик, разве что ее устроят на время его «короткие» деньги. Гипертим плюс гипертимка живут в браке в принципе легко, если не считать частых бурных непродолжительных неуправляемых конфликтов. С сензитивами и психастеноидами у гипертима брак вряд ли получится. Уж больно гипертим для них труден своей бурливостью, громкостью, растратами. Гипертим и шизоид — это мы обсудим после того, как разберем по косточкам шизоида.

Гипертим поддается частичной коррекции. Он и сам может над собой потрудиться. Не олигофрен же. Гипертимы, учтите все свои минусы, компенсируйте их своими плюсами. Ведите записи-напоминания. Более тщательно проводите нравственно-психологический анализ ситуаций. Скрупулезно следите за своими долгами. Скажите себе, что порядок соблюдать надо, и соблюдайте. С большим чувством ответственности отнеситесь к сексуальным связям. Будьте не.только отзывчивыми, но и чувствительными к состоянию людей. Осторожнее с враньем. Ну и так далее по тексту всей этой главки.

Если рядом с вами гипертим, имейте в виду, что коррекции он все-таки поддается плоховато. Так что ему не стоит доверять слишком уж важные тайны. А доверили — не стоит обижаться (я ведь вас об этом предупредил). Он передаст не из стремления напакостить, а потому что из него «прет».

Не стоит делать на гипертима ставку. Если мне приходится иметь дело с гипертимами, то я поручаю дело сразу пяти гипертимам. Один

из них, может быть, что-то и сделает. Но на других, которые не выполнили обещанное, я не обижаюсь.

Гипертиму нужно постоянно напоминать о дисциплине, но как можно реже упрекать его. Это его будет раздражать. Хотя и не очень. Скорее он беззлобно отшутится: «Ты мне много раз говорил, а я много раз тебя слушал...» Можно сказать, что гипертим излишне прямолинеен.

Гипертимы и понимают все прямолинейно. Так что не стоит по отношению к ним злоупотреблять иносказаниями.

Не спешите порывать с гипертимом из-за .его неуравновешенности, расточительности и других минусов. В эпилептоиде найдете «жадность», в паранойяльном — отношение к людям как к материалу, в истероиде — продажность.

Женам посоветую: чтобы гипертима спас/пи, его надо пасти. Спасать надо от случайных мелких неприглядных поступков, от проявлений неблагодарности с его стороны. Ему надо напоминать, удерживать, стимулировать... Тогда он будет хорошим членом общества и хорошим семьянином. Личностный подход здесь будет заключаться в чувстве ответственности за него. Действовать, конечно, все равно надо методом Сократа, а не напором.

Шизоид в супружестве

«Шизоид»... Этот термин, наверное, воспринимается как наиболее психиатрический. Но мы рассматриваем шизоидов, как и другие представленные нами психотипы, в рамках рисунка личности. Норма. Их процентов десять. По полу: 12-13% среди мужчин и 8-9 среди женщин. И я провозглашу их значимость: ШИЗОИДЫ — ЭТО УМ ЗЕМЛИ.

Как понять, что перед нами шизоид?

Признаков слишком много, чтобы их перечислять здесь все. За подробностями я отсылаю вас к книге «Как разбираться в людях». Здесь же мы больше печемся, как и при изложении характерных особенностей других психотипов, о взаимодействии мужа и жены. Но вкратце, чтобы было понятно, как можно вычислить шизоида, приведем их характерные признаки.

Телосложение диспластичное. Например, грузность и в дополнение — крупные выпяченные губы. Нет шеи и узкие плечи. Впрочем, шизоид чаще — жердь. У шизоидки меньше выражен «рельеф тела» (уплощенные ягодицы, маленькая грудь...). Сутулость. Независимо от роста и возраста. Пальцы с утолщенными суставами. Плоскостопие. Лицо с большей, чем обычно, асимметрией. Глаза могут быть слегка или слишком запавшие, очень широко или очень близко поставлен-

ные, слишком маленькие или слишком большие. Близорукость, астигматизм. Может быть неправильный прикус. Нестандартные уши: нет мочек, ушная раковина «вывернута наизнанку», оттопырена.

Диспластичные движения. Поэтому трудно «общаться» с предметами. Вот тычком в переносицу поправил очки. А вот пытается дотянуться до далекого предмета и падает. Несет стул — стукнет им стенку (а если это не стенка, а зеркало?). Пила застревает в бревне. Сигарету докуривает дотла, пальцы — в никотине. Газовую горелку зажигает газовой зажигалкой — обжигается. Если подает женщине пальто, то длинное пальто у него может предварительно долго «подметать пол», а короткое поднимет так, что даме приходится выворачивать руки.

Неаккуратность шизоида проявляется во всем: в быту, в одежде, в прическе. На ногтях — заусенцы. На лице — недобритые волоски (иногда они торчат из носа и из ушей). Кожа лица угреватая, с прыщиками. Впечатление запущенности.

Во рту шизоида каша. Плохо с артикуляцией. Интонации не соответствуют высказыванию. Много слов-паразитов, грамматических осложнений. Бросает фразу и начинает новую, часто меняя план фразы. Скороговорка с повторением некоторых фраз, слов, слогов... Неадекватные замедления и паузы. Словом, речь нечленораздельная, запутанная, сбивчивая. При чтении стихов сбои в логических ударениях, при этом подчеркиваются формальные ритмические ударения и рифмы. Создается впечатление неестественности. Шизоид — раб освоенной им терминологии; в то же время он не растолковывает терминов. Собеседнику навязывается недоступный стиль речи. В результате связь с окружением совсем уж плохая.

Мимика не соответствует содержанию. Иногда как бы приклеенная, неподвижная улыбка. Или взгляд исподлобья. Или приподнятые, как у Пьеро, брови. Бывает, что просто малоподвижное лицо — гипомимия. Жестикуляция также не соответствует речевому содержанию, как и мимика. Для рукопожатия подается вялая плоская безжизненная ладонь. Вычурное шевеление пальцев. Однообразные, в ритм речи вихляния кисти.

Одежда в стиле давнего «ретро». Еще не истлевшая, но вышедшая из моды. Костюм сел от химчисток, а хозяин его располнел, и вот теперь пиджак слегка расходится на животе, а нитки, которыми пришита пуговица, растягиваются, перетираются, и пуговица уже висит на двух нитках. Чтобы она не отлетела, он пиджак не застегивает. Но пуговицы могут разболтаться и на брюках, тогда, если даже он не забыл застегнуть ширинку, впечатление, что она расстегнута. Брюки сели, и из-под них видны щиколотки. На коленях — пузыри. Рубашка от стирок

утратила товарный вид, пожелтела. Воротничок около шеи поистерся. Пуговицы на рубашке стали хрупкими и тоже пожелтели, какие-то из них переломились. Туфли стоптанные и без набоек, нечищеные.

Прическа под стать одежде. Волосы не подстрижены, не уложены, не причесаны. Человек сам по себе, а голова сама по себе. Часто волосы долго не мытые. Словом, на голове, как и во рту, «каша».

Впрочем, краски здесь несколько сгущены. Во-первых, не всегда указанные минусы — в одном узле. Во-вторых, каждое качество может быть не так явно выражено. Шизоиды с такими, но не резко выраженными чертами могут быть и вполне симпатичными.

Я здесь пока привел собственно внешние моменты. Но и они важны не только для диагностики личности, а могут быть камнем преткновения в супружеской паре. Если на голове «каша», то жене это не нравится, особенно эпилептоидке. Жена-истероидка может стесняться немодного мужа.

А что из внутриличностных качеств шизоида важно для семейной жизни!

Шизоид — это человек-формула, человек-схема. У него мысль превалирует над действием. И над образом. Его мышление преимущественно понятийно-теоретическое. Ему легче даются математика-физика, чем литература-история. Он хорошо разберется в теории стихосложения, но тускло прочитает яркое стихотворение. Он далек от жизни. Это кузен Бенедикт из «Пятнадцатилетнего капитана» Жюля Верна и Жак Паганель из его романа «Дети капитана Гранта». Ценностные ориентации у шизоидов разнообразные, но прежде всего в области теории. Философия, математика, теоретическая этика. Скорее эстетика, чем искусствоведение. Скорее искусствоведение, чем искусство. Они скорее музыковеды, чем музыканты. А если музыканты, то не эстрадные. Шизоиды интересуются скорее классической музыкой или современной, но серьезной. Названные особенности личности делают шизоида человеком непрактичным и в этом отношении трудным для семьи.

Шизоиды не энергетичны. Не хватает сил на то, чтобы навести элементарный порядок на столе, в квартире. В связи со слабой энергетикой у него накапливаются архивы. Новые архивы кладутся на более ранние. И вот на столе для работы осталась лишь маленькая «камера» между стопками бумаг, в ней он кое-как умещает бумажку, над которой сей момент работает. Но в этом хаосе он неплохо ориентируется. Он помнит, где что лежит, под какой кипой — какая папочка. Слой пыли не мешает ему найти нужный документ. (www.marsexxx.com) Письменный стол — не только для примера. Это важная деталь личности шизоида, «на нем» протекает вся его интеллектуальная жизнь. Однако и в шкафу та же картина. Но чаще всего вещи лежат вне шкафа. Разбросаны по квартире. Один истероид сказал о своем друге-шизоиде, что у него ко всем нужным предметам типа телевизора или компьютера между грудами вещей можно усмотреть тропинки. Это обусловливает глухое недовольство со стороны эпилептоидного или истероидного супруга.

Можно сказать, что у шизоида свой «беспорядочный порядок». Беспорядок интеллектуализированный. Много книг. Они валяются в разных, иногда малоподходящих, местах квартиры. Многие открыты на прорабатываемых страницах. Шизоид не наводит порядок на чужом столе, но и вторжение на свой стол не терпит. В основном потому, что после этого вторжения он вообще ничего у себя не найдет. А жена может попытаться навести на его столе порядок в обычном понимании. Тогда обеспечены конфликты.

Тот же сюжет ждет нас на кухне. Посуда свалена в раковину. Она не моется, пока еще есть хоть одна чистая тарелка. Но если и одной-единственной чистой тарелки нет, то посуда все равно может не мыться, а моется одна тарелка, одна чашка, чтобы можно было поесть. А то выбирается из груды грязной посуды менее грязная и используется как чистая. Истероидку или эпилептоида в семье от такого сотрясает негодование.

Шизоид не ставит целей. Если интересно — он что-то делает. Это что-то может оказаться продуктивным. Шизоида интересует процесс, а не результат. Он вечный МНС (эта аббревиатура в советские времена означала: младший научный сотрудник). Его не интересует карьера. Он может копаться в теме, в книгах, в бумагах, в проводках... Комбинируя, перестраивая, любуясь, делая выписки, теряя их, снова воспроизводя. А жена никак не может понять, что это он все копается, делает выписки, а денег все нет и нет.

Мышление шизоида похоже на рябь и зыбь. Оно бессистемно. Он глубоко размышляет по поводу всего, что попадет в его поле зрения... Мысли не «причесаны», зато более богаты и разнообразны. У него и в голове — каша. Окружающих это раздражает. Из-за этого в супружеской паре тоже нет мира.

Мыслительная продукция шизоида может быть востребована сразу, и тогда его идеи развивают, за них платят, их проталкивают. В таких случаях он становится выгодным женихом, а потом мужем. Практичные эпилептоидки и истеродки это ценят. А истероидки даже и интриги плетут. Ведь талантливому шизоиду нужен импресарио. Таким импресарио может быть истероидная жена. Но это редкость. Чаще всего творчество шизоида не предусматривает сиюсекундной прагматической отдачи. Древнегреческий физик Герон еще в древности увидел, что висящий над огнем чайник отклоняется в сторону, противоположную струе пара. Повернул носик на чайнике из положения «вертикально» (по отношению к стенке чайника) в положение «горизонтально». Чайник над огнем завертелся. Нам, «умникам задним умом», теперь понятно, что это реактивное движение. И прагматик Королев его использовал для ракет. Но шизоида Герона и паранойяльного Королева разделяют многие сотни лет. Так что шизоиды творят впрок. Из банка их вечных идей черпают сегодня заводские технологии. Но если сегодня его идеи не востребованы, то жена может проклинать время, когда она поверила в него. А это значит — упреки, ненависть, конфликты, разводы...

Еще больше взаимонепонимание обусловлено тем, что шизоида интересует метафизика Аристотеля, метапсихология Фрейда, литературный сюрреализм Кафки, гештальтпсихология Коффки, агностицизм Канта, позитивизм Конта... Он любуется мыслительной казуистикой: «Небытие — это инобытие бытия», «Бытия нет, есть небытие». И эрудиция шизоида локализуется в сферах, далеких от житейских проблем. А жену волнует, где взять деньги на завтраки ребенку в школе.

Шизоид творит даже не для человечества, а для себя и для таких же умников. Поэтому он часто работает «в стол». Никому не показывает. Потому что это мало кому интересно. Он «вечности принадлежит», как сказал про себя один шизоидный поэт-художник. А для вечно нуждающейся семьи — это вечный предмет неудовольствия.

С эмпатией у шизоида тоже плоховато. Не чувствует он другого человека. Не улавливает настроения. Не видит явно неприязненного отношения к себе. Не вполне понимает, что в нем может вызвать юмористическое к нему отношение. Не чувствует, насколько он сам задевает человека своими замечаниями. Не чувствует, что он уже надоел со своим разговором. Будучи часто остроумным, шизоид направляет юмор на партнера и не задумывается, насколько его шутки приемлемы для человека. Все это расстраивает отношения с членами семьи. При недостаточности эмпатии шизоиду проще общаться с животными. И вот мы видим шизоидку с непородистыми собаками. А эпилеп-тоидному мужу хочется ротвейлера.

ШИЗОИДНЫЙ ЧЕЛОВЕК ЖИВЕТ НЕ РЕФЛЕКТОРНО, А РЕФЛЕКСИВНО.

Шизоид постоянно рассуждает по поводу того, почему и как он мыслит, как рождаются и затухают его чувства, как у него складываются отношения с людьми. Он не может построить их просто, не задумываясь. Он обязательно задумывается. Эта рефлексия в глазах родственников выглядит как «занудствование», которому надо сопротивляться.

Суицид (самоубийство) у шизоида — это не крик о помощи, как у истероида. Это — «не сложилась картина мира». Это — «мне не подходит такое человечество». Или: «надоело обуваться и разуваться».

Шизоид не очень-то заботится о семье. Зарабатывает обычно мало, и деньги у него не держатся. Он тратит их на книги, на канцелярию. Из-за этого возникают трудности в семье, если жена его «не понимает».

Шизоиды агрессивны, хотя дерутся редко. Они схлестываются, как правило, в словесном поединке. Потешаются над «неграмотностью» обладателей других психотипов. Могут задать каверзный вопрос. Агрессивность проявляется в злопамятности и желчности, хотя собственно месть — не в его правилах, ведь для мщения нужна энергетика. В силу критичности мышления он непросто поддается даже разумным воздействиям. И в этих смыслах шизоид тоже не подарок для семьи.

Часто агрессивность шизоида проявляется в юморотворчестве, направленном на людей по любому поводу. Юмор шизоидный — смысловой, а не буффонадный Часто, увы, черный. Юной милой жене муж говорит: «Поцелуемся перед смертью...» А ведь и в самом деле: не после же смерти.

У шизоидов нередко инверсирован сон. Днем — сонливость, потому что дневная жизнь требует энерготрат. А ночью требования жизни минимизируются, и они могут работать долго — читать, писать. Это может затруднять отношения с эпилептоидными членами семьи, которым режим небезразличен.

Телесные несовершенства, перечисленные выше, обусловливают комплекс неполноценности шизоидов. Они частенько впадают в хронический алкоголизм. Спиваются как в одиночестве, так и в компании интеллектуальных собутыльников. Все это вместе тоже испытание для семьи.

Шизоид не любит и не умеет готовить. Если он живет в семье и его кормят, то он не слишком разборчив, не гурман, не придает значения тому, насколько вкусно еда приготовлена; это же не духовная пища. Но это может обижать заботливую жену.

Дом — в бедности. В нем только то, что надо для интеллектуального творчества. Много книг. Они под слоем пыли. Многие из них валяются в разных местах квартиры, на столах, диванах, на кухне. Как уже я писал, раскрыты на актуальных для него местах. По этому поводу ссоры с родственниками. Они высказывают претензии насчет того,

что книга положена на пищу и что в ней загнуты листы, а он к ним — насчет того, что они складывают его книги в стопку.

Мебель расшатана. Он ее еще и расшатает дополнительно. Чинит так: не шурупы завинчивает, а привязывает веревкой ножку стола.

Шизоид стремится к уединению, если ему с этими людьми трудно. Не то чтобы он стремился быть один. Он и рад бы общению. Но не доверяет. Боится ударов по психике. Поэтому шизоиды сближаются далеко не сразу. Больше с такими, как и он сам, отщепенцами. Больше по интеллектуальным интересам. Грузят друг друга своими идеями. Ходят друг к другу в гости, засиживаясь допоздна, обсуждая безжизненные проблемы, прокуривая воздух, квартиру, дом... Сигаретный дым в доме — психологическое сопровождение их дружбы. Для других членов семьи это часто совсем не «в кайф».

Любовь у шизоида — с интеллектуальным же компонентом. Полюбить можно умного, знающего, оригинально мыслящего человека. Умную, понимающую «мои» интеллектуальные запросы женщину. У шизоидов нет претензий к внешности. Ему в ней не надо лебединой шеи и цыганского пения под гитару. Тем более ей в нем не нужен имидж комильфо. Поэтому нередко мы видим вместе шизоида и шизоидку.

До брака шизоиды и общаются обычно с себе подобными одинокими братьями по интеллекту. Экспериментируют с гравитацией-левитацией, демонстрируют, несмотря на плохую дикцию, свою эрудицию... Они стайками, «само собой» возникающими, собираются в курилках библиотек. Но и читают там очень много. Собираются на квартирах друг у друга, пьют кофе, засиживаются допоздна. Наутро с несвежей головой отправляются читать или слушать лекции. И туманность их позиций усугубляется еще больше туманом в голове от несвежести бессонного духа. На этом и сходятся.

Поженившись, живут вместе долго. Любят природу, науку, животных, чтение, Интернет. Им свойствен интеллектуальный романтизм, они едут за туманом и за запахом тайги, там фотографируются, а теперь делают и видеофильмы, потом собираются в квартирах, на кухнях и пережевывают эти природоведческие походы. Если потом его окрутит молоденькая, он может с интеллектуальной ложью на устах бросить жену, с которой прожил много лет. Но чаще он никому из молоденьких не нужен, а старый конь борозды не портит, да и шило на мыло к чему же менять. Измены — редкость по тем же причинам.

О паре шизоид плюс истероидка мы говорили «в истероиде».

С эпилептоидами у шизоидов вечный бой на почве вещного беспорядка. Напряженка и с психастеноидами из-за любви последних к чистоте и пренебрежения ею со стороны шизоидов.

Шизоидами одобряются любые сексуальные вольности — это эксперимент на себе. Так что и в гетеросексуальной паре секс у шизоида «с выдумкой». Практикуется игровой садомазохизм. Именно игровой. При этом игра может быть и не такая уж поверхностная. Оператор телевидения — мазохист — на одной из моих консультаций рассказал, что одна проститутка наобещала бог знает какие златые горы, а на самом деле чистая халтура — в угол поставит и больше ничего не делает. Понятно, и гомосексуальность, умозрительно-игровая же, не чужда шизоиду. Или вынужденная: если нет возможности с человеком противоположного пола, то своего пола все же человек, а не одиночество. Но чаще это не облигат-ная (обязательная) гомосексуальность, а бисексуальность. Групповой секс — как вариант. Но это редко — организовать еще сложнее. Часто секс у шизоида — отдельно от любви. Он сам по себе ценность.

Секс у шизоида до брака — от случая к случаю, нечастый. Ему трудно найти себе человека, с которым можно в достаточной мере интеллектуально и душевно сблизиться. Поэтому шизоид стремится к уединению, в процессе которого время от времени — онанизм с усложненными фантазиями. В них многое. Фетишизм — трусики важнее, чем половые органы. Присутствие третьего человека. Сцены реализации эдипова комплекса (у женщин — комплекса Электры). Так что «шизоид — он и в науках шизоид, и в сексе». С истероидкой здесь, кстати, может быть совместимость. А вот с эпилептоидкой — хлопоты.

Шизоид самоценен для себя, может жить и одинокой жизнью, тогда мастурбация спасает. Но и сама по себе она ценность для него. Вот если бы только не запугивание со стороны врачей и не ветхозаветные запреты. Но в XXI веке уже, когда одной шизоидной девочке мама пригрозила: «Будешь там трогать — отрастет как у мальчика», волнений было немного: «Ну и пусть отрастет!»

У шизоида просто не хватает энергии, чтобы организовать свою сексуальную жизнь. Шизоид может быть сексуально одинок не потому, что он никому не нужен, а потому, что для этого надо развить какую-то деятельность. Один шизоид (правда, это уже психопатическая личность) как-то заявил: «Женщина — это только наиболее громоздкий способ онанизма».

 

Дадим шизоидам некоторые советы по вопросам, касающимся семейной жизни. Надо взять упорядоченность эпилептоида, целеустремленность паранойяльного, жизнерадостность гипертима. Об истероидной пластичности шизоиду можно лишь мечтать. Пусть он обретет хотя бы эпилептоидную пластичность. Много конкретных советов по овладению вещным миром дано в «Как разбираться в людях». Здесь ушло бы слишком много места. Выскажу лишь некоторое общее соображение на этот счет. Разложите деятельность на действия, действия на движения, движения на отдельные мышечные сокращения. Проработайте, отрепетируйте каждый элемент. А потом соедините в нужном сочетании сокращения в движения, движения в действия, действия в деятельность. Подчеркнем следующее:

ПРИ СВОЕЙ ВЕЩНОЙ НЕЛОВКОСТИ ШИЗОИД ДОЛЖЕН ОБЕСПЕЧИТЬ СЕБЕ ДВОЙНОЙ-ТРОЙНОЙ ЗАПАС БЕЗОПАСНОСТИ.

Например, никогда не проносить чайник с кипятком над людьми; лезвие ножа всегда направляйте от пальцев, а не в сторону пальцев — не обрежетесь.

Не постесняйтесь по поводу оформления своего облика обратиться к знакомым истероидкам. Они охотно дадут дельные советы. Можно и книги почитать. Есть сестры Сорины с их серией, есть современные журналы мод. Помните, что вам не надо стремиться быть в авангарде, но и нельзя выглядеть неаккуратным. Хоть немного последить за собой — это же неплохо. «Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей». Нормальная мысль. Не забывайте, что ваш неопрятный вид людям не совсем безразличен, а скорее всего неприятен. Имеет смысл приодеться, и не только для чужих.

Вы сутулитесь?.. Сколько по этому поводу пролито слез... А все просто. Девочке казалось, что ее бюст слишком велик. Или что рост слишком высокий. И она старалась скрыть «недостаток», что и привело к реальному недостатку, уже без кавычек, к сутулости. Бороться с этим можно. Но надо решиться. Сутулость гораздо чаще встречается у шизоидок, чем у других психотипов, но поскольку далеко не только у них, я рассказал о способах борьбы с сутулостью в главке «Эстетика в супружеских отношениях».

А как же тренировать коммуникативные умения? Как вступать в контакт с незнакомыми людьми, не задевая их самолюбия? Как реагировать на конфликтогены? Как преодолеть шизоидную замкнутость? Ведь замкнутость часто от неумения себя защитить в сложных коммуникативных ситуациях. И шизоид защищается тем, что «лучше не связываться». Вот он и не связывается вовсе ни с кем. Множество этих и других вопросов обсуждается в моей книге «Лабиринты общения». Она рассчитана далеко не только на шизоида, но ему в особенности в ней многое предназначается.

Многое раздражает в шизоиде, когда он рядом с вами в семье. Но, во-первых, он более, чем другие психотипы, склонен меняться в разумных пределах в лучшую сторону. Так что не отчаивайтесь. А во-вторых, при его оценивании в дело должны вступить многочисленные «зато». Ну как бы мы жили без шизоидной математики, физики, интеллектуальной шизоидной художественной литературы, без оригинальных шизоидных эпитетов, метафор. Без остроумных не от мира сего замечаний о сильных мира сего. Без колеса, рычага, ветряных мельниц, солнечных батарей. Без открытия, что, несмотря на видимость, не Солнце вертится вокруг Земли, а Земля вокруг Солнца. Без всей ноосферы, которая развивается во многом благодаря шизоидам. Еще раз: ШИЗОИДЫ — УМ ЗЕМЛИ.

Явным плюсом шизоидной психики для того супруга, который сам живет интеллектуальной жизнью, является то, что шизоид не рвется к богатству и не делает карьеру. Для шизоида важны интеллектуальные ценности. Ему чужда идея накопительства. Он бессребреник. Если платят за его творчество, то он рад. Не платят — будет заниматься бесплатно своими разработками или бесплатно же с людьми, которые ему внимают. Шизоидка для любого мужа легче истероидки в быту в том смысле, что она мало тратит на моду.

Шизоиды — талантливые технари. Сейчас вот компьютеры портятся. У меня на кафедре полетел пентиум. Пытались вызвать мастеров — оказалось: это такая бюрократическая процедура, что решили поместить испорченный компьютер в дальний угол на шкафах. Пролежал год. Смотрели разные понимающие преподаватели информатики. Посоветовали писать апелляцию. Мы отказались и от этой бюрократической процедуры. Пусть лежит до списания. Совершенно случайно в помещение кафедры пришел студент третьего курса, психологическая группа, шизоид.

— А что там за компьютер, почему на дальней полке? Давайте посмотрю, — предложил он.

Посмотрел.

— Давайте починю.

Терять было нечего:

— Попробуй, почини.

— Но надо привезти мой компьютер.

Привезли. Шизоид, что делать, привезти не может. Через час работы он определил, какие детали надо купить. Поехали с ним в магазин. Он выгадал что-то в цене на комбинациях деталей, вернулись, и еще через час компьютер, на который махнули рукой другие специалисты, заработал по-прежнему — или нет, как нам показалось, даже лучше, чем

прежде. Вот что такое шизоид. Не скажу, что после этого мы стали завышать ему оценки, но «хорошо» и «отлично» ставили с удовольствием.

Так что дома могут быть расшатаны стулья, но бытовая электронная аппаратура будет работать исправно.

Шизоиды достаточно надежны. Вовремя отдают долги, выполняют обещанное. Слов на ветер не бросают. Они договариваются, а не манипулируют. Договора выполняют. Запишут — выполнят. Шизоид более или менее дисциплинирован, редко опаздывает. Он формалист. Это иногда неприятно, но зато доверять ему в целом можно. Он не вероломен. Он, правда, может заработаться и забыть об обещании. Спохватывается и выполняет.

Для шизоида старый друг лучше новых двух. Дружат они годами. Шизоид в своей жизни редко прибегает к вранью. Шизоиду зачем врать? Он ничего не выгадывает. Удовольствие его в размышлениях. Так что, чтобы получить удовольствие, юлить не надо. Шизоиду небезразлично его доброе имя. Но к славе не рвется.

Шизоид — трудяга. Учась в вузе, часто попутно занимается в нескольких научно-студенческих кружках, на разных курсах, в других вузах. Оценки: больше «хорошо» и «отлично». Но это не принципиально для него. Он учится, потому что интересно. Творчество — со школьной скамьи. В науке шизоид практически всегда генератор идей. Он бескорыстно служит науке.

Эрудиция очень широкая и в очень разных сферах. Потому что он любит рыться в книгах, подолгу сидеть в библиотеках. Читает, делает выписки, конспектирует... Он не сосет энергию, как это делал бы истероид. А просто сам рад понимающему человеку. Он больше, чем другие, действенно поможет в решении сложных умственных задач. Позанимается с детьми. И со своими.

Если рядом с вами шизоид, вы можете испытать интеллектуальное удовольствие от глубины и оригинальности его высказываний. Главное в творчестве шизоида — парадоксальность. «И гений — парадоксов друг». Что такое парадокс? «Казалось так, а оказалось так!» Причем казалось большинству, почти что всем, а то и просто всем. Ведь всем было ясно, что Солнце вертится вокруг Земли. А шизоидному Копернику стало ясно, что именно Земля вертится вокруг Солнца. Все считали, что знание — сила, а Екклесиаст полагал, что в многия мудрости — многия печали и тот, кто умножает знание, тот умножает скорбь. Все считали, что страдание — плохо, а Франкл убеждает, что в страдании рождается глубинное понимание жизни. В этом ключе я переиначил процитированную фразу Екклесиаста — и получил другой парадокс на основе парадокса.

В МНОГИЙ ПЕЧАЛИ — МНОГИЯ МУДРОСТИ

Мне нравится этот мой афоризм, а потому несколько ниже я его приведу, по делу конечно, еще раз.

Цените своего шизоида. В то же время близким людям имеет смысл понять, что отношения с людьми у шизоидов трудноватые. Им трудно выражать мысли, чтобы быть понятыми. Еще труднее быть понятыми в своих психологических переживаниях. Все это из-за того, что они косноязычны, говорят с паузами, невыразительно или даже с неадекватными интонациями. Сопровождая речь неадекватной же мимикой. Хотим общаться с шизоидом — терпим его эмоциональную тускловатость. Он хрупкий, как стекло. Аккуратней нам надо с нашими паранойяльными и эпилептоидными нажимами, с гипертимной беспардонностью. Мозговая ткань у шизоида размозжится так, что он не сможет участвовать не только в мозговых штурмах, но и вообще потеряет дар речи вместе творческим даром. Поэтому — больше терпения при разговоре с шизоидами. Поддакиваем. Выслушиваем не перебивая. Задаем выясняющие вопросы.

Психическая защита у шизоида развита слабо. Он раним. И если на него кто-то «наезжает», то он переживает. Кто-то любит распекать. Супругу стоит быть деликатным с шизоидом из гуманности, так как у него все же вырабатывается комплекс неполноценности.

С первым встречным шизоид не разоткровенничается, не истероид же он. Но если близкий человек, супруг, проявил известную надежность, интеллектуальное сродство и если он применяет прием, который я назвал «опережающее самораскрытие», то происходит обмен тайны на тайну, и шизоид становится более открытым. В особенности это касается сексуальных тайн. Так что проявляйте надежность, выявляйте сродство.

Шизоид не чувствует благодеяний в свой адрес. Благодарности особой не ждем — суховат. Если он не просил, а ему что-то сделали, то он и не поймет, что это благодеяние. Поэтому нужен уточняющий договор, не на бумаге с двумя подписями, но почетче сформулировать, насколько ему надо то, на что вы согласились. Договор!!! А в серьезных вещах даже и на бумаге, пусть и без двух подписей, но с проработкой мелочей. Ведь шизоид мыслит казуистически, он всегда найдет лазейки для себя, он изобретателен. В семье — это не «тоже», а в особенности.

Организация труда у шизоида, увы, не на высоте. Записи о делах — на бумажках, которые теряются в карманах, их трудно разобрать —

стираются. Так что по домашним делам имеет смысл произвести более четкое разделение труда, выделив те функции, которые ему больше по душе и которые соответствуют его формальному математическому складу. Например, производить ежемесячные платежи, приносить домой определенные продукты, выносить уже упакованные пакеты с мусором...

Шизоид, будучи эмоционально не слишком отзывчивым, но ранимым, может язвительно защищаться, и это опасно уже для неосторожно неделикатного человека, поскольку шизоид умен и остроумен. Будем с ним щепетильны. Будем соблюдать психотехнику общения, изымать конфликтогены. И опять скажу: в семье — это не «тоже», а в особенности.

Служба супружеских знакомств: вчера — сегодня — завтра

Есть психологи, которые призывают: спокойно переносите одиночество. И я могу присоединиться к такому призыву, если совсем уж ничего нельзя сделать. Но, наблюдая за людьми одинокими, видя их страдания, я как психолог все же призвал бы сделать все возможное, чтобы одиночества не было. Бывали и в моей жизни времена, когда я сам испытывал одиночество. Я их помню. И память об этом делает меня более покладистым в отношениях с моей женой Леной и дочкой Катей. А ведь есть противоречия. Лена иногда ленится. А Катя бывает чересчур активна. Смиряешь себя. Лена ленится, но умна и творчески состоятельна. «Всё есть, но никого нет» — эта очень емкая фраза легла в основу одной из нравственно-развивающих сказок для нашей Кати (см. с. 234). Катя зашкаливает в активности, но однажды в двух с половиной летнем возрасте она нас удивила фразой: «Здравствуй, Солнышко! Спасибо, что ты встало!» Как только я вспоминаю об этом, а еще о периодах одиночества, сразу меркнут и кажутся мелкими все минусы.

И вспоминается тетя Маша из нашей маленькой Большой Рябой. Она — без мужа, живет с семьей сестры. И зимой остается в деревне одна. Сторожит дом, кормит коз. А зимой — это не то что летом, когда мы с Катей заходим к ней в гости и когда Катя играет с ее козочками. Тетя Маша, моя ровесница (а мне нынче шестьдесят пять), так рада Кате, что старается как можно дольше нас задержать, угощает и развлекает разговором. Рассказывая о своей

жизни зимой, тетя Маша иной раз всплакнет. И что страшно важно и просто страшно, а то, может быть, и умилительно, тетя Маша называет всех своих коз человеческими именами: Таня, Зоя, Алина, Алеша — все это компенсация ее жуткого одиночества, хотя к ней на лето приезжает много родственников. Есть козленок Чубайс. Он с чубчиком. Чубайса тетя Маша собирается через два года пустить на мясо. Козлы — они молока не дают. Поэтому — на мясо: не надо быть козлом с чубчиком.

Понимание того, что одиночество приводит к неврозам, привело меня к мысли о необходимости помогать людям в преодолении его. На дворе стоял 1979 год. Загнивание «развитого социализма». К тому времени я уже шесть лет как кандидат психологических наук по медицинской психологии. Мне — тридцать девять. В медленно возрождающейся советской психотерапии процветают гипноз и аутотренинг (самовнушение по Шульцу). Я не исключение. Даже написал в методичке по психотерапии для студентов 1-го Московского мединститута главу по гипнозу (совместительствовал на кафедре педагогики и медицинской психологии этого вуза). Но мне это все было не так интересно. Надо было как-то самореализоваться. Кое-где пробивались ростки психоаналитической психотерапии. О Фрейде уже говорили не только в критическом ключе. Кто-то писал о реабилитационных клубах для душевнобольных. А я подумал о создании клуба с психопрофилактическим уклоном. Поначалу с просветительско-психогигиеническим. Но просвещение просвещением, а когда у человека от одиночества тоска, то нужны психопрофилактические действия, а не только разъяснения. И вот я, врач-психо-терепевт психоневрологического диспансера № 14 города Москвы, пошел к главному психиатру города Москвы доктору медицинских наук Вячеславу Павловичу Котову. У него голова болела по поводу правонарушений душевнобольных, не хватало мест в стационарах... А я ему — о службе знакомств в клубе психологической культуры при моем психотерапевтическом кабинете. Но Котов согласился с моей инициативой легко. Обосновывать это перед ним было даже не надо. Психиатры понимают человеческие трудности быстрее, чем другие специалисты. А разумный и прогрессивный Котов — и тем более. К тому же я не просил финансирования. Мне было просто интересно.

 

Опишу суть предложенной мною технологии. Прежде всего — принцип. Не «сваха», которая подбирает варианты и вторгается

в решение. Человек должен сам принимать решение. А мы только помогаем состояться информационному обмену. Как мы это делаем? Создается система, состоящая из поисковых карт, подробных самоописаний по составленной нами программе, фотографий и видеоинтервью. В поисковых картах и самоописаниях человек дает сведения о себе. Сообщает он и о том, что желательно и что допустимо в будущем супруге. Но представления о допустимом и желательном часто неточны и изменчивы. Поэтому мы рекомендовали иметь их в виду, но не преувеличивать их значение, поскольку они могут измениться при живом общении.

Поисковая карта включает краткое самоописание и небольшую фотокарточку.

Подробное самоописание наш психологический клиент (будем его так называть) готовит по программе, содержащей 50 вопросов-тем. Почему «вопросов-ТЕМ»? Да потому, что это именно темы. Например: «Расскажите о ваших планах на будущее». Эти вопросы рано или поздно поставит жизнь. Но мы ставим их перед человеком раньше. Таким образом, предполагается обмен достаточно большим количеством сведений о каждом участнике, которые он сам захочет о себе сообщить. Ответы на вопросы даются в произвольной форме. В инструкции, помимо технических указаний, говорится о необходимости давать как можно более подробные ответы с развертыванием рассуждений. Не только о себе, но и о будущем супруге. Самоописание предназначается самому человеку, подыскивающему себе супруга, а не только нам, психологам. Психолог не дает никаких советов, он только организует (повторю) информационный обмен. И дает научные сведения, которые могут быть использованы человеком при принятии решения. В оценке человека играет роль не только то, что человек пишет о себе, но и то, как он пишет. Тут видны и грамотность, и стиль, и эмоциональные аксессуары. Выявляются предпочтения во вкусах, социальные взгляды, многое другое. Подчеркну, что у нас человек составляет самоописание. «Само-» — это значит: сам составляет. Мы ему только помогаем списком приблизительных вопросов. Обратим внимание: не анкета, а самоописание. И самоописание предназначено не для психолога. Нет-нет, психолог может ознакомиться с самоописаниями, но не для того, чтобы предлагать кого-то кому-то, а для того, чтобы высеять вопросы для просветительского процесса. Самоописание обращено к самому соискателю роли супруга.

Обычно у организаторов службы знакомств господствует наивный подход к делу. Предлагают описать себя в оценочных тонах. Но кто же себя будет расписывать отрицательными красками. Дескать, я некрасив, глуп, зол... Поэтому мы ставим вопросы так, чтобы человек

описывал факты, а не давал себе оценки. Это тоже трудно: человек даже факты подает так, чтобы его оценили положительно. Но все-таки... Например, не «я умна», а «я прочитала такие-то книги, закончила с отличием вуз»...

Далее, предлагают написать в анкете о желаемом в супруге. И тоже в основном в оценочных тонах. Он должен быть красив, умен, добр. Но набор из только положительных качеств — несбыточная редкость. Претендовать на него можно, но тогда ничего не получится. Поэтому мы просим писать не только о желаемом, а и о допустимом. И здесь мы тоже призываем к описательному подходу. Например, хорошо, чтобы человек имел высшее образование или учился в вузе, но допустимо и то, что он имеет намерение поступить в вуз. Или: хочу, чтобы он хотел разнообразия в сексе, но это непринципиально, главное, чтобы он не отрицал секс вообще. Или: для меня приемлем человек, который хоть как-то приобщен к классической музыке, а не обязательно меломан. Не надо говорить о том, что в будущем вы прекрасная мать. Лучше описать ваш опыт с младшими сестрами, ваши взгляды на воспитание. Мы просим писать так, чтобы без заглядывания в программу самоописания был ясен смысл вопроса, на который вы даете ответ. Ответы на вопросы надо давать в свободной форме. Это должен быть самостоятельный связный рассказ о себе и о ваших представлениях о супружеской жизни. Предлагается написать эссе. Программа самоописания — это только канва, настрой. Надо шире применять ассоциации. Порассуждать на тему, навеянную вопросом. Стоит рассказать, что вам в себе нравится, что вы хотели бы поменять.

Если вопрос кажется человеку неприемлемым для ответа, он вправе не отвечать на него. Однако мы советуем не дезориентировать будущего супруга относительно себя по тем или иным жизненно важным вопросам. Но если совсем мало информации, то предварительное решение повстречаться или отказаться от встречи будет не вполне обоснованным.

Даем совет: не старайтесь выглядеть хуже или лучше, чем вы есть на самом деле. Не стремитесь подвести свои взгляды под общепринятый эталон. Вам ведь придется жить с супругом, исповедуя свои взгляды. ЛУЧШЕ НЕ СОЙТИСЬ, ЧЕМ ПОТОМ РАЗВЕСТИСЬ.

Обращаем внимание на то, что читающий самоописание будет оценивать не только ЧТО человек написал, но и КАК написал: грамматика, стилистика, юмор, тематические предпочтения, лаконичность или подробные рассуждения...

Понятно, что в супружестве играет серьезную роль ИМИДЖ в широком смысле этого слова. Красота, привлекательность, обаяние,

пикантность, эрудиция, грамотность, тембр голоса, темпоритм речи... Поэтому, как минимум, нужен фотоальбомчик — пусть из 10 фотокарточек. Но лучшим способом получения впечатлений о человеке до личного контакта является видеозапись с блицинтервью, которую мы изготовляем по краткой программе. Ведь здесь и мимика, и жесты, и интонации.

В поисковую карту вносятся такие пункты, как рост, возраст, образование, национальность, вероисповедание, местожительства, и добавляются по желанию некоторые пункты из самоописания.

И поисковая карта с фото, и самоописание с фотоальбомчиком, и ви-деоблицинтервью выдаются под шифром (ни ФИО, ни адреса, ни телефона) любому человеку другого пола, тоже оформившемуся в поисковую систему. Есть специальная расшифровочная картотека, где наши работники записывают сверенные с паспортом документальные данные. Это надо во избежание злоупотреблений и криминала. Итак, человек оформился в систему. Он может пассивно ждать «вызова», но может и сам произвести поиск. Сначала по поисковым картам (они выделены в отдельный массив). Он выявляет людей, которые ему примерно подходят по формальным моментам (возраст, специальность, национальность, дети, место жительства...). Уясняет, что и он близок к тому, чтобы соответствовать «требованиям». И запрашивает по шифрам подробное самоописание с фотоальбомчиком (досье) и видеозапись с блицинтервью. Если после ознакомления психологический клиент хочет повстречаться с выбранным «вариантом», мы сообщаем выбранному шифр выбравшего. Выбранный вправе ознакомиться, также под шифром, с поисковой картой, с досье и блицинтервью выбравшего. Если получено согласие выбранного, устраивается встреча в клубной обстановке за чашечкой кофе, где никто не может помешать. Встреча ни к чему не обязывает. Раскрытие шифров — дело встретившихся. Очень важно, что люди уже достаточно много знают друг о друге в результате предшествующей работы. Мы предупреждаем человека, что он вправе не отвечать на любой вопрос программы самоописания или быть неправдивым. Но шансы на успех при этом будут меньше. Поэтому мы призываем к откровенности в разумных пределах.

Делая свой ориентировочный выбор, человек может почувствовать, что в общем-то вариант подходит, но не «проходит» по какому-то из пунктов. Мы даем совет довериться первому заочному впечатлению и повстречаться для получения непосредственного впечатления. Ведь мы знаем, что идеальных совпадений нет. В жизни минусы переплетаются с плюсами. Мужчина старше допускаемого вами возраста, но примет вас с ребенком от предыдущего брака. Полноват, но импозантен. Женщина консервативна, но хорошая хозяйка. Расточительна, но будет со вкусом одевать мужа. Поэтому при решении вопроса о приглашении и о согласии на встречу мы рекомендуем пренебречь незначительными формальными несовпадениями требований и данных. Есть многочисленные «зато». Но во имя чего и чем пренебречь — решает сам психологический клиент.

Мы не пошли по пути компьютерной формализации поиска, потому что уровень притязаний людей обычно завышен, и система выдала бы достаточно быстро нули. В то же время информационный обмен, который организуем мы, способствует успеху. Как оценивать результативность? Просто по цифрам, сколько браков? Это было бы упрощением проблемы. Все играет роль. Например, сколько людей прошло через нашу службу. Оказывается, около 2000 женщин и около 1000 мужчин. Значит, потребность велика. Организованы тысячи встреч. Мы знаем о сотнях состоявшихся пар. Есть десятки браков и есть рожденные дети. Но результативность — и в той активности людей, которая была отмечена нами. Поскольку это все делалось в советское время, когда невозможно было никакое разумное финансирование, мы придумали пропорциональную систему «отработок». Люди работали 100 часов по благоустройству клуба для того, чтобы пройти в поисковую систему. Они сами создали из мрачного полуподвала эстетически привлекательное помещение. Это нельзя было назвать даже ремонтом. Это было архитектурно-дизайнерское творчество. Я, как бог, творил из ничего. Отирал грязный пот со лба. Бывало, что натирал кровавые мозоли. Но это давало одно неоспоримое преимущество. Никто не смел сказать, что я кого-то заставляю, а сам устраняюсь. А приходилось удалять из системы халявщиков-эксплуататоров, желавших поживиться за чужой счет.

Изготовление самоописания требовало большого времени. Ведь я задумал провести серьезную работу. И вот некоторые «клиенты» повели себя очень интересно. Они возмущались, что вопросник чересчур большой. Требовали сократить его. А если, мол, не сокращу, то надо это все закрыть. Хотя у нас разрешалось вообще ничего не писать, кроме паспортных данных. Казалось бы, ну так и не иди в эту систему, ищи другую, создай свою. Но они хотели уничтожить вопросник. Нашелся один деятель, Николай Николаевич, который без моего ведома и обманув наших администраторов, стал просматривать с нарушением всей процедуры анкеты сорокалетних дам (ему-то самому было за шестьдесят). Эти люди даже здесь пытались навести свои советские в худшем смысле этого слова порядки. И портили кровь, мотали нервы. Ну что ж — такие издержки гуманистического творчества требовали выдержки.

Но главные результаты — в оценке подавляющего большинства людей, прессы, телевидения, радио. Они были стабильно положительными. Потому что предложенная система — психологически щадящая, она гуманна, нравственна, научно обоснована. О нашей службе знакомств сделан также документальный фильм «Но встречи я буду ждать» режиссера Светланы Чижовой (Леннаучфильм). Нашей службе посвящено много кадров и в документальном кинофильме режиссера Владимира Рытченкова «...И счастья в личной жизни». О ней написано несколько положительных статей в «Литературной газете». И множество статей во множестве других газет. Правда, в газете «Правда» хвалебных статей не было, руки у нее тогда не доходили до гуманистических свершений. Не устраивала эта служба только открывшийся было в Моссовете отдел брака и семьи под руководством чиновницы Анны Ивановны Южиной (изменили, изменили мы ее ФИО, не стоит уж так вот ее прославлять). Первое, что сделала Южина, — это постаралась нас закрыть. В телефильме Алексея Габриловича и Самария Зеликина, который не вышел на телеэкран по требованию Южиной, было такое: Анна Ивановна говорит, что вопрос о службе знакомств серьезный и что сначала надо все хорошенько продумать. После этих ее слов было показано: люди читают поисковые карты и самоописания, притулившись где-нибудь, присев на ступеньках лестницы, прислонившись к стене (удобств у нас было немного). Анна Ивановна снова на экране: это надо проверить. Двое наших ребят: Люда и се будущий муж Вася — встречаются, прогуливаются, целуются. Анна Ивановна снова во весь экран Дома кинематографистов: это надо выверить. Люда с Василием подают заявление в ЗАГС. Анна Ивановна: проверить, выверить. Люда уже прогуливается беременная под руку с Васей. Анна Ивановна все еще призывает к серьезности в вопросах службы знакомств. Вот уже под окнами роддома бегает счастливый папа и высматривает в бинокль своего сына. А Южина в кадре опять заботится о том, чтобы все было выверено и проверено. Но Вячеслав Паатович Котов сделал запросы академикам-психологам Василию Васильевичу Давыдову и Артуру Владимировичу Петровскому. И те дали обширные положительные отзывы на присланные им материалы. Так что еще некоторое время я эксперимент продолжал, получил результаты, которые были опубликованы в научном психологическом журнале, который так и называется «Психологический журнал», и перешел к другим темам. Но технология была разработана. Я ею и теперь доволен. Она имеет явные преимущества перед другими системами.

Интернетные «службы» знакомств, с которыми я ознакомился, разработаны людьми, не имеющими психологической квалификации. Человек не защищен от криминала. Он не может получить профессиональной консультации.

Распространены службы собственно сексуальных знакомств. Мы и за это, почему нет. Но люди сами ставят в большинстве своем секс на третье место. Тот, кто ставит на первое, — пусть, пусть расцветает сто цветов, как говорили китайцы. Но секс — не единственное. И главное, журналы публикуют пустышки. Даже секс-знакомства: объявления — одно, а реальность — совсем другое. Звонок по единоличному объявлению, а там отвечают: диспетчер слушает. Диспетчер! И секс... Как при советской власти, только с обратным знаком. Там «не было секса», а здесь диспетчер по сексу. Непсихологично все это.

 

Специалисты, заинтересовавшиеся нашей системой! Приглашаем вас к сотрудничеству под моим руководством. Опыт показывает, что требуется передача умений от автора к преемнику из рук в руки. Это лучше. Здесь вряд ли было бы уместно отвести двадцать страниц на программу самоописания, она нужна непосредственно службе знакомств. Естественно, что специалистам она будет предоставлена. Если же вы сможете сами по опубликованному здесь материалу организовать такое «производство», то я не возражаю. Не возражаю и против использования Интернета. Возражаю только против отсутствия ссылок, что называется плагиатом.

Компенсация одиночества

Ну а что делать, если обычный вариант парной любви невозможно организовать? Никто не выбирает вас. Пока или вообще. Судьба несправедлива к вам. А может быть, и вы чем-то настроили ее против вас...

Общение только через Интернет, а секс — только мастурбация? Между прочим, религия запрещает мастубацию. В Ветхом Завете есть место, где говорится об Онане, который изливал семя на землю, перед тем как войти к своей жене. За что и был предан смерти иудейским богом Ягве. И, между прочим, даже имя Онан больше нигде мы и не видим, и не слышим. А потом врачи приписали онанизму массу заболеваний. Все современные сексологи, однако, считают это явление по крайней мере невинным. А большинство из них полагают, что оно полезно. Но если уж святые отцы так внимательно относятся к мастурбации, то надо бы им позаботиться о ликвидации одиночества как явления. А они, наоборот, проповедуют монашество. Чтобы доставить побольше страданий? Даже когда человек находит в страдании смысл, он хочет сделать страдание все же менее тяжелым. Или когда «я жить хочу, чтоб мыслить и страдать», потому что страдание оттеняет радость, потому что это тоже проявление жизни, — тут тоже все на своих местах. Но когда проповедуется одиночество и запрещается даже самоудовлетворение — то это садизм. И конечно же, психоанализ выявил бы это у тех, которые изначально ввели запреты, и у тех, кто их поддерживал.

Я не сбрасываю со счетов и компенсаторное участие в общественных организациях, и общение с друзьями, так же как и компенсаторные гомосексуальные контакты. Да, и гомосексуальные... все же это лучше, чем тягостное одиночество.

Я не исключаю и того, что молодая семья могла бы пригласить к себе одинокую женщину или одинокого мужчину для группового супружеского секса.

Может быть, договоримся с читателями так. Те, для кого неприемлема сама мысль о групповом сексе, имеют право не прибегать к нему. И никто не имеет права их к нему принуждать. Но и никто не имеет права навязывать кому бы то ни было свою сексуальную мораль, если речь идет о совершеннолетних людях. Такое навязывание гуманистический психолог Эрих Фромм относил к позиции «иметь», а не «быть». Запрещать, по Фромму, — это обладать. Ведь это проявление захвата власти. Власти над душой.

Сегодня существует масса коммерческих служб собственно сексуальных знакомств. Большинство из них, правда, организовано явно не специалистами — слишком уж много грубых нарушений психологического такта и этики. На телефонах, как я уже потешался, «диспетчер» описывает «параметры»: размеры бюста, рост, вес. Часто это не служба знакомств, а сутенерство: предлагают проституток (в том числе и мужского пола). В чистом виде криминал. Поэтому, не осуждая в разумных вариантах даже платные интимные услуги, я полагаю, что должна быть построена психологически грамотная служба и собственно сексуальных знакомств, гуманистически ориентированная.

Супружество и суицид

Я несколько раз по тексту книги говорил (и еще буду говорить) о своих выступлениях в «Литературной газете». Напечататься в «ЛГ» для меня и многих других начинающих ученых было важнее, чем в научных сборниках. Известность, резонанс, связи с общественностью. Две мои статьи: «Мама с папой развелись» (1979) и «Лидер начинает и проигрывает» (1981) вызвали наибольший читательский отклик. Не то чтобы обвал писем, но многие обращались с проблемами и со слезами. Обращались и с нежеланием жить. При склонности науки к латинским терминам самоубийство называют суицидом. Собственно, это только перевод: суй — само, цид — убийство.

Я не работал суицидологом, я был просто врачом-психотерапевтом, но в кабинетах психотерапевтов тоже решались альтернативы «быть или не быть». Нет, это не были «гамлеты», это были люди менее масштабные, но проблемы все равно для каждого очень важные. Это заставляло размышлять и над практическими вопросами суицидологии. Такая вот наука целая сейчас есть. И вот в «ЛГ» было опубликовано интервью со мной на тему «Суицид». «Литературка» заинтересовалась вопросами самоубийства вполне закономерно. Офелия Шекспира, «Кроткая» Достоевского, купринский Желтков, Мартин Идеи Джека Лондона — художественная литература насыщена описаниями случаев добровольного ухода из жизни.

Сразу же после публикации моего интервью в редакцию «ЛГ» пришла родоначальница суицидологии в СССР профессор А. Г. Амбрумова и заявила: что это такое, почему это «Литературная газета» печатает по суицидологии какого-то там Егидеса. Царствие небесное вам, Айна Григорьевна. Не собирался соперничать с вами, но несколько важных мыслей все-таки высказал тогда и в расширенном варианте хочу обсудить их сейчас.

У обожаемого мною писателя Анатоля Франса в романе «Таис» есть эпизод, который я выпишу почти целиком, чтобы не ухудшить своим пересказом.

«— Никий,... будь свободен.

— Как же может человек быть свободным, Евкрит, раз он облечен в тело?

— Сейчас ты это увидишь, сын мой. Сейчас ты скажешь: Евкрит был свободен.

<...> Потом они заговорили о смерти.

— Я хочу, чтобы она застигла меня в одну из тех минут, когда я стремлюсь к совершенству и честно исполняю свой долг, — сказал Евкрит. — Перед лицом смерти я воздену к небу незапятнанные руки и скажу богам: «Ваши образы, запечатленные в храме моей души, я, боги, не осквернил, я украсил их моими мыс-

лями, словно гиг ляндами, букетами и венками. Я жил согласно вашим предначертаниям; я пожил достаточно».

Он говорил, воздевая к небесам руки, и лицо его озарялось тихим сиянием.

На мгновение он задумался, потом добавил голосом, в котором звучала глубокая радость:

— Расстанься с жизнью, Евкрит, подобно тому, как зрелая оливка срывается с ветки, воздавая хвалу дереву, на котором она росла, и благословляя вскормившую ее землю.

Тут он вынул из складок хитона обнаженный кинжал и вонзил его себе в грудь»1.

 

Евкрит Франса был философ-стоик. Сейчас самоубийство не сопровождается такими вот добрыми, спокойными умозрительными рассуждениями. Даже у шизоидов звучит разочарование. Вспомним: «не сложилась картина мира», «мне не подходит такое человечество», «надоело обуваться и разуваться».

Скорее суицидальное поведение свойственно эндогенным депрессиям, причины которых генетические. Но и это редкость. Более типичны самоубийства в результате психических травм. А они в основном не на почве расстроенного бизнеса или неудавшейся карьеры. Что делает человек, который запутался в криминале? Пытается выпутаться. Суицид же свершается чаще на почве разрыва любовных связей, развода, краха семьи.

Причем, как это ни странно, мужчины завершают жизнь самоубийством чаще, чем женщины. Я написал «завершают» и здесь, в этой фразе, повторил. Потому что если жены-истероидки устраивают демонстрационный суицидальный театр абсурда (это истерический крик о помощи), то мужья-эпилептоиды устраивают... «анатомический театр». Раз на раз, впрочем, не приходится: демонстративный суицид — опасная игра: чуть больше доза снотворного, запоздали с помощью — и всё, и больше ничего. И тем не менее суицидологические данные таковы. До 20-летнего возраста мужчины кончают с собой насмерть почти в 4 раза чаще, чем женщины. Поскольку это наши дети, учтем приведенную статистику при разговорах о необходимости рыцарского поведения и т. п. в этом ключе. Да, мужчины должны думать о женских страданиях, но и женщины должны знать и учитывать сказанное в своем поведении.

1 Франс Анатоль. Собр. соч.: В 8 т. М.: ГИХЛ, 1958. Т. 2. С. 222-223.

А не в юношеском ли максимализме тут дело? Или сказывается отсутствие опыта, романтика, «есенинщина»? Но обратимся к более зрелому возрасту. Казалось бы, эмоции должны уступить место разуму. Так вот, в период от 21 до 40 лет кратность эта, увы, не уменьшается, а возрастает. И это не на «чуть-чуть». Мужская суицидальная смертность здесь больше женской уже в 6—7 раз.

Семья — это жизнь и это для жизни. Но парадоксы брака в том, что именно он часто ставит жизнь на грань со смертью. Никуда не денешься от констатации того факта, что наиболее частой психологической причиной суицида является семейный кризис. Но все-таки делать с этим что-то нужно и как-то можно.

Это только иллюзия, что прервать тягостные переживания, кажется, можно только самоубийством.

КАК ВРАЧ-ПСИХОТЕРАПЕВТ Я ПРЕДПОЧИТАЮ НЕ ПСИХОБАЛЬЗАМИЧЕСКИЕ ПОВЯЗКИ, А ПСИХОХИРУРГИЮ.

Вот и начнем.

Конечно, при эндогенной депрессии критика вовсе теряется, и здесь таки нужна бальзамическая повязка в виде отвлекающих действий сочувствующих близких людей. Но, как я уже сказал выше, эндогенные депрессии — редкость. А вот когда человек размышляет, жить или не жить, я предлагаю ему осознать несколько важных позиций.

 

Прежде всего, вы доставляете горе людям, любящим вас. Кроме того, кто будет заботиться о тех, за кого вы в ответе? Эти соображения, правда, удерживают от самоубийства и без наших рассуждений, но не грех о них напомнить.

Но дальше, дальше.

Вы не имеете права, ни человеческого, ни Божьего, вершить над собой суд, приговор которого окончательный и обжалованию не подлежит. Люди верующие знают: суицид строго-настрого осуждается христианством. Ведь получается, что человек сам вершит над собой суд до Страшного суда. Но и для атеистов он тоже страшный, потому что необратимый. А почему страшна необратимость при суициде? Человечество пришло к выводу, что не должно быть смертной казни. И не только потому,

что это надо для получения новых показаний, и не только потому, что «Не судите — да не судимы будете», и не только из милости к падшим... Но и потому, что возможна судебная ошибка. Так нельзя ее допустить и по отношению к себе. Ведь помимо других нравственных постулатов, заостряющих проблему смертной казни как наказания за преступления, обсуждается то, что в случае судебной ошибки приведенный в исполнение приговор — необратим. И каким бы страшным ни было преступление, это одно делает недопустимой смертную казнь. Пусть пожизненное заключение, но не уничтожение. То есть судьи не вправе брать на себя такую вот ответственность (лишить жизни). А тут сам человек может допустить судебную ошибку по отношению к себе. Нет, он тоже не вправе. Это означает, что, будь он на месте судьи, он тоже склонен был бы вершить такой неправосудный суд над другими — а это не так легко простить себе.

Суд над собой — страшный еще и потому, что: а кто судья-то? Неграмотный в психологии и правоведении человек, у которого что-то вот не получилось в жизни. А ведь получается, что этот дилетант в жизни берет на себя роль Бога.

Страшный, так как нарушен основной закон правосудия — состязательность обвинителя и защитника. Конечно, в бою, когда командир расстреливает на месте за военное преступление, он и обвинитель, и адвокат, и судья, и исполнитель приговора. Это предусмотрено в современном обществе законами военного времени. А так ведь придумано разделение функций (как и разделение властей). Чтобы не совершить ошибки. Столько столетий человечество шло к этому разделению. А в ситуации суицида в одном лице: и подсудимый-жертва, и адвокат, и прокурор, и палач, и судья... Ну так вот, негоже брать на себя функции всего общества.

Страшный этот суд над собой и вот еще по какой причине. Ведь то состояние, в котором принимается роковое решение, пройдет. Стихнет боль утраты. Изменятся оценки. И все начнет видеться, как чаще всего бывает, совсем в ином свете. Так что сейчас имеет смысл потерпеть.

Страшный такой суд и в связи с тем, что нередко только кажется, что ситуация тупиковая. Суицид вершится тогда, когда печальное настолько концентрируется, что все кажется беспросветно печальным. Но проходит время, и ситуация сама меняется. Например, молодому мужчине, от которого ушла жена, кажется, что другой такой (красавицы, певуньи, танцовщицы) не будет,

потому что она вообще лучше всех и потому что ЕГО любовь к ней уникальна. Он не думает о том, что пройдет время. Она состарится. А он заматереет, станет классным специалистом, успешным в социуме. И около него будут виться стайки хорошеньких женщин. Но многое зависит от него самого. Он может научиться знакомиться, может пойти в клубы, где есть выбор невест. А может стать человеком, который «на виду». А то и переосмыслить ее ценность для себя...

В Ветхом Завете Екклесиаст, вот как раз еще раз и вспомнилось, говорит: в многия мудрости — многия печали, и кто умножает знание, тот умножает скорбь. Но великий психотерапевт Виктор Франкль видит смысл и в страданиях. Под его влиянием я и придумал инверсию фразы Екклесиаста: в многия печали — многия мудрости. То есть если вам посчастливилось страдать, познать скорбь, то ваш психологический опыт обогатился, вы стали лучше понимать и других людей.

СЧАСТЬЕ - ЭТО НЕ ТОЛЬКО КОГДА ТЕБЯ ПОНИМАЮТ, НО И КОГДА ТЫ ПОНИМАЕШЬ ДРУГОГО.

Все сказанное адресовано человеку, решающему свести счеты с собой. Но те, кто окружает его, тоже могут воспользоваться нашими рассуждениями в благородной психотерапевтической работе с человеком, который находится на грани самоубийства.

Раздел 2. МЫ И ДЕТИ

А теперь — большой раздел об отношениях детей и родителей.

Семья без детей — только заготовка. Есть люди, для которых семья вообще не обязательна. Часть из них объединяется лишь для секса. Имеют право? Имеют. И здесь, как вообще в человеческих отношениях, не судите — да не судимы будете. Секс — это тоже любовь, а не ненависть, если не говорить о крайних формах сексуального садизма (но это уже не секс с садомазохистскими играми, а садизм в сексе).

Кто-то хотел бы объединиться для любви с сексом. В далеких уже семидесятых жена одного известного поэта, назовем его Эдуардом (оба были мои друзья), забеременела от него. Да-да, от него, от него — измен с ее стороны не было, и он был в этом уверен. А он взял да уехал в северные края, оставив ей записку: «Я хотел рождать с тобой романы, а не рожать детей». И даже когда она все же родила, он приходил к ней как к любовнице. Сыном не интересовался. Он был еще очень молод. Так бывает. Но бывает и супружество с любовью и с сексом. И такое супружество позже образовалось ужены поэта Ирины1.

 

Когда поэт и Ирина развелись, я привел в ее семью молодого парня. Как я думал, для ее сестры. Саша был талантлив во многих областях, но особенно в живописи. Закончив МГИМО, он не польстился на карьеру международника, а стал профессиональным художником. Сестра Ирины Тата была хороша собой, умница, студентка третьего курса филологического факультета МГУ, и я думал, что у него с ней получится роман. Но Саша мгновенно как-то запал не на Тату, а именно на старшую сестру, которая была старше Саши и у которой к тому времени подрос сын Дима. Дима тоже запал... на Сашу, а Ирина осторожничала: Саша был не просто моложе ее, а на десять лет моложе.

1 Здесь и дальше я из деликатности буду называть героев рассказов другими именами.

Тем не менее сразу же образовалась семья, Саша усыновил Диму, дал ему свою фамилию, воспитывал, хорошо относился. Эдуард, поэтическая натура (помните, родился ребенок, а он уехал на Север писать стихи о полярном сиянии), подписал отказ от своего отцовства. Время шло, Ирина с Сашей и с родившейся и успевшей вырасти до сознательного возраста дочкой «уехали». Куда? Слово «уехали» в те времена означало, что уехали за границу. Как это произошло со многими — в Америку. Выросший Дима остался в Москве, сам разыскал кровного отца, они сделали вместе прогрессивную поэтическую газету (это уже почти наши дни). И когда отец погиб в автокатастрофе, сын вернул себе его фамилию. Вот как бывает. Эта красивая драматическо-трагическая история показывает, что, когда люди взрослеют, дети становятся для них значимым продолжением любви.

А вообще-то у женщин потребность в родительстве пробуждается пораньше: уже в 18—20 лет. И если в 28 лет ребенка нет, появляется тревога; если в 32 ребенка нет — драма, а если и в 42 ребенка нет — трагедия. Чего стоят душераздирающие сюжеты с суррогатными матерями... У мужчин потребность в отцовстве пробуждается несколько позже, но пробуждается и тоже будит родительские страсти. Чего стоят душераздирающие же трагические сюжеты с дележом детей в судах, драматические разборки, не доходящие до судов, проблемные разговоры на эти темы между ссорящимися родителями.

Разумеется, я как психолог интересовался литературой на эту тему. Немало впечатлений принесли мне наблюдения над родительско-детским общением дома, на детской площадке, в домах друзей и знакомых. Я провел множество психотренинговых занятий с родительско-детскими группами. А в начале XXI века у нас с женой Леной, которую некоторые читатели знают по нашей совместной с нею книге «Лабиринты мышления», родилась Катя. В период, когда я пишу эту книгу, Кате — около четырех. И все эти четыре года я, разумеется, не был пассивным наблюдателем, а был очень активным отцом. Но и не был просто родителем, а осмыслял все и экспериментировал как психолог. И конечно, поскольку у нас с женой есть родительско-педагогический опыт с дочкой, я буду его использовать. Но это не будет рассказ, посвященный именно Кате. Будем считать, что Катя — ребенок стандартный. И на Кате я апробировал свои идеи, которые предназначал для всех детей. А слово «стандартный» для меня

отнюдь не плохое, а хорошее. Под нестандартным ребенком обычно понимают ребенка с невротическими или психопатическими отклонениями. Стандартность же заключается в том числе в уравновешенности психики. Катя, слава богу, настолько здорова, что, извините, у нее не было энуреза, она не сосала ни палец, ни соску. Впрочем, может быть, это на сегодня как раз нестандартное явление. Мы поделимся опытом и по этому поводу. В частности, мы относим это за счет домашних родов. Катя способная в очень разных сферах. Но и многие другие дети способные. Задача в том, чтобы и творчество и талант развивались у ребенка со вполне здоровой психикой.

И если я буду говорить об умственном развитии или о воспитании добрых чувств, это будет в большей мере не педагогическая проблема, а нравственно-психологическая. Речь пойдет больше не о воспитании и образовании, но об отношениях родителей и детей. Ведь не только мы к ребенку как-то относимся, а и он к нам уже как-то относится. Так что лучше говорить о детско-родительских или, что одно и то же, о родительско-детских отношениях. Они симметричны, они — взаимоотношения, поэтому можно и так, и так.

Когда я толковал о супружестве, то высказал, на мой взгляд, удачную мысль о том, что муж и жена — профессиональные супруги, так что должны знать о супружеских, в том числе о сексуальных, отношениях все на профессиональном уровне. Видоизменим эту мысль в приложении к родителям. Задам вопрос по Сократу. Они профессиональные родители? Попробуйте сказать, что непрофессиональные... А значит, знания и умения по родительской педагогике тоже должны быть профессиональными. По родительской, не по всей. Совершенно не обязательно знать методики занятий по математике или биологии...

Я далек от мысли системно изложить в этой главе все значимые темы даже по родительской педагогике. Я попытаюсь развязать лишь самые тугие узлы.

Зарождение и рождение ребенка

Прежде чем осуществлять взаимоотношения с родителями, они, дети, должны появиться на свет. О зачатии (и предотвращении зачатия), о беременности и родах есть много информирующих книг, написанных с упором на физиологию и медицину.

Но я посвящу свои психологические рассуждения и таким физиологическим вопросам, которые изложены или не очень понятно (а я изложу понятнее), или почему-то вовсе не изложены, или нуждаются в уточнениях. Поделюсь собственным опытом, который буду комментировать с позиций приемлемой для меня теории.

Не надо зачинать ребенка, если он не желанен. Ему будет плохо. В супружеских душах желание родительства должно созреть. Поэтому надо подумать прежде всего о предотвращении нежелательной беременности. Изучите досконально эту проблему. Аборт — это очень плохо во всех отношениях. Безнравственно. Больно. Опасно. Может быть бесплодие. Не буду пересказывать то, что подробно обсуждал в главе «Запланированный ребенок» из «Лабиринтов общения». Скажу только, что контрацепция — дело несложное. Доберитесь до нужных страниц.

Но это одна сторона дела. Теперь — другая. Будущие мамы, не затягивайте с рождением детей. Я уже проинформировал читателей о том, о чем обычно не говорится в научно-популярной литературе. В силу особой важности этого — повторю. Яйцеклетки стареют вместе с матерью, и чем старше мать, тем вероятнее генетические дефекты. Сперматогенез же (воспроизведение сперматозоидов) происходит до глубокой старости. Дети от пожилых отцов не имеют генетических дефектов. Есть и такие наблюдения: чем старше отец, тем ребенок способнее. Но пафос этого абзаца: женщины не должны затягивать. Обсуждавшиеся в СМИ случаи рождения детей женщинами старше пятидесяти лет интересны. Впрочем, такие случаи пока не есть доказательство целесообразности подобного.

Но вот ясно: ребенок желанен. Его хотят. Его ждут. Понятно, перестают предохраняться. Стараются свершать как можно больше половых актов. И он становится не только желанным, но и долгожданным. А у супругов ничего не получается. Потому что очередная партия сперматозоидов созревает только через двое-трое суток. И ежедневные половые акты здесь только «вредят».

Обсудим вообще, что надо сделать, чтобы получилось.

Когда я учился в медицинских институтах (в Москве и в Иркутске), нам говорили, что яйцеклетка из яичника выходит где-то посредине между двумя менструациями. А в листовке Института санитарного просвещения Минздрава СССР попозже, в восьмидесятых годах, была дана «точная» дата: с 11 по 17-й день от начала овариально-менструального цикла. Предродовой отпуск и поныне исчисляется исходя из этих представлений. Но ученые Огино (Япония) и Кнаус (Австрия) поняли следующее:

ЯЙЦЕКЛЕТКА ВЫХОДИТ НА 12-16-Й ДЕНЬ, СЧИТАЯ ОТ КОНЦА ЦИКЛА. ПОВТОРЮ: ОТ КОНЦА, А НЕ ОТ НАЧАЛА.

Вот такие парадоксы с сексом. И при желании зачать ребенка надо использовать именно эти дни. При этом учесть, что яйцеклетка живет полсуток-сутки. Ну, и то, что было уже провозглашено: сперматозоиды вызревают в течение двух-трех суток. И добавим еще одно важное сведение: живут сперматозоиды тоже двое-трое суток. Легко сообразить, что, если мы хотим ребенка, с 19-го дня от конца цикла при постоянном ритме менструаций целесообразно воздерживаться от семяизвержений для созревания сперматозоидов. Накануне 16-го дня от конца цикла — половой акт, при этом сперматозоиды будут дееспособны в течение 16-го, 15-го и 14-го дня от конца цикла. В этот период необходимо воздержание для вызревания второй партии сперматозоидов. Половой акт — на рубеже 14-го и 13-го дня от конца цикла. Сперматозоиды будут дееспособны в течение 13-го и 12-го дня, и даже в течение 11-го дня от конца цикла (но 11-й день нас уже не интересует). Это — основа нужных для зачатия ребенка знаний. Легко все рассчитать. И если попадание произойдет не на первую попытку, то на вторую-третью оно произойдет. Если, конечно, все хорошо с физическим здоровьем. Если же, не дай бог, до того была гонорея или трихомоноз, то стоит проверить проходимость фаллопиевых труб (у женщины) и усомниться в проходимости семявыносящих канальцев (у мужчины). А если циклы у женщины не одинаковые по продолжительности, не печальтесь: в ход должны пойти более сложные расчеты. В книге «Лабиринты общения» я дал гораздо более обширный материал с множеством объяснений. А здесь все это сказано для ориентировки в вопросе. Ведь казалось, что считать надо от начала, а оказалось, что от конца. Но изучать детали советую по упомянутой моей книге. Я не говорю о себе, что я выдающийся поэт. Но научные тексты я пишу явно понятней, чем мои коллеги по просветительскому цеху. Так что по моей книге. В ней, кстати, говорится и о том, как можно «подрегулировать» пол ребенка, и о предотвращении нежелательной беременности.

Но вот свершилось. Ура!

Мы беременны! Я не оговорился. Мы!

ВЫНАШИВАНИЕ РЕБЕНКА - МЫ И НЕ ТОЛЬКО В СМЫСЛЕ ФИЗИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ БЕРЕМЕННОЙ ЖЕНЕ.

НО И В БОЛЬШЕЙ СТЕПЕНИ -В СМЫСЛЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОДДЕРЖКИ.

Прежде всего, заложим в план, что у супругов нет озабоченности, где жить и на что жить. Минимальное жилище и минимальное денежное обеспечение — об этом вы подумали и решили все проблемы заранее. Я сказал «минимальное», имея в виду именно минимальное. Ведь известно, что лучшее — враг хорошего. И если дожидаться того, чтобы для ребенка была уже и отдельная комната, и дача в тридцати километрах от города, и машина, чтобы ездить на дачу, и трехколесный велосипед, — то ребенок дождется времени, когда ему можно будет родиться, когда маме будет за сорок. А мы уже, надеюсь, знаем, что яйцеклетке тоже сорок лет и что это отнюдь не здорово.

Ладно, минимум обеспечен. В чем еще заключается психологическая поддержка?.. Не ссоримся и не сомневаемся в том, что вместе навсегда. Легко представить себе, что будет, если здесь все наоборот. Тревога матери (и отца) для ребенка — это как постоянные мелкие землетрясения для нас, взрослых. От этого, конечно, не ждем заячьей губы и волчьей пасти, но вероятность функциональных психоневрологических расстройств после рождения увеличивается. Нет, мы спокойны, мы вместе гуляем и мечтаем о том времени, когда он появится на свет. Рука отца часто на животе матери. Поглаживания, воркование. Ребенок в животике мамы должен чувствовать положительное присутствие отца. Папа и мама спокойно слушают «Колыбельную» Моцарта, «Форель» Шуберта. Папа читает маме вслух что-то приятно-интересное, когда она принимает ванну. Так что отца ребенок тоже знает с момента своего зарождения.

Как быть с сексом при беременности? Возьмем за аксиому, что любые положительные эмоции родителей для будущего ребенка — тоже со знаком плюс. При нормально протекающей беременности в ее середине секс и оргазмы у матери — это хорошо. Ограничения все же целесообразны в первые 2 месяца (плод

еще недостаточно укрепился) и в последние 2 месяца (могут быть спровоцированы преждевременные роды, поскольку готовность к родам нарастает).

Диета и режим — здесь я рекомендую довериться обычным медицинским книгам. Лучше перейдем сразу к родам.

Где раньше рожали крестьяне? Дома (если не в поле). А дворяне? Тоже дома: вызывали повитух. Это потом появились роддома. Вот у рабочих не было дома, поэтому рожали в больницах. И советская медицина — больничная. Врачам так легче. Все под боком. Если что — в реанимацию. Понять врачей, конечно, можно. Но ведь большинство болезней лечат дома, привлекая поликлинического врача. И даже вся советская система здравоохранения провозглашала принцип диспансеризации (активного наблюдения и лечения на дому), и только в крайнем случае больного помещали в стационар. Роды — не болезнь, так что тем более надо дома. Но об осложнениях тоже надо помнить.

Есть в картежно-гадательном лексиконе словосочетание — «казенный дом». Имеется в виду тюрьма. Ну а больница — она ведь тоже «казенный дом» и тоже почти тюрьма. И тапки и халат — тоже казенные... Плюс отношение медперсонала. Я после седьмого класса закончил фельдшерско-акушерскую школу и в пятьдесят седьмом году в неполные 17 лет принимал вместе с нашим преподавателем-акушером роды. А потом, на четвертом курсе мединститута проходил практику по акушерству. Это были уже шестидесятые годы. Я даже хотел стать акушером: романтическая специальность — помогать появиться на свет новой жизни, нередки уж очень острые ситуации... Но потом больше увлекла романтика психиатрии. И уже тогда, в полудетском и юношеском возрасте и позже, когда я консультировал в роддомах в качестве психиатра, я обратил внимание на унизительное положение женщины в роддоме. Ею командовали. Вот фразы, которые я слышал здесь и там в адрес женщин от акушерок: «Женщина, подойдите к креслу, возьмите пеленку», «Женщина, ложитесь на кресло, пододвиньте зад, раздвиньте ноги...» Подбор слов чего стоит. А это обезличенное «женщина»... В палате — несколько человек. Изоляция от мужа. Не было тогда медицинской психологии, да и сейчас ее в здравоохранении, по существу, нет. Студентам 17 часов «медицинской психологии» дает кафедра психиатрии. Что можно получить за 17 часов? Да и за счет этих часов кафедра психиатрии — понять можно — расширяет курс психиатрии.

Ребенка в роддоме раньше необходимого отделяют от матери. Перерезают пуповину до того, как плацентарная кровь переходит в его тельце1. Спеленывают и кладут в другое помещение. Для родившей матери — это жуткий стресс. Мать — здесь доказывать нечего — переживает за своего ребенка: где он там, как он там, один без нее, кровиночка ее. С биркой на ручке, чтоб не перепутать. А ведь были случаи, что и путали... И даже если не перепутают, то с биркой на ручке — это что-то нам напоминает? Это же почти Освенцим.

А для ребенка — не стресс? Позади тяжелая работа по появлению на свет. Голову сдавливало, а ею приходилось еще и вертеть, чтобы пройти родовые пути. На твою маму кричали: «Женщина, тужьтесь!» И вот ты, как детеныш любого млекопитающего, хочешь присосаться к материнской груди и на ней заснуть. Но нет, тебя отшлепают, чтобы ты закричал (тогда ясно: не умер), потом, не дав опомниться, отделят тебя от матери, а кровь из плаценты еще не полностью перешла в тебя. Потом унесут куда-то от твоей мамы к чертовой матери, спеленают, чтобы не смог двинуться и чтобы побыстрее заснул. Изоляция ребенка от матери в первые часы и дни страшна! Представьте-ка себя на его месте. Нет, я бы не пожелал, чтобы ко мне так относились.

И как бы мы ни старались приблизить условия в роддоме к домашним, все равно почувствуете разницу.

Дома — домашняя обстановка. Тапки, халат — все свое, привычное. Дома и туалет свой. И ванна. И, что немаловажно, микрофлора своя. И вообще все свое. И родственники нужные все рядом. Не только муж, но и мама, и сестра (а не только медсестра). Это для психики рожающей женщины очень важно.

Ну а для ребенка... Дома не вышвыривают тебя в общую кювету обездвиженным свертком, чтобы лучше спал. Дома не отрезают сразу пуповину, и кровь переходит в младенца. Дома можно сразу спать рядышком с мамой.

Так что же нам делать? Чтобы и волки были сыты, и овцы остались целы...

Ну, все не так уж трудно. Психологический комфорт домашних родов и возможность квалифицированной инструментальной помощи можно сблизить.

1 Сейчас — еще и с целью забора плацентарных веществ для косметики или для выделения стволовых клеток. Благое дело, но надо как-то согласовывать это с родителями, а не так, по-гангстерски.

Во-первых, нужна достаточная точность в диагностике и профилактические меры. Тогда все «за» реализуются, а почти все «против» можно будет предвидеть и предотвратить (а если уж явно лучше в стационаре, ну что же, тогда — в стационар).

Во-вторых, на дому — это не значит, что без акушерки. Она должна быть, она должна быть компетентна и должна быть в состоянии провести нужные медицинские действия, если возникнут незначительные осложнения. А на случай неожиданных более серьезных, но менее вероятных осложнений необходимо знать адрес ближайшего роддома (и быть уверенными, что он не на ремонте). Надо иметь наготове два исправных автомобиля с разогретыми двигателями и двух трезвых водителей.

Новое, как известно, — это прочно забытое старое. Старое — это в данном случае роды дома. Но теперь кажется страшно, что не в роддоме, а дома. А что, собственно, страшного? Будем исходить из того, что роды дома — норма, а если осложнение, то нужны условия стационара. Но, господа врачи! Надо сделать так, чтобы «скорая помощь» была реально скорой и комфортабельной. И не обязательно перевозить даже в стационар, надо, чтобы в случае осложнений «скорая» производила многие нужные действия на дому.

Только давайте уговоримся, я никого не уговариваю. Я «делюся» опытом, высказываю соображения. Консультант не дает советов, он дает информацию.

Мы с моей женой Леной услышали об опыте других. Мы захотели рожать дома, а не в тюрьме. Нам не подошел и вариант моего присутствия в роддоме, хотя я врач и сдал в мединституте акушерство на «отлично» и консультировал в роддомах как психиатр. Отказались мы от этого варианта в том числе и по соображениям дороговизны. Да, дома мы получаем само собой разумеющиеся человеческие условия, а в роддоме за свои тапки и свой халат и за контакт с ребенком и мужем надо доплачивать. Платить приходится не за услуги даже, а за отсутствие неудобств. Цены на присутствие мужа или на отдельную палату невыносимы.

В итоге обратились к акушерке из фирмы «Рождество». Ее зовут Алена. У нее четверо детей. Она подробно и толково рассказала нам о родах на дому. Дала телефоны, понятно, и сотовый. По первой просьбе приехала к нам домой. У Алены машина, которую она сама водит, — значит, может приехать и ночью, если понадобится.

Мы взяли в женской консультации так называемую обменную карту. Узнали расположение двух ближайших родильных домов (оба — в рабочем состоянии), все прямые и объездные пути к ним. Мобилизовали две машины (нашу и брата Лены), для того чтобы в случае необходимости отвезти (в рамках 20 минут) из дома в роддом.

Алена приехала к нам по первым симптомам родов. Побыла с нами, даже переночевала. Но родовая деятельность развивалась медленно. Алена уехала по другим делам и через каждый час звонила, поддерживала морально — она тут, рядом с нами, может приехать через полчаса. Лена рассказывала, что ей был голос: «Подожди немного, мы скоро увидимся». Это был голос Кати. Как психолог я понимал, что в стрессе (роды — стресс, положительный, но с тревогой) могут быть психогенные слуховые галлюцинации, не патология, а психологическая поддержка, можно сказать, аутопсихотерапия. И вот во второй половине дня таинство рождения стало для нас реальностью. Это было в начале февраля 2001 года. Дни еще короткие. Вечера темные. Так что как бы ночь.

Все-таки на дому должны помогать профессионалы. У нашей Алены — диплом акушерки. И я, как человек с высшим медицинским образованием, более того, как врач-психотерапевт, могу сказать, что то, как она вела роды, у меня вызывало восхищение. Я бегал по квартире и выполнял все ее распоряжения. Были моменты, когда Алена меня отсылала за ненадобностью, и, чтобы скоротать время, я сидел за компьютером и редактировал нашу с Леной предыдущую книгу — «Лабиринты мышления». И вот Алена опять позвала меня. Я думал, что в очередной раз надо что-то принести. И вдруг в ванне, на груди своей Лены увидел маленькое-большое чудо — Катю. Была одна, стало две. То, что это Катя, «а не Котя», я уже знал. На УЗИ видел воочию. Но сходство лица Кати с моим далеко не младенческим лицом меня взволновало, чего уж там говорить. Катя была красивого розовенько-беленького цвета, чистенькая... Никаких криков не было, ее никто не шлепал, но, по восторженным словам жены, Катя сразу «поползла по мне», сразу присосалась, и так сильно, что это было достаточно ощутимо.

Так что отца своего Катя тоже знает не только с момента своего зарождения, но и с момента своего рождения. Лена уже дремала, и когда Кате исполнилось 2 часа, я подошел к компьютеру и дописал то стихотворение, где «Моя любовь к тебе нетленна, Как имя древнее Елена»:

 

Мы не забудем эту ночь,

Когда рождалась наша дочь,

И пред иконой, пред распятьем

Ее назвали просто — Катя.

 

Ну, насчет иконы и распятия — это я для поэзии. Я не верю в Бога с бородой, созданного человеком по образу и подобию наших православных священников. Но символы первозданного христианства — подвижничество, жертвенность и добродеяния для меня значимы.

О родах дома я, конечно, знал и раньше. Но когда моя студентка Марина Воробьева рассказала о своих родах дома и дала телефоны теперь уже нашей акушерки Алены, я оживил свои акушерские познания и возобновил общение с другой воительницей на этом ристалище Мариной Соловей, которая к тому моменту родила дома одиннадцать детей. Марина — моя бывшая студентка, а теперь человек известный, публицист, общественный деятель, выступала со всей семьей несколько раз по телевидению. В ее семье сейчас 13 детей, мэрия Москвы выделила взамен меньшей квартиры целый этаж в солидном доме-новостройке в московском Митине. Мы с Леной глубоко благодарны Марине как нашему консультанту по домашним родам. Она даже показала нам фильм о своих домашних родах. Ну не все одиннадцать, но пять родов мы видели. На мою Лену это произвело очень положительное впечатление. Тогда-то мы и позвонили Алене в «Рождество».

Кроватка — это одиночество...

Как продолжение роддомовской политики по отношению к ребенку выглядит «выкладывание» его уже дома в отдельную кроватку. С виду — все как надо: у ребенка свое место в доме, своя кроватка. И когда инспектор из отдела опеки и попечительства производит обследование на дому, то одним из атрибутов благополучия ребенка является отдельная детская кроватка. Ее даже покупают по обычаю до рождения. Дескать — вот тебе место в доме — мы тебя ждем. Ну — как с символом, что мы тебя ждем, я могу согласиться... А дальше, как и следует ожидать, будет свое «но»...

Но... как ведут себя другие млекопитающие? А мы, люди, между прочим, по представлениям биологов, млекопитающие.

Во-первых, любая мать, будь то мышка, кошка, сука или волчица, старается как можно больше времени быть в норе, в логове вместе с детенышами. И даже самец-отец, если образуется брачная пара, крутится здесь же. Никаких отдельных кроваток. Детеныш старается присосаться, а насосавшись, засыпает здесь же, внутри внутреннего гнезда, образованного телом матери. Сон рядом с родителями спокойнее, ты всегда защищен, и тепло матери — тому залог, порука.

У него умеряется страх, он в комфортном тепле, и как только шевельнулось в душе опасение, сразу же он может найти сосок и пристроиться к нему. Поймем, что

СОСОК ДЛЯ РЕБЕНКА - НЕ ТОЛЬКО И НЕ СТОЛЬКО ИСТОЧНИК ПИТАНИЯ,

НО И СИМВОЛ ЕГО СВЯЗИ С МАТЕРЬЮ, ЗАМЕНИТЕЛЬ ПУПОВИНЫ,

ПАМЯТЬ О ТОМ, КАК УЮТНО БЫЛО ТАМ, ВНУТРИ.

Все это так естественно. А человеческий детеныш чем хуже?

Что значит кроватка у людей. Это память о том, что тебя предали. Ты старался родиться, несмотря на дискомфорт процесса рождения, а тебя отрезали раньше времени от мамы, связали руки-ноги и сложили вместе с другими товарищами по несчастью буквально в штабель. Ну, кроватка, разумеется, уже хотя бы индивидуальная, но все равно ведь это не мама.

Если новорожденный, а потом младенец спит с родителями, у него нет тревог. В сущности, продолжается райское блаженство, как в матке. Тревога — проснулся, грудь матери тут же, не надо долго и надрывно плакать. Нужен горшок — папа тоже на стреме. Вселенная на месте, если есть титя, и дитя чувствует себя комфортно.

Мы удивляемся, морщимся, ужасаемся, когда родившая слабое существо недоженщина бросает его в роддоме, забрасывает в интернат, а то в детдом. А ведь психологическая подготовка к такого рода нечеловечности закладывается в роддоме, когда младенца уносят от мамы. И кроватка — не напоминает ли она пусть отдаленно — интернат, в котором ребенок ожидает мать по пять дней, чтобы потом, не насытившись ею за два дня, затосковать и превратиться постепенно в бесчувственную деревянную куклу.

Тут возможна полемика. Ведь и опасность есть — поосторожничает кто-то. Существует народное выражение «прислала»,

то есть придавила ребенка. Разумеется, если мать алкоголичка в запое, то «придавить» может, но задавить — все же нет. Ребенок заорет так, что проснется даже алкоголичка. Но если отбросить алкогольную психопатологию, то стоит ребенку всхлипнуть, мать (да и нормальный отец) мгновенно проснется. Когда психофизиологи говорят о гипнозе, обычно подчеркивается, что существует связь между гипнотизируемым и гипнотизером, которую Иван Петрович Павлов называл «раппортом». Гипнотизируемый ничего не слышит, кроме голоса гипнотизера. Здесь, если угодно, «гипнотизером» является ребенок, а у матери в мозгу — «раппорт», точка наибольшей ясности. Так что мифическое «прислала» просто невозможно по определению, по физиологическим механизмам. А тревоги за ребенка, которые неизбежны при его отсаживании, сняты, да и ему обеспечен душевный комфорт.

А тут нас с другой стороны попытаются обвинить:

— Это что же, это же секс!

Ах, отстаньте, кто упрекнет родителей, которые целуют своего малыша в попку? Отъявленные бесчеловечные ханжи. У гениального режиссера-кукольника Резо Габриадзе, тончайшего гуманиста, в его кукольной пьесе есть эпизод. Обвиняемый говорит судьям, как они могут его обвинять, он же человек, а вы что — не люди, вы что — не целовали своего ребенка в попку... То есть, по Резо Габриадзе, — это признак человеческого начала. Ну а спать рядом с ребенком — тем более.

А когда родителям заниматься сексом? Ничего трудного. Тогда, когда малыш спит крепко, тревог-то нет. Может быть, даже для секса использовать другую комнату, а может быть, ванную. Да, честно говоря, чем меньше новорожденный ребенок, тем больше родителям не до секса. Устают они, поспать бы самим побольше. Ну не то чтобы совсем отказываться. Но, по крайней мере, устанавливается условно-физиологический ритм половых актов: 2—3 раза в неделю...

Если же ребенок спит один в кроватке поодаль, то, чтобы себя успокоить, он сосет палец. Я видел эти иссосанные до мацерации (страдает верхний слой кожи) пальчики — слезы наворачиваются. В детских больницах заброшенность ребенка в кроватке носит название госпитализм. Детские врачи это так назвали, понятно, не от хорошей жизни: нянечек не хватает. А психиатры называют это словом «аутизм» — погруженность в себя. Ребенок, которого долго не берут на руки, становится безучастным

к окружению, раскачивается монотонно в согбенной позе и... вот сосет палец.

А теперь, после этого рассказа, выбирайте тактику. Эдакое «чисто английское воспитание» под ханжеское одобрение. Или ребенок все время с вами, чувствует ваше дыхание и чуть что — ему мамочкина титя. Ребенку не надо писаться, чтобы родители были с ним... Ведь откуда энурез? Отсюда, отсюда. Это условный оперантный рефлекс. Ребенок пописал — получил мокро-холодные ощущения — расплакался — получил руки матери при перепеленывании. Теперь младенец осуществляет дробное мочеиспускание, и делает это он для того, чтобы управлять матерью. Это не я придумал такое объяснение, оно давно в ходу у психологов, и основано оно на теории классика психофизиологии Фредерика Скиннера. В павловских условных рефлексах подкрепляется внешний стимул: лампочка загорелась, дали мясо, у собаки течет слюна. В отличие от таких условных рефлексов Скиннер назвал свои условные рефлексы оперантными. Потому что здесь условно подкрепляется действие (operatio). Вот пописал — это действие, оно подкрепляется положительно тем, что мама перепеленывает.

На первый-второй рассчитаись!

«Я вас люблю любовью брата...» Братская любовь... Казалось бы, идиллические отношения между родственниками. Однако всегда ли это так? Далеко не всегда! Простая вещь, которая наблюдается практически во всех семьях. Как ждали первенца! И вот он — есть! Теперь мы не просто муж и жена, мы — родители. Принимаем подарки от родственников. Рассказываем о переживаниях. Вспоминаем все больше деталей, как это происходило... Вот пошли схватки, подошли потуги, отошли воды... Но вот отошли и хлопоты, связанные с родами. Теперь гуляния, гуление. Произносятся первые слоги, прорезались первые зубки. Ребенок как в раю. Все его любят, радуются успехам. Димочка сделал нам подарок — покакал.

И вдруг у мамы опять округляется животик. Как назовем? Шьются штанишки. Вещи, которые носил Димочка, примеряются, можно ли их приспособить для нового малыша. И — опять свершилось — родился. «Как будто даже не такой же, как я, а принц крови. Все вокруг него и всё вокруг него. А я отброшен на периферию семейного сознания. «Не мешай, не шуми, он спит. Принеси пеленку!» Несу бегом, а мама: «Да не ту, а эту, ты уже большой — и не можешь сразу понять какую...» Папа приносит игрушку. Я к нему бросаюсь, а это опять погремушка, а не машинка». И вот результат:

— Отнесите его на помойку.

Или более гуманно:

— Пусть заберется опять в животик к маме.

Или просто закатывается непонятная для родителей истерика. Или разболелся живот. «А вдруг я умру. Ну и пусть, тогда неразумные и недобрые родители поймут, кого они потеряли».

Это в историческом прошлом первенец был в почете. Он наследник, продолжатель рода. Сейчас он на задворках семьи. Его отправляют к бабушке, хорошо еще, если не к чертовой.

Совет родителям. Первенец не должен чувствовать себя избранником, но он и не должен чувствовать себя изгнанником.

ПЕРВЕНЦУ ПРИ РОЖДЕНИИ ВТОРОГО РЕБЕНКА

НАДО УДЕЛЯТЬ ВНИМАНИЯ... НЕТ, НЕ СТОЛЬКО ЖЕ, СКОЛЬКО ВТОРОМУ,

А В ДВА РАЗА БОЛЬШЕ, ЧЕМ ВТОРОМУ.

Почему? Цитирую мысль, которую высказала Елена Егидес. Второй воспринимает родительское внимание как равное по сравнению с первенцем, а первый — как то, что внимания ему стало в два раза меньше, даже если оно по количеству забот не уменьшилось. ПОЭТОМУ первенцу надо внимания в два раза больше, а не столько же.

Не можете? Не рожайте второго. А иначе будет так, как в трагически-прекрасном американском фильме «Благослови детей и зверей». Два брата поджигают друг друга — невротики, и поэтому они в отряде «писунов». Тема поднимается некоторыми психологами. Но мало. Об этом надо писать и говорить больше.

Девочка или мальчик

Мальчик или девочка... Наш нынешний менталитет в этом плане каков? Ждут мальчика. В документальном фильме «...И счастья в личной жизни» режиссера Владимира Рытченкова один муж,

стоя под окнами роддома, сетует, что родилась дочь: «Был бы парень, я б его тренировал...» А если родилась девочка, то папа — «бракодел».

Откуда это? Из патриархата, конечно. Феминистки должны встрепенуться. Но и меня все это бесит. Клянусь, что мне все равно было, «какого полу» будет ребенок. Лишь бы человек был хороший. Но самому ребенку не все равно. Вот ждали мальчика, а «я оказалась девочка»... И папа хмурится.

В каком-то давнишнем спектакле Театра им. Моссовета в советские времена жена подряд родила восемь девочек и «рабоче-крестьянский папа» звал их не иначе как «черепки». Ну и папа...

А когда рождался после девочки мальчик... Все радовались ему, и девочка-сестра тоже должна была радоваться. И здесь происходило сложение двух векторов. И девочка, и первенец... Двойная обида...

На мой взгляд, все это какое-то негуманное недомыслие.

И что это вы, мужчины, так хотите мальчика? Я бы сначала обеспечил равную долю участия в горячих точках сыну рабочего и сыну чиновника. И сразу записался бы в Комитет солдатских матерей. А почему, кстати, есть Комитеты солдатских матерей, но нет Комитетов солдатских отцов? Отцы больше жаждут мальчиков, чем мамы...

Итак, когда решатся все эти проблемы, можете постараться увеличить вероятность рождения мальчика... Если в семье уже есть девочки. Или увеличить вероятность рождения девочки, если в семье уже есть мальчики. В моей книге «Лабиринты общения» есть специальный раздельчик, посвященный этой теме (в главе «Запланированный ребенок»).

Но учтите: помимо того, что «мальчиков» больше убивают в горячих точках, они ведь еще и сами по себе менее стрессоустойчивы, а значит, больше болеют и чаще умирают. Доказательства? На 100 зародышей женского пола приходится 160—170 зародышей мужского пола. А рождается на 100 девочек только 106—107 мальчиков. «Лишние» мальчики погибают от внутриутробных вредностей. У них к этим вредностям меньше стрессоус-тойчивость.

Словосочетание «но учтите» — конечно, так, для полемического азарта. Но оберегать мужчин от лишних стрессов не лишне. Да и горячих точек пусть будет поменьше.

Саморазвитие ребенка

Кого из родителей не интересуют проблемы развития ребенка... Все бросились на поиски развивающих коммерческих садиков и школ. На спрос реагирует и предложение. Много их появилось... «развивающих». Но уж больно дороги они. Доступны в основном малому числу родителей. Да и всегда ли рвачеству соответствует качество?

Это так, мои вечные сомнения во всем. Нет-нет, давайте развивать и развивающие детские учреждения. Но... не забудем основную истину, которую в последнее время осознали и педагоги. Главное — это саморазвитие ребенка. И в нем, в этом саморазвитии, родители могут играть не последнюю роль, причем совершенно бесплатно.

Саморазвитие ребенка проявляется не в последнюю очередь в языке.

Я обратил внимание, что все дети быстро усваивают логику языка и строят слова в соответствии с нею. Но они еще не запомнили все исключения. Вот в эсперанто — там нет исключений. Усвоил корневую систему, суффиксы, префиксы, флексии. И 16 правил связи между словами. И это весь язык. Так что дети всем своим психологическим существом одобряют принцип доктора эсперанто Людвика Заменгофа. А исключения — это так долго запоминать. Любопытные творческие вещи получаются из применения правил словообразования и из незнания того, что так нельзя. Естественно, что мы замечали это все за нашей Катей. Поскольку они сами по себе интересны, я приведу их побольше. Напомню, что, когда писалась эта книга, Кате было около четырех. Но иногда я буду уточнять возраст.

Бывали варианты из разряда встречающихся у учеников школ. Варианты, которые можно считать ошибками, но логически оправданными.

— Пойдем в лес за волками (понятно, если волки, то «за волками»).

— А по лёду можно идти?

— Маленькие грабли чистей.

Часто Катя употребляла слова в соответствии с бытующим словообразованием, но явно с отклонениями от форм, принятых в языке.

— Семятый. (По аналогии с «пятый», но от слова «семь».)

Ходение.

— Палка виноградной лозе — это поможение.

Папа давает Геле картошные котлетки.

— Гела — собака, она не людь.

— Ей, наверное, соны сонятся, что она мышей ловит.

— Мам, ты сама сходи за бэтэями. (Поясняю: БТИ — бюро технической инвентаризации. Мы ждали его представителей для экспертизы. Между собой мы все время говорили: бэтэи, бэтэи... Катя решила простимулировать маму. Подумала, что это слово склоняется, и просклоняла во множественном числе).

— Это надо покетчупить (аналогично посолить). Встречались настоящие неологизмы.

— Хочу напиться, но мы не купили напицию.

— Мама мухобоила (то есть била мухобойкой мух).

— Я хочу кистить (то есть работать кистью).

— Смотри, какой обдуванчик.

— Давай до леса доберемся бежком.

— Ой, какая лошадятка...

— У ворон ворончата.

— Муравьи в лесу живут. Тогда они лесовки.

Иксевая тарелочка (тарелочка, которую купили в магазине «Икеа»).

— Надо не прибавить, а отбавить.

— Этот кусок мыла сделан из кофеёчного молока (по цвету он напоминал кофе с молоком).

— Я не в темноте, я в светлите.

— Смотри, какая у меня сильность.

Особняком стоят рассуждения о происхождении слов. Часто они ошибочные. И в то же время бросается в глаза, что объяснение неправильное, но имеет некоторые основания.

Полевая мышь — это мышь, которую поливали.

Непонятный он какой-то, ничего не понимает.

— Грибы лисички так называются, потому что они в лесу растут (Катя не различила на слух, услышала «лесички»).

 

Я привел довольно много примеров Катиного словотворчества. Во-первых, это интересно просто само по себе как картинка детского мышления. Относимся же мы с интересом к каждому примеру из «От двух до пяти» Корнея Чуковского. Но важнее другое. Бывает, что родители сердятся на неправильности, поправляют ребенка. Вместо того чтобы полюбоваться красотой — свободой русского языка и поддержать детскую фантазию. Я де-

лаю так. Объясняю Кате, почему она говорит, что Гела не людь. Все просто: люди — это много, людь, по ее логике, один человек. Сообщаю, что в русском языке не говорят «людь», а говорят «человек», говорят «люди», но не говорят «человеки»1. На вопрос «почему?» пока отвечаю, что так, мол, сложилось. Но мы с Катей на компьютере фиксируем, что она говорила «людь». Это она запоминает, прежде всего, как факт своего словотворчества. И как историю своего детского развития, чтобы было что вспомнить. Но главное, она проникает в сложности русского языка, начинает понимать тонкости словообразования. Мы поощряем словотворчество. И отмечаем, что Катя занимается им с упоением. Она свободна в выражении мыслей. У нее много возможностей. Можно «человек» и можно «людь». Это не должно быть утрачено. Это — основа творчества. У Маяковского есть слово «оглазь» (вместо «осмотри»). В психологии есть слово «личностность» (свойство человека быть личностью), а в слова-'рях нет. Вот сейчас, когда я написал это слово, компьютер подчеркнул его красной чертой, дескать, ошибка. И Катину «сильность» подчеркнул, и «бежком»...

Незамутненность детского мышления делает его наивно-мудрым. Катя замечает такие логические ошибки, мимо которых я, например, явно прошел бы. Вот есть хорошая песенка из мультфильма по сюжету Эдуарда Успенского.

— Лед на речке б не замерз, кабы, кабы, кабы. — Это в песне. Кате три с половиной:

— А как это лед может замерзнуть? Вода может замерзнуть и превратиться в лед. А лед — как может замерзнуть?

Вот она — чистая логика! А взрослые и не подумали бы усомниться.

 

Лена объясняла Кате про «вчера», «сегодня», «завтра» и «послезавтра». Рассказывая о «послезавтра», Лена имела в виду, как и все мы, один день, который наступает после завтрашнего дня.

Катя:

— А после послезавтра — это же тоже после завтра...

Деваться было некуда. Ведь все дни после завтрашнего дня —

это после «завтра». Тогда Лена попробовала развить успех. Она вспомнила о слове «позавчера». И опять: позавчера — мы обычно имеем в виду, что это один день, который предшествовал

1 Если, конечно, не брать архаичных форм.

вчерашнему дню. Катя по аналогии с «послезавтра» рассудила так. «Позавчера» — это любой день, который был до вчерашнего дня, а не только непосредственно ему предшествовавший. Потребовались некоторые наши усилия, чтобы Катя поняла, что в нашем привычном языке «послезавтра» — это один день и «позавчера» — это один день. Катина логика была «удивлена» таким пониманием. Ее расширение и наше сужение улучшили видение ею мира слов.

Мышление ведь происходит по поводу какой-то реальности. Катя не упускает случая. «Пробка», по ее представлениям, — это когда много машин. И вот она заключает:

— А когда мы едем, то пробка увеличивается еще и из-за нашей машины. Мы тоже — пробка.

Однажды Катя опустила руку в стакан с водой. Стакан небольшой, и вода поднялась до края стакана. Катя спросила почему. Мама Лена:

— Пап, объясни почему.

Я задумался, как объяснить, чтобы Кате было понятней. Катя объяснила сама так:

— Рука сильная, и вода ей уступает место.

«Вода уступает место руке, потому что рука сильная», — я такого не придумал бы. Я начал бы говорить что-нибудь вроде: вода имеет объем, рука имеет объем. Но это было бы непонятно ребенку и не по делу. А у Кати — понятно даже взрослому и по делу.

 

Как и каждый ребенок, Катя любит слово ПОЧЕМУ. Оно означает для нее общий глобальный вопрос и иногда заменяется словом ЗАЧЕМ, а иногда — ЧТО ЭТО... Писалось и психологами, и детскими писателями про то, что нужно терпение к этим «почему». И что нужно терпеливо объяснять. Даже если это повторно. Ребенок перепроверяет себя и родительское объяснение.

Но «почему» может у нее звучать и грозно. Вот предлагает мне надеть не тот галлстук, а этот. Я возражаю. И Катя требовательно так:

— А поч-че-му?!

Приходится долго объяснять, что люди считают: что-то к чему-то подходит, а что-то — нет.

А усвоив, что в одежде что-то с чем-то должно совпадать, Катя придирчиво осмысляет:

— Так! Голубые туфли к голубым ленточкам, а воротничок белый и носочки белые.

Я выделил из общей словесной массы русского языка такие слова, как В ОБЩЕМ. ВООБЩЕ, КСТАТИ, КОНЕЧНО... и подобные им. Они очень важны для связной речи, для ее плавности, для превращения в речь более сухих языковых форм.

Интересно, как ребенок усваивает не просто слова, а именно словесные обороты.

— Ты, пап, кстати, сюда не вешай. (Это я повесил не туда рубашку, и она упала.)

— Я имею в виду...

— Я сейчас тебе скажу одну вещь...

— Пап, представляешь...

 

Слова словами, но в Библии говорится, что вначале было Слово. На мой взгляд — это для красного словца сказано. А психологи мнят, что сначала было дело и что слова обслуживают совместное дело. Но и это тоже для красного словца — какая, собственно, разница... Ребенок развивается и в плане действий. И это саморазвитие тоже очень интересно. Но и здесь я не буду системосозидателем, а вытащу в разговор то, что считаю житейски самым важным.

И наиболее интересными, на мой взгляд, являются проблемы ловкости и устранения детской неловкости. Например, ребенок тянет из вороха одежды какую-то нужную вещь. И другие, ненужные ему вещи вытаскиваются и падают. Я научил Катю тянуть нужную тряпичную вещь вверх, а не в сторону, и ненужные вещи падать не будут.

Есть действия неопасные, но ребенок выглядит для себя и для других как неловкий. Так формируется шизоидность в действиях. Конечно, шизоиды — ум Земли. Но двигательная неловкость им мешает. Шизоидность можно рассматривать в том числе и как несформированность ручных действий. Напомню, что деятельность надо разложить на действия, действия на движения, движения на отдельные мышечные сокращения. Проработать, отрепетировать каждый элемент. И соединить в нужном сочетании: мышечные сокращения — в движения, движения — в действия, действия — в деятельность. Кате два с половиной года. В деревне под романтично-крестьянским названием Большая Рябая (я ее уже упоминал и еще не раз упомяну) у нашей семьи есть дом. В дом этот ведет лестница со ступенями в три раза

большими, чем обычные. Поэтому учимся так. Руками опираемся на вторую от земли ступеньку. Ступня перемещается на середину первой ступени. Затем туловище с его центром тяжести перемещается на ступню. Потом подтягивается вторая нога. Процедура повторяется. Теперь руки опираются на третью ступень, стопа перемещается на вторую ступень. Ну и т. д. Сбоку около перил я соорудил еще «перила» из обпиленных неровных стволов тополей (так красивее). Стволы, понятно, я серьезно закрепил. И они были для Кати опорой. Потом они остались только в роли декоративного сооружения.

«Моторная неловкость» лишь отчасти генетически задана, она еще и формируется. Родители неловкие, не могут научить, и ребенок развивается как шизоид с моторной неловкостью. Я говорил уже, что шизоид — это как раз человек, который не научился действиям. А мы ребенка должны научить. Если вы относите себя к шизоидным людям, то поучитесь и сами, а потом передайте полученный навык своему чаду.

Моторная ловкость особенно хорошо развивается в процессе общения ребенка с глиной. Я не оговорился, когда сказал «общение». Глина живая. Она меняет свой облик под руками человека. Ну а ребенок...

Труд создал человека, говорят многие философы. Почему они так говорят? Мое понимание таково. Вот животное, какое бы умное ни было, наблюдает независимо от него происходящие изменения предметов. Связывает эти изменения друг с другом, осознает эти связи, ладно уж, допустим и такое у животного. Но этих изменений мало. Солнце всходит и восходит. Весна сменяется летом. Ну и еще что-то. Листья появляются и опадают...

В ПРОЦЕССЕ ТРУДА ЧЕЛОВЕК ВИДИТ ОЧЕНЬ МНОГО ИЗМЕНЕНИЙ, ПОСКОЛЬКУ ОН САМ ИХ ПРОИЗВОДИТ.

Труд в приложении к глине дает особенно много изменений в предмете, который мы получаем в лепке. Появляется фигурка, смяли — можно сделать другую. Снова не понравилось — третью. В фигурке меняем пропорции, убираем-прибавляем детали...

Так что — глина! Почему я прилепился именно к глине, а не к другому пластику? Пластилин, тесто, хлеб... Можно использовать и их, если нет глины. Но пластилин — это все-таки не то

что глина. При лепке сразу вскрывается существенная разница. Во-первых, глина подсыхает — и сразу это как бы оконченное произведение. Во-вторых, глина обретает твердость камня, пусть и очень хрупкого. В-третьих, глину можно покрасить, при этом она впитывает в себя краску и становится того цвета, который ты хочешь получить. В-четвертых, глины очень много. И можно лепить большие формы, даже очень большие. И в этом смысле она предпочтительнее любых пластиков (тесто мы упоминали), которые — между глиной и пластилином. И совсем уж романтический аргумент: по библейской легенде, Бог сделал Адама из глины, не из пластилина же... Так что да здравствует глина!

Сначала глину надо добыть. Часто она черная — ничего, потом можно раскрасить. А обычная — оранжевая — еще лучше, но раскрасить все равно можно. Вырыть с ребенком яму поглубже, и на дне — есть глина. Так у нас в черноземной Большой Рябой. А может быть, как у нас на даче под Москвой, глина — просто под ногами.

Из глины делается, например, гнездо для птиц. Туда добавляются веточки и солома или сено. Гнезда Катя видела на деревьях. Птицы нас не сторонились и не боялись. Мы прикрепляли гнезда из глины с соломкой и веточками лозы на трехлапые мощные ветви яблонь.

Птички селились в них не хуже, чем в скворечниках. Ведь птичка может использовать и пустое дупло. А почему именно гнездо? А потому что это забота о братьях наших меньших. Прямо так и чувствуется, что птички нам благодарны, — так радостно они юркают туда и поселяются. И потому что заодно это защита яблонь от личинок насекомых — птички очищают сад. Ребенку радостно оттого, что его труд прямо пошел на пользу Божьим существам, а не просто «слепил и выбросил». Важная вещь в воспитании творчества и доброты.

Из глины можно лепить подсвечники. Гроты разные с окошечками. Все просто, не надо даже образцов или книжных репродукций. И в грот ставится свечечка-таблетка, коих много в разных магазинах типа «Икеи». Или свечечки тоже сделаем сами. Добавим в «инфраструктуру» грота камешки, а до этого соберем их на дороге. Любые камешки пойдут в дело: мягкий известняк, крепкий на зуб гранит — все сгодится. А побольше камень — булыжник с килограмм — поместим в основание, на него и поставим свечку-таблетку, а вокруг будет много камешков поменьше. Камешки можно покрыть лаком — они начинают блестеть, но своим каменным узором, а не как мишура. Я здесь не прикладное искусство проповедую. А то, что красоту — бесполезную, только чтобы любоваться, и прикладную, чтобы пользоваться, — ребенок может творить сам.

Рисование... Шариковой ли ручкой (только чтобы шарик хорошо катался внутри стержня), простыми или цветными карандашами (лучше с мягкими грифелями). Все средства хороши, кроме опасных. Особенно важны краски.

Сначала ребенок чертит просто линии, отдельные и рядышком, закрашивает пространство. Нет, это не пачкотня. Это упражнения, тренинг. Рука становится тверже, линии — ровнее. Вот появляются в «рисунке» углы. А дальше кружочки, спирали. Я иногда это все пускаю на самотек. А иногда сам начинаю рисовать углы, кружочки, спирали. Я не говорю: делай как я. Катя сама видит, быстро копирует движения и саморазвивается дальше. У учителей рисования есть свои приемы. Нарисуют контур рыбки, а ребенок пририсовывает чешуйки. Наверное, можно и так. Но можно и дать свободу творчеству. Это как раз лучше делать в семье, дома. Ведь в развивающем детском кружке педагог передает ребенку свои умения — и этим несколько сковывает его саморазвитие. Пусть и так и так будет. Мы Катю водим в развивающий центр «Радуга». Там учат поделкам. Из шишки сделать гномика. Борода у него из ваты, ноги— колючки, пластилиновые шарики вместо глаз. Я поступаю иначе. Идем собирать шишки. Принесли домой. Что бы из них сделать? Катя говорит:

— Давай елку сделаем...

— А как?

— Просто...

И Катя связывает (я только помогаю воплотить замысел) три шишки вместе, головками вверх. Ставит их как треножник. Потом делает еще такой же треножник и ставит его на первый. Елка пока не получилась. Подсказываю: может быть, взять шишечки помельче. Сопит, связывает мелкие шишки, ставит их на первый треножник. Получилось. Но еще более мелких — не находится в нашем улове. Я предлагаю свои услуги: давай одну шишку разрежем на четыре части вдоль.

— Я не умею.

— Ну, может быть, я...

— Давай ты...

Я делаю разрез, но приостанавливаюсь. Катя догадывается о моем замысле:

— Не надо до конца.

Я принимаю ее предложение и делаю второй разрез тоже не до конца. Эту недорезанную шишечку Катя водружает на верх сооружения... Ура, елка.

Творчество ребенка — ведущее начало...

А выкладывание из спичек букв, домиков, зверей, птиц — это целиком Катино изобретение (конечно, конечно, она изобрела всего-навсего велосипед, но ведь сама!). С двух лет Катя хорошо знает, что со спичками игры опасны. И когда в три года она потянулась за спичками, мы с Леной напряглись. Катя успокоила:

— У меня спички не зажёганные.

И стала делать из них буквы. Мы помогли. Надломили несколько спичек. Они пошли в дело по построению букв. Во всем этом важно то, что ГЕНЕРАТОР ИДЕЙ — РЕБЕНОК, а родители лишь помогают в подборе технических средств, и только.

 

Спички ли, карандаши ли, камешки, краски?.. Краски! Fyaaib, акварель, масло... Я помогаю развести краску, учу брать ее «по чуть-чуть» кончиком кисточки, ну, может быть, посоветую держать кисточку, как карандаш... А какие провести линии, какие рисовать узоры, как изобразить любимых животных — это Катя решает сама...

Рисовать интереснее там, где нельзя... На стенах, на дверях, на полу... Нельзя — если главное для взрослых мертвый предмет — пол, стена, дверь. И можно — если для родителей главное — живое творчество ребенка. У нас Кате всё можно. И творчество идет живее. На линолеуме пола появляются цветовые пятна, пунктирные линии, принцессы, чертики. Пространство стены под окном на кухне — космос со звездами, луной, среди звезд кукла Люся, отдельный хвост Гелы (а она ротвейлер, и сами понимаете, хвост отдельно в космосе, как хвост кометы). Творчество заразительно. Поэтому вместо слов «давай сделаем» я просто начинаю делать. Сажусь, размачиваю кисти, ни слова не говоря, развожу гуашь и провожу первую линию под подоконником... Катя не может мне позволить творить мою волю. Она творит свою волю. Требует кисти, краски. А я как Том Сойер: и яблоко съел, и забор покрашен.

 

Алена, акушерка, ставшая нам родственницей, — хороший психолог (не только хороший медицинский работник). И тогда, когда принимала роды, и теперь, когда мы продолжаем с ней общение и советуемся с ней. Она сказала нам однажды: ребенок должен иметь возможность побыть один. Алена не читала Жана Пиаже и Льва Выготского, но высказала на уровне бытового здравого смысла похожие мысли. Пиаже говорил об аутистическом мышлении ребенка. Никого нет, а ребенок говорит как бы сам с собой. По Пиаже, это аутизм — углубление в себя. Выготский же трактовал это как диалог ребенка с самим собой. Алена посоветовала: дайте возможность ребенку саморазвиваться. И мы Кате такую возможность даем.

Но не только же монологи. Нет-нет, и диалоги. Мы стимулируем рассказы Кати о разных виденных ею сюжетах. И вот:

— Ты знаешь сказку о глупом кроте. Когда мальчик посадил крота в таз, а потом выпустил... а крот все копает-копает и не хочет уходить.

— Один раз мы с мамой...

 

Мы пишем для Кати стихи. Катя любит кошку. У нашей кошки нет клички. Кошка и кошка. Но Катя в кошке души не чает. И вот в двухлетнем возрасте Катя получила подарок в виде стихотворения. Все не будем приводить, но два двустишия получились вполне приличные. Так что...

 

Кошка думает: «Кто там

Пристает к моим котам».

Прыг с разбега на диван

И мурлыбку дарит вам.

 

Катя выучила это стихотворение, и, когда едем на художественную гимнастику, я начинаю:

Кошка думает:...

Катя продолжает:

Кто там

Пристает к моим котам.

Она сама потихоньку начинает стихотворничать:

Что такое, что за звук ?

Молоток стучит — тук-тук.

Это самостоятельно. А вот с посильной моей помощью...

Лежит спокойно наша киса.

Вдруг шевельнулась где-то крыса.

У кисы навострились ушки:

Над ней хихикали лягушки.

Мы записываем на видик мультики. Всегда стоит кассета на том месте, где кончилась предыдущая запись. И как только на экране наш, русский мультик, Катя бежит к нам:

— Записываем.

Или даже сама ставит на запись. Вообще-то мы стараемся записывать с самого начала, если удается по телепрограммам выследить нужное. Русские мультики лучше по эстетике и по нравственности. Вот включаем... не знаю, как называется, кто режиссер, но вижу — хорошо, предвижу — хорошо кончится. Не ошибся. По стилю наш фильм. Катя наши фильмы по стилю определяет. «Это гадость» — американский мультик. Да нет, Марк Твен — наш дедушка, Астрид Линдгрен — наша бабушка. А мультики, в которых только губы движутся, а глаза пустые, мертвые, неподвижные, — это не наше.

Как-то записали мы с середины один мультик. В нем добрый пингвин попросил «пынгвына», толстого и неуклюжего, которому наш пингвин сделал много услуг, подержать его яйцо, пока он поймает рыбу для еды. Поймал, принес пынгвыну. А тот, оказывается, выронил яйцо нашего пингвина, и оно кануло в море. Но страх отбил у пынгвына остатки совести, и он дал нашему пингвину вместо его яйца заготовленный камень, похожий на яйцо. Когда у всех вылупились пингвинята и подросли, наш пингвин вместе с камнем пошел со всеми в море и утонул вместе с камнем — он спасал своего «невылупившегося пингвиненка».

Катя, которая постоянно заботится о спасении божьих коровок, лягушек и прочей живности, плачет. Эти слезы Кати — лучшая похвала режиссеру и художникам. Похвала и нам с Леной, поскольку подбор мультфильмов осуществляем мы.

Но нам хочется, чтобы Катя проделала более интенсивное нравственное саморазвитие. Нам мало готовых мультфильмов и написанных сказок. «Черная курица» и «Белый пудель». «Дюймовочка» и «Золушка»... Все это, конечно, наше. Но это несовременный материал. В них есть не все, что нам нужно. Кроме того, нам нужно, чтобы сказку сочинили мы сами вместе с Катей, сказку, которая нужна именно ей, сказку для нее и на самом деле

про нее. Важно, и это важнее всего, чтобы в контекст сказки вошли наши собственные переживания.

Вот одна из них. Называется она «ВСЁ ЕСТЬ, НО НИКОГО НЕТ».

 

Жила была девочка, которую звали Катя... Нуда, так же, как и тебя. Ты же не единственная Катя на свете. Есть еще Кати. Ну, так вот. Эта Катя была девочка капризная. Игрушки разбрасывала, маме помогать отказывалась. Хочу эту игрушку — и на весь магазин поднимался такой рев, что все люди бросали покупать то, что им было надо. И смотрели только на Катю. И думали: что же это за девочка такая, красивая, похожа на Златовласку, и мама и папа у нее хорошие, а она плачет. А однажды, когда Юлька, дочка маминой подруги Нади, пришла к ней в гости, Катя не дала ей поиграть мячиком — это ведь был мячик для художественной гимнастики. Но Юльке именно поэтому и хотелось им поиграть.

И вот проснулась Катя однажды. Она подумала, что это дома. И на самом деле все было как дома. Только в доме начались прямо-таки чудеса. Стоит ей подумать о кукле, которую она выпрашивала у папы, чтобы он купил ее в магазине, — и кукла тут же около нее сидит. Захотела мармеладку, похожую на длинного крокодильчика зелененького, — и крокодильчик сам ползет к ней в рот. И большая-пребольшая мохнатая обезьяна обнимает Катю. Такая игрушка в магазине была, но мама не смогла купить, потому что обезьяна слишком дорого стоила. Катя крикнула:

— Мам, иди сюда, смотри какая обезьяна, я такую хотела, ты не купила, а она есть у меня.

Но мама не откликнулась. Тогда Катя позвала папу:

— Пап, посмотри, какая обезьяна, мама мне не хотела ее купить, а она сама ко мне прибежааа.

Но и папа куда-то подевался. Молчит, а обычно сразу откликается. Катя в одну комнату, в другую — никого. Игрушек много. А людей нет. И даже папы с мамой нет. Катя пошла на кухню. Там много всякой вкуснятины. Открыла холодильник, взяла чупа-чупс. Потом отрезала кусочек ветчины. Снова кликнула:

— Мама. Папа. Баба. Еся.

Но ответом ей было полное молчание. Катя совсем испугалась. Получалось, что ВСЁ ЕСТЬ, НО НИКОГО НЕТ. Катя испугалась, стала плакать. Ей не хотелось уже игрушек. А мама с папой и даже Еська с бабушкой — куда-то исчезли. И так горько плакала Катя, что не заметила, как заснула.

Проснулась. Большой мохнатой обезьяны-игрушки нет и куклы нет. И мармеладок-крокодильчиков нет. Но слышит, как на кухне тихо

что-то говорит телевизор. Это мама готовит овсянку. А папа сидит за компьютером, дописывает статью. У Кати отлегло от сердца. Не нужны мне большие игрушки, пусть только мама с папой будут дома. Катя рассказала маме о том, что она пережила. Мама обняла Катю и сказала: «Да, и я иногда попадала на такой остров и тоже скорей-скорей просилась домой». Катя обняла маму, поцеловала папу, позвонила по телефону и позвала в гости Юльку. А тут и бабушка с Еськой пришли. И все сразу стало на свои места. Катя со слезами на глазах сказала:

— Пусть будут дома все, и пусть ничего не будет, даже любимых игрушек.

— Ну, что совсем ничего — это ты преувеличила, — вступил в разговор папа. — Самые любимые игрушки, которыми ты играешь, — пусть останутся; а лишь бы больше было — вот это не надо.

 

После этой сказки Катя сама подошла к нам и сказала:

— У меня так много игрушек, а у детей в нашей деревне мало. Давай мы отвезем им.

А что, дорогие взрослые. Когда всё есть, но никого нет, вам это как? А ведь если заниматься накопительством, если все люди вам либо враги, либо «подельники», это же тоже «всё есть, но никого нет»... Есть над чем задуматься!

Решусь предложить родительскому и детскому вниманию еще одну совместно с Катей сочиненную сказку. Про муравья и гусеницу. В басне Крылова «Стрекоза и Муравей» Муравей назидательный и холодный. А мы однажды с Катей видели, как муравей полз на трех лапочках, и Катя (тогда ей было два с половинкой) заплакала — ей стало жалко муравья. А в четыре с половиной мы вспомнили это и стали сочинять сказку. Ну, вот она... «МУРАВЕЙ И ГУСЕНИЦА».

 

Жил-был муравей. Однажды он быстро полз по соломинке, не удержался, свалился с нее и сильно ушибся. Соломинка-то была очень высоко. И у него оказались ушиблены три ножки. Из шести... Так что теперь он мог ползти только очень медленно. Он боялся: если будет ползти быстро, то он снова упадет и повредит другие ноги. А все его родственники-муравьи были уже дома. И вот он тащится едва-едва и печалится: домой он попадет поздно. И никто из его семьи не может ему помочь.

Как вдруг он увидел рядом мохнатенькую гусеницу. Она была большая, и у нее было целых семнадцать ножек. Вообще-то их должно было быть восемнадцать. Но одну ножку ей повредил жук-рогач. Это было давно, ей тогда было больно, но теперь она уже выздоровела.

Гусеница увидела нашего муравья и вспомнила, как ей было плохо. И она посочувствовала муравью.

— Куда ты ползешь? — спросила муравья гусеница.

— Да вот никак не могу добраться до дому... — грустно ответил ей муравей, и голос его дрожал.

Гусеница сказала:

— Давай знакомиться... Меня зовут Мохнатка. А тебя как?

— А меня... меня теперь можно звать Триножек... — продолжал переживать за себя муравей.

— Ты выздоровеешь, не волнуйся. А сейчас давай я тебе помогу. Я помню, как мне было тяжко, когда я почувствовала рог жука на моей ноге.

— Да, — сказал муравей, — у тебя была повреждена всего одна нога из восемнадцати, а у меня — целых три... и из шести...

— Ну, так я тебя на своих семнадцати ногах живо домчу до дома. Садись на меня.

Муравей заполз к ней на спину и уцепился за ворсинки. Гусеница быстро поползла. Дома в муравейнике его встретили братья и сестры. Заохали, заахали. Благодарили добрую Мохнатку. Угостили ее и приглашали еще в гости. Но скоро настало время, когда ей надо было стать коконом. А для того чтобы закутаться, ей нужна была именно та ножка, которую поранил рогач. Гусеница приползла к муравьям. Объяснила, в чем дело, и тогда выздоровевший Триножек попросил своих собратьев помочь ей. Они со всех сторон облепили гусеницу, стали ее катить, и она закутывалась в свои ниточки. Когда кокон был готов, вся ватага муравьев подтянула его к веточке и закрепила на ней. Прошло время, и вот из кокона вылетела красивая большая бабочка. Она села около муравейника, помахала крылышками и взлетела. Покружилась немного над муравейником, поблагодарила своего друга Триножека и всех других муравьев и улетела высоко в небо. А все муравьи любовались ею.

 

Тоже ведь о нравственности, о взаимопомощи сказка. Катя пропускает все это через себя, через слезы даже. «Мохнатка» и «Триножек» — предложены ею. Бабочка улетела в небо, а муравьи любовались ею — это тоже она. Творчество и доброта — пусть они стоят рядом в работе с ребенком!

 

Родители! Вам нравится, когда вам что-то запрещают?

— Что еще за глупые вопросы, конечно, не нравится... — скажете вы

Ну, так и ребенку не нравится. Но вы детям многое запрещаете и многое предписываете. При непослушании наказываете.

Окриком, шлепком, стоянием в углу, лишением чего-то приятного, например сладкого на десерт.

Резко заметим себе, что РЕБЕНОК НАКАЗАТЬ НАС НЕ МОЖЕТ... НИ ШЛЕПКОМ, НИ СТОЯНИЕМ В УГЛУ, НИ ЛИШЕНИЕМ СЛАДКОГО ДЕСЕРТА. НЕСПРАВЕДЛИВО ВЕДЬ!..

Но разберемся в причинах... Почему вы наказываете его? Вам кажется, что это происходит для его же пользы. Ну как же, я старше, думаете вы, и, следовательно, больше, чем ребенок, знаю, что можно, а что нет, поэтому надо руководить им для его же пользы.

Да, в чем-то вы, соглашусь, больше продвинуты. Вы, например, лучше завязываете шнурки на ботинках. Но и у ребенка в познании мира есть свои преимущества. Ребенок острее, например, радуется жизни. Я уже приводил фразу Кати: «Спасибо, Солнышко, что ты встало...»

Конечно, и мне приятнее, если день погожий, но при всем том, что я написал несколько книг по психологии, я не смог бы вот так выразить свое восхищение мирозданием...

Так что отдайте ребенку должное и не кичитесь тем, что вы завязываете шнурки быстрее и туже, чем он.

Ребенок — экспериментатор. Но не все сразу получается. А мы хотим, чтобы все и сразу. Ну дайте ему испортить несколько сотен листов бумаги, изломать несколько десятков карандашей... Дайте изрисовать много коробочек краски. «Если долго мучиться, что-нибудь получится». Но ведь и ракеты летели не сразу и не сразу в ту сторону, в какую было запланировано. Это только у Шекспира нет черновиков (да и то это загадка). Когда Катя сделала горку какао с большим количеством сахара и почти не осталось места для воды и молока, мама встрепенулась, да и я промямлил что-то неодобрительное. А Катя нам:

— Ну, тогда я сделаю как обычно...

Ребенок — личность уже с малых лет. Он хочет решать сам за себя. И не хочет, чтобы решали за него. Делает он много по подражанию, и как только понял принцип, он произносит свое знаменитое «я сам!». Но вам очень хочется указать на его оплошности, указать на его место в семейной иерархии. Его «я сам» понятно. А вам-то почему хочется указать? Вы скажете, что хотите его научить, а на самом деле вам хочется еще и возвыситься на его фоне... Ведь так легко это сделать... Я каждый раз спрашиваю себя, чего больше мне хочется: научить или самовозвыситься? Если второе, то я отказываюсь от такого самовозвышения.

И стараюсь самовозвыситься над своим вчерашним «я» (сегодня фразы складнее, чем вчера). А Кате даю возможность сделать пробы и ошибки. Я дожидаюсь терпеливо, когда она примет свои ручки от ручки чашки с «горячеватым» чаем и от блюдца и попросит: «Ты!» До этого я показываю, как я наливаю чай в блюдце (понятно, он уже не горячий) и предотвращаю расплескивание. Ну, помедленнее будет самонаучение ребенка... Потерпите...

Родители часто задают себе вопрос:

ЧТО ДЕЛАТЬ, ЕСЛИ РЕБЕНОК НЕ СЛУШАЕТСЯ? Й В ШУТКУ И ВСЕРЬЕЗ ОТВЕЧАЮ: СЛУШАТЬСЯ РЕБЕНКА!

Про «в шутку» не поясняю. Надеюсь, у вас есть чувство юмора. А вот про «всерьез»... С «че,гой»-то вы взяли, что ребенок должен слушаться? Прислушиваться — да. Но слушаться — это вы лишаете его собственной воли. А вы должны ее воспитывать. Воля -- это всегда «само-воля», это же не ваша воля. Слушаться — оскорбительно. Чацкий сказал: «Служить бы рад, прислуживаться тошно». Так вот: прислушиваться рад, а слушаться — тошно.

В беседах с родителями часто приходится слышать:

— Ну, так по вашим советам все делать — это так долго...

В телепередаче «Настроение» (с ведущим Юрием Новиковым) в ответ на такую реплику, полученную по телефону, я сказал в сердцах:

— Ну так не рожайте!..

И в самом деле. Дети-то появляются на свет из-за ваших расчетов или просчетов. Вы рассчитываете быть среди уважаемых в обществе людей: вы родитель, вы не пустоцвет. Рассчитываете, что будет наследник, продолжатель дела, рода. С гордостью говорите: «На меня похож». А просчеты... Ну да, надо было правильно рассчитать овариально-менструальный цикл, а вы и вообще, может быть, не знали, как это делать... Несколько выше я дал информацию на эту тему. Но лучше загляните опять-таки в мои «Лабиринты общения». Там в главе «Запланированный ребенок» все подробно расписано.

Родители часто задают наивные вопросы... Вот что делать, если ребенок не слушается? Но я задам вам более грозный вопрос:

ВЫ СПРОСИЛИ РЕБЕНКА ДО ЕГО РОЖДЕНИЯ, ХОЧЕТ ЛИ ОН ПОЯВИТЬСЯ НА СВЕТ БОЖИЙ? НЕТ? НЕ СПРОСИЛИ?!

Ну как же, он и не смог бы ответить. То-то и оно. Только тогда не забывайте, что именно вы и только вы в ответе за его появление. И если вы согласны с Антуаном де Сент-Экзюпери, что мы в ответе за того, кого приручили, то за того, кого извлекли из небытия в свои нежные объятия, мы в ответе во сто крат... Мама важничает: показывает в окно роддома всем на обозрение кулечек, в котором спеленутые кулачки. Ничего, он позже еще покажет их вам, если будете держать его в плену пеленок и памперсов. А потом, вы еще держите его в моральном рабстве: на стенках не рисуй, ножницы не бери. Он потребует свободы.

Всех касается. Пап и мам, которым по двадцать пять, а потом по тридцать пять. Бабушек-дедушек, которым по сорок — пятьдесят. И если бабушка когда-то недовоспитала своего ребенка своим примером, то, может быть, покажет эти строки своим дочерям-сыновьям, родителям внуков-внучек? И они вместе поправят дело?

Кто-то скажет, что, мол, вашей Кате — четыре. А как быть с десятилетним «вождем краснокожих»... Не в порядке укола-укора, а в порядке сострадательного всхлипывания скажу, что надо было все делать так, какя сказал, и в трехлетнем возрасте, и в трехмесячном возрасте. И даже в «минус-трехмесячном возрасте» (помните руки отца на животе беременной жены?). Но кое-что можно предпринять и в переходные 13—14 лет. Только тут вам придется наступить на горло собственной песне в отношении отношений вашего чада в кругу сверстников. «Не дружи с ней, она из плохой семьи». «Не приводи к нам в дом — украдет еще что-нибудь». Не дружи? Не приводи? А вы как родители сделали что-нибудь для расширения и улучшения круга, из которого подросток мог бы выбрать друзей? Не сделали, даже не подумали? Ну, так подумайте и сделайте.

Я привел много примеров логичности языка у Кати. Но приведу взятое и у других детей. Одна девочка с упреком: если «спишь», то «спю», а если «сплю», то «сплишь». Мальчик пяти лет: «пойдем топорить». Ну, потому что если пилить — от «пила», то от «топора» — топорить. Дети в три-четыре года, как я уже пояснял, усвоили логику, но еще не усвоили алогизмов. А вот в десять лет дети рассуждают примерно так:

ЕСЛИ МНЕ НЕЛЬЗЯ КУРИТЬ, ТО ПОЧЕМУ ЭТО МОЖНО ДЕЛАТЬ РОДИТЕЛЯМ? НУ А ЕСЛИ МОЖНО РОДИТЕЛЯМ, ТО И МНЕ МОЖНО!

А если им можно, а мне нельзя, то это несправедливо. Это еще и потому, что дети — правдолюбцы. Им не нравится двойная бухгалтерия. Лучший способ воспитания — вести себя так, как вы хотели бы, чтобы себя вел ваш ребенок. Дети — подражатели. А запрещать ему со строгостью то, что вы со страстью позволяете себе, — это садизм. И учтите — это не фигурально выражаясь, а с в соответствии с психоанализом. И вот еще что... Вы воспитываете в нем садиста и по отношению к вам. Но не только — еще и по отношению к его детям.

А если все логично и последовательно, то и трехлетка, и подросток примут позицию родителей. Ребенок хочет руководства со стороны взрослых, если он убедился, что сам не может добыть нужных сведений и если эти сведения для него интересны. Он не дурак. Он только не хочет, чтобы его дурачили, принижали, решали за него. Доводить надо до ума, а не до бешенства. Объяснять, применяя метод Сократа, а не вдалбливать. Умный был грек, даром что древний. Напомню: он советовал так ставить вопросы, чтобы ответы человек давал в нужном ему, Сократу, направлении. А выводы человек делал сам, но тоже такие, какие нужны ему, Сократу. Убеждения, полученные ребенком благодаря секрету Сократа, во сто крат прочнее, чем даже при правильном, но просто объяснении. Надо овладеть секретом Сократа. Но это сложно, и требуется время на умственную работу вместе с ребенком.

Нет, не хотите так, как советовал Сократ. Некогда. Есть более важные дела: болтать ногой, болтать с подружкой, супружеский секс, а то и измены мужу, поездка к портнихе или на презентацию. Хотите получить все и сразу. И вот в лексикон мамы входят фразы: «Не забывай», «Запомни раз и навсегда», «Заруби себе на носу», «Тебе что сказано?», «Сколько раз тебе можно говорить?». А тут и длань отца нависает над ребенком. И ребенок робко произносит: «Да, сэр». А потом тихо, но все громче ненавидит отца-господина. А совсем потом в лучшем случае родителя не навещают в старости, а в худшем загоняют за печку.

Прежде чем высказать запрет, остановитесь, подумайте: так ли важно, чтобы ребенок выполнил его. Может быть, это вам только

кажется. Ну, наведет ребенок беспорядок, но это нужно для его развития. Катя у нас любит разматывать нитки и протягивать их от одной дверной ручки к другой дверной ручке. Я сначала скопидомничал: жалко было ниток, ведь пропадают. Потом понаблюдал и увидел, как она старалась, чтобы нитка была подлиннее, чтобы нитки протягивались под разными углами, веером, в разных направлениях... И решил, что саморазвитие ребенка здесь важнее экономии.

Часто родители запрещают опасные в каком-то отношении действия. Конечно, если они представляют реальную и серьезную опасность, надо предохранить, но тоже деликатно. А если это манипуляции с нитками и иголкой... Ну, уколется иголкой, зато приобретет опыт в обращении с нею. Лучше в направлении плана ребенка показать ему, как это сделать безвредно и безопасно. Об этом мы говорили выше. И еще поговорим ниже.

Запишем еще одну важную психологическую закономерность, которую не знают родители, и даже вынесем ее в качестве слогана.

ОБРАЗ РАЗВИТИЯ РЕБЕНКА ВСЕГДА ОТСТАЕТ ОТ САМОРАЗВИТИЯ РЕБЕНКА.

Это объяснить достаточно просто тем, что мы не сразу замечаем изменения в психике, как не сразу замечаем похолодание или потепление. Но это как бы «механическое» объяснение. А глав- ное (психологическое) объяснение кроется в родительской позиции. Раз он маленький, значит, меньше и понимает, меньше умеет, меньше знает. А то, что даже эмбрион проделывает развитие намного быстрее, чем развивался животный мир и человечество, — это не учитывается. А мы учтем. Ребенок развивается быстро, как и растет. Не успеем привыкнуть к тому, что начал ходить, он уже начал бегать. Отсюда — значительные ограничения. Ведь мы опасаемся, как бы чего не случилось.

И получается, что

МЫ ЗАПИХИВАЕМ РЕБЕНКА В МЛАДЕНЧЕСТВО. А ПОДРОСТКА ЗАПИХИВАЕМ НАЗАД В ДЕТСТВО.

9 - 2654

При этом мама это делает с большим рвением. А каковы последствия? Первое последствие — недоразвитие. Девочка бы уже вышивала, а мама боится дать ей в руки иглы и ножницы. И она продолжает не вышивать... Второе, и это важно тоже, — дети сами рвутся к более сложным (и опасным) видам деятельности. Но, лишенные моральной поддержки и обучения, они получают-таки травмы: укалываются, «режут» себе пальцы, падают со ступенек и со стульев, обжигаются... И это еще бы ничего. Родитель свои запреты высказывает часто очень авторитарно и перестает быть для них авторитетом, а остается только деспотом, который запрещает познавать мир. Они огрызаются, вступают с родителями в конфликт. Как быть?

Надо создать условия для этого саморазвития и в то же время предусмотреть и предотвратить опасности.

Более того, нужен двойной запас безопасности для ребенка. Я не собираюсь составлять из своих советов энциклопедию, но наиболее вероятные вещи все же оговорю.

Предположим, ребенка привлекла табуретка. У табуретки нет спинки, какая есть у стула. На нее можно залезть с любой стороны. Катя научилась: стопа одной ноги на табуретку, перевалила центр тяжести, подтянула ногу — и все: «Я там». Но табуретка таит опасность. Часто края сиденья нависают над полом, и если встать на край, табуретка выскальзывает из-под ноги и падает, а вместе с ней ребенок. Рев, слезы, сопли, боязнь, отказ от дальнейших действий. Только не с Катей. Потому что я заранее показал ей механизм такого падения. Поставил ее ногу на край. Придерживаю для страховки. «Велел» ей встать, табуретка подвернулась и полетела в сторону, Катя повисла на моих руках. Еще два таких сеанса, и Катя поняла: ногу надо ставить в центр сиденья, подальше от края, и тогда предотвращается падение. А падать с табуретки — больно. И заметим себе, что не просто на пол, а и сама табуретка еще бьет по ноге... Но, освоив табуретку, Катя гордо смотрит при каждом «взбирании» на нее, как альпинист на вершине покоренной горы.

На табуретке — не раскачиваться!

Двери. Обратите внимание, ребенок идет к двери напрямик, как мама и папа. Но если кто-то выходит и открывает дверь наружу, то взрослый, прогнозируя это, вовремя отстраняется. Ребенка же дверь может ударить, сбить с ног, ошарашить, испугать. Кто-то из взрослых случайно двинул дверью, а она двинула по ребенку... Поэтому Катя у нас не направляется сразу к двери,

а становится рядом с ней. И гордо глядит на нас: вот видите, я правильно встала.

В лифт Катя без взрослого не войдет. Однажды — естественный эксперимент получился — я с ней застрял в лифте: переговоры с диспетчерской, суета по высвобождению. Вела себя спокойно. Но впредь одна в лифт уже не стремится.

Спички. Катя знает, что если зажечь спичку, то ею легко обжечься. Потому что я поднес вместе с моим пальцем ее палец на одном расстоянии к горящей спичке. Поняла, что горячо. Ближе — горячее. Еще ближе — она уже сказала: «Нет», хотя ее палец был рядом с моим пальцем. Пришлось организовать ей и маленький пожар на противне. Теперь спичками она играет как палочками, делает из них буквы, склеивает пластилином из них разные конструкции, но стремления самой зажечь спички нет. На всякий случай мы все время на стреме в этом плане. Но и осознанный самоконтроль у нее уже готов.

Дверные щели. Сколько несчастий они принесли детям, да и некоторым взрослым. Но ведь ребенку нужна и свобода, а значит, самодисциплина. Ну, прежде всего, когда только первые самостоятельные шаги по стеночке — а дверь ведь тоже стеночка, — мы все двери зафиксировали крючками и разными другими приспособлениями так, чтобы они открывались и закрывались никак не иначе, как по воле взрослых. Когда Катя стала усваивать и говорить слова и фразы, я с ней провел «пальцеспасительные» беседы. Показал, как дверь может переломить карандаш, веточку, палочку. Потом вставил свои пальцы в щель, показал, что дверь вот-вот переломит мне пальцы. Катя сочувственно закричала, что не надо, что она уже все поняла. Все же иногда я вижу, что осторожность уменьшается, тогда я снова провожу «пальцеспасительную» беседу с показом...

Заварочный чайник брать надо двумя руками, одной за ручку, другой за донышко или салфеткой за носик чайника — будет не горячо и удобно. Надо научить ребенка проверять крышку чайника — фиксатор чтобы был направлен кзади.

Часто чай в чашке слишком горяч. Можно чуть-чуть перелить в другую чашку. Это будет уже не так горячо. Потом перелить еще чуть-чуть. Такое дробное остуживание гарантия безопасности.

На электрической и тем более газовой плите все надо держать подальше от края. Около нее стул, чтобы ребенку нельзя было подойти близко к плите. Но ребенок постарше может отодвинуть стул. Тогда надо тщательнее следить.

Какие нужны игрушки?

Я и здесь диссидент. «Него» и другие красивенько разукрашенные конструкторы, Барби и другие омерзительно дорого разодетые куклы разовьют в детях не любовь к творчеству и к будущим своим детям, а стремление к роскоши, на которую надо столько средств, что добыть их можно либо открытым грабежом-разбоем, либо замаскированными способами насильственного отъема результатов чужого труда с помощью присвоенных ранее орудий и средств производства, то есть воровством-мошенничеством. А если добыть не получается, то развивается зависть и комплекс неполноценности. Хотя комплекс этот по большому счету должен возникнуть у обладателей «Лего» и Барби. Ведь они ничему не научатся. Нет-нет, научатся... собирать простенькие комбинации, запрограммированные устройством конструктора и картинкой-эталоном. Научатся разбирать куклу, чтобы выяснить: нет ли в ней чего-нибудь более интересного, потому что сама-то кукла жуть как неинтересна. Научатся разбрасывать по полу ноги-руки (а то и голову с выколотыми глазами) в одну сторону, а туловище без рук — в другую. Но ведь это равняется тому, что они все-таки ничему не научатся. Лев Николаевич (Толстой), кстати, не одобрял фабричных кукол, в его доме у детей были самодельные.

Лучший, на мой взгляд, конструктор — козлы, которые еще надо смастерить, бревна на дворе, которые надо распилить на дрова, и двуручная пила. Двуручная пила — сложный, как оказывается, и даже каверзный для ребенка и подростка инструмент. Ее все время заклинивает в бревне какая-то нечистая сила. Пила то и дело изгибается и издает при этом пронзительный визг как укор тому, кто не умеет ею пользоваться.

Здесь столько простора для трудового воображения, сколько не найдется ни у какого навороченного «Лего».

И если уж понадобится кукла, то пусть ребенок ее сделает из тряпок, глины, палочек, соломы. Любой советско-российский «психолого педагог» скажет, что здесь больше эстетического и нравственного творчества, чем в распотрашивании и обезглавливании десятков Барби. В естественных конструкторах таится созидание, а не разрушение.

В доме скапливается большое количество брошенных игрушек. По крайней мере, отвезите их другим детям в детские дома.

Наш опыт с Катей все это подтверждает. Лена — женщина, что ни говори, — накупила множество кукол. И все они — складированы в корзинах. Катя рисует и вырезает своих кукол из бумаги, рисует кукол на полу, на подоконнике — можно, ей все можно для развития. А очередную куклу, купленную в магазине под громкий плач: «Хочу!» — она забрасывает через пять часов в наполненную корзину. И вспоминает только тогда, когда мама напомнит. Аналогично и с конструкторами типа «Лего». Мама начинает строить. Катя присоединяется. А если сама по себе, то берет карандаши, спички и строит из них колодцы, складывает буквы. Завинчивает и отвинчивает крышки на банках. А все специальные кубики опять-таки складированы в большой корзине. Катя охотно пилит со мной доски на даче, завинчивает саморезы, шкурит и красит поручни на лестнице, ведущей на второй этаж под крышей. (www.marsexxx.com) То есть она стремится к тем видам труда, которые у нас в ходу. Но я занимаюсь с ней специально шитьем и вышиванием. Поскольку мама у нас больше склонна к компьютерной верстке, а моя мама в свое время вышивала и я чуть-чуть приобщился, ну не как шведский король, но гладью и болгарским крестом вышить что-то смогу. Лена же занимается с Катей компьютерной графикой, и хотя игры у них тоже в почете, все-таки печатать тексты и делать компьютерные рисунки — это Лена (ну и я стараюсь не отставать) для Кати обеспечивает.

Родительские роли

Мы обсудили, как переживается развод супругами. Вывели формулу: развод — это маленькая смерть. Но что означает развод родителей для ребенка?

То, что при заключении брачного договора одно из ключевых слов — «развод», это в нравственном плане нелепость. Но в юридическом плане, наверное, без него не обойтись.

А вот как будут обстоять дела с детьми — это между тем в брачном договоре не оговаривается даже. Ну, может быть, и слава богу. А почему, кстати, не оговаривается? Да потому что очень уж трудные это вопросы.

Приведенное выше библейское сказание насчет соломонова решения (см. с. 41.) это ведь так только, для остроты обсуждения. А как в реальности обстоят дела с дележом детей при разводе родителей...

Ретивые в других отношениях судьи не ставят вопрос о ребенке, и так, дескать, ясно, что ребенок — с матерью. Эмоция «мать есть мать» мешает при принятии судебного решения о разводе.

А отец, разъясняет суд, получит от инспектора отдела по опеке и попечительству районного департамента образования «постановление о назначении» порядка свиданий с ребенком.

У матери при такой судебной практике есть возможности препятствовать контакту ребенка с отцом после развода. И она пользуется этими возможностями. Она считает, что отдала ему молодость, а он испортил ей жизнь. И раз он такой плохой, то следовательно:

«он ребенка испортит»,

«он ребенка настроит против меня»,

«его надо наказать».

А потому чинятся всяческие препятствия: то ребенок у бабушки, то он заболел, то «не хочет тебя видеть»...

При этом, если ей говорится: зачем же ты выходила замуж за такого человека, она строит манипулятивную психозащиту: что я тогда была, девчонка.

В условиях этого почти безраздельного матриархата при разводе в отношении ребенка отец чаще всего прекращает действия по отстаиванию своих родительских прав. И тогда это ЯВНАЯ БЕЗОТЦОВЩИНА.

Разводу предшествует разрыв отношений, а полному пред-разводному разрыву предшествуют надрывы, в процессе которых мать, зная о судебной практике, уже может ограничивать контакты отца с ребенком.

Проблемой «родители в разводе» я занимаюсь много лет. 1979 год. Тогдашняя «Литературная газета» — «ЛГ», «Литгазета», «Литературка», как ее любовно-фамильярно называла тогдашняя интеллигенция, — была не то чтобы лучом света в темном царстве, но щелью, через которую проникал свежий воздух в затхлое помещение, каким был Советский Союз1, а мы все были невыездные... Все считали «Литературку» своей газетой, все

1 Я отрицательно отношусь к сталинско-хрушевско-брежневскому безвременью, но не менее отрицательно — и к тому, что не смогли мы до сих пор из него выбраться. Эксплуатация со стороны парткомеклатуры сменилась еще более неприятной эксплуатацией со стороны новых хозяев. Попасть из вони в гниль невелика разница. Надо что-то придумывать, что делать дальше...

продажные и даже непродажные интеллигенты. Потом я еще расскажу об этой поре и ее обитателях. А сейчас лишь локальное воспоминание. Был в «Литературке» отдел быта. Его заведующий Анатолий Рубинов и обозреватель Лора Великанова выискивали острые темы. Нет-нет, Брежнева по-прежнему не трогали, а только то, что было можно. Можно было про разводы и даже про службу знакомств, что уже придавало «Литературке» привкус пикантности. Это сейчас терроризм, а тогда только внутрисемейный терроризм. Но тоже — развлекалочка. Я принес статью, которая и была потом напечатана в качестве острой приправы к тусклым собственно литературоведческим статьям «ЛГ». Рубинов, войдя в кабинет Лоры Великановой и застав там меня, сказал:

— Вы нам дали больше чем статью, вы дали нам тему.

И в самом деле, после «Мама с папой развелись» пошли письма и были напечатаны статьи нескольких авторов на эту заданную мной тему. Прославленные имена: Лариса Кузнецова, Алла Климова, Леонид Жуховицкий...

В статье, которая положила начало теме разведенных родителей, я писал о необходимости соблюдать закон, в котором сказано: «равные права и равные обязанности». Я предупреждал об опасностях несоблюдения этого закона. О женском воспитании в неполной семье. Об обиженных разведенных отцах и их мамах. О том, что в судах должны без заявлений и споров, а в обязательном порядке решаться вопросы о детях. С кем проживать ребенку — должно зависеть в значительной мере от человеческих качеств родителей. Если отец ребенка, по Геодакяну, находится в нижней части шкалы, то надо оставить детей у матери, а он пусть платит алименты и имеет доступ к ребенку для воспитания. Ну а если отец в верхней части шкалы, если зарабатывает нормально, если доказывает свои педагогические возможности, а у матери меньше плюсов, то ребенок может остаться и с отцом с обеспечением «доступа» к ребенку матери. Я писал, что иногда даже имеет смысл оставить ребенка отцу вопреки желанию и того, и другого. Например, если мать серьезно больна.

Статья «Мама с папой развелись» дала мне много интересных знакомств. Вот одно из них. На второй день после появления статьи я получил телефонный звонок и драматически-трогательный детско-родительский сюжет. Отец — художник-станковист, мать — киноактриса. Ребенок — мальчик пяти лет. Отец продемонстрировал мне свои кулинарные навыки. Действительно, было очень вкусно. Он показал мне, как он шьет сыну костюмчики, — прямо «Мостеакостюм». Особенно меня поразил наряд Самозванца из «Бориса Годунова». Он сделал выставку из работ своего сына — много небольших живописных холстов. Он воспринимал меня как всесильного журналиста. В те времена по статьям в «Литературной газете» снимали больших начальников. А я был всего-навсего кандидатом психологических наук, приглашенным «Литгазетой» в качестве автора. Впрочем, я выступил даже на суде по иску художника к актрисе. Суд произвел на меня тягостное впечатление. Сухой трескучей скороговоркой судья зачитала статьи о правах и обязанностях истца и ответчика. Я произнес какие-то слова в его пользу. Но когда попытался дать психологический анализ, меня оборвали: вы должны давать нам ответы на вопросы, а не высказывать свои суждения. Я ответил тогда, что это же не уголовное дело, а гражданское, вот я психолог, психотерапевт, автор статьи... Мне было сказано, что это к делу не относится.

Но что же по существу вопроса? Его жена часто — на гастролях. Обстановка гостиничная, вряд ли она могла брать с собой сына, она оставляла его со своей мамой. Вот при таких обстоятельствах я бы оставил ребенка с отцом, а матери обеспечил бы гарантированный контакт.

Что может сделать государство для сохранения семьи

Мы разобрались в том, что делать мужчине и женщине, попавшим в чистилище под названием «развод». Но и ГОСУДАРСТВО, если оно и впрямь, как декларирует, заинтересовано в «укреплении» семьи, кое-что может сделать.

Государство в своих законах и подзаконных актах должно стремиться создать СДЕРЖКИ И ПРОТИВОВЕСЫ, при которых ни один из родителей не будет иметь несправедливых преимуществ. И тогда КАЖДЫЙ РОДИТЕЛЬ ДОЛЖЕН БУДЕТ ПРИ ПРОТИВОРЕЧИЯХ ДОГОВАРИВАТЬСЯ С ДРУГИМ РОДИТЕЛЕМ.

Именно этим деликатным тонкостям и должны быть посвящены усилия. Законодатели должны нанять научно-исследовательские лаборатории, которые изучили бы и разъяснили бы объективные психологические закономерности. Такой лабораторией я считаю свою безвозмездно работавшую в течение многих лет лабораторию. Возможно, мои рекомендации содержат те или иные ошибки. Я не истина в последней инстанции, я не волшебник, я только учусь. Но вот мои соображения. Давайте их обсуждать и улучшать. А то и отвергать (но после серьезного многостороннего обсуждения).

Главный вопрос, который должно решить государство, — это вопрос о том, с кем проживает ребенок. За суетой (да, это только суета, не больше) с олигархами и нефтью1 законодатели забыли о главном — о детях, которые — уже человечество и которые — будущее человечество. А здесь много сложностей и тонкостей.

Я выше писал уже, что вопреки законодательству и благодаря сложившейся практике ребенок при разводе родителей остается почти всегда с матерью. В законе сказано, что и в случае развода оба родителя имеют равные права и несут равные обязанности по содержанию и воспитанию ребенка. На практике же ребенок фактически всегда проживает с матерью, и это определяет почти всё в отношениях разведенных родителей. По закону алименты платит отдельно проживающий родитель родителю, проживающему вместе с ребенком. За крайне редкими исключениями, отец отдает алименты матери. Право на контакт отца с ребенком обеспечивает по доброй воле мать. Или инспектор отдела опеки и попечительства районного (муниципального) управления образования. Инспектор — это почти всегда женщина. Она ставит себя на место матери; как выражаются психологи, идентифицирует себя с матерью. И вот такой инспектор пишет «постановление о назначении порядка общения» с ребенком. Обычно — раз или два в неделю. Обычно на полчаса, на час. Обычно в детском саду или в школе. Обычно под надзором. Что и говорить, все это расценивается папой как унижение. Он побьется-побьется и откажется от притязаний на своего ребенка.

Получается, что отец практически полностью лишается прав. Но он, по существу, освобождается и от обязанностей, кроме одной — платить алименты. А он должен быть обязан и должен иметь право представлять интересы ребенка в школе, в меди-

1 Если бы не суета, то все не так уж сложно. В Швеции на сверхдоходы — сверхналог. И не надо коммунистических революций, а только пусть будет нормальная полиция.

цинских учреждениях, водить ребенка в учреждения дополнительного образования, ходить с ним в театры...

Многие разведенные отцы только платят алименты и считают себя свободными от прочих родительских хлопот. А ведь ребенок нуждается не только в питании, но в воспитании. Безнадзорность — результат безответственности в том числе отцов. Но эту безнадзорность фактически санкционирует государство.

Законодатель должен подумать и об увеличении рождаемости. (Россия — не Китай.) А то что получается... Первый ребенок — плод любви и не очень длительных размышлений. В упоении от волнистых нашампуненных волос жены молодой муж хочет продолжения и углубления любви к жене и находит это в ребенке. Но вот, получив опыт с первым ребенком, двадцатитрехлетний муж-отец понял, что жена не считается с его родительскими амбициями. И остерегается рождения второго и третьего ребенка.

Все взаимосвязано. От этого, в свою очередь, страдает воспитание уже рожденного ребенка. Во-первых, в условиях однодетности обычно вокруг ребенка атмосфера чрезмерного сюсюканья, и ребенок становится эгоцентричным и эгоистичным. Во-вторых, жена-мать чувствует свою особую значимость и на глазах маленького ребенка командует отцом, в результате снижается отцовский авторитет. Я видел, как после супружеских «кухнеде-батов» в семье наших друзей их пятилетняя малышка замахнулась на отца метелкой.

Воспитание тем более затрудняется при разводе. Здесь ребенок вообще лишается мужского влияния. Ведь мама скорее всего замуж не выйдет. А если и выйдет, то будет защищать своего ребенка от родительских поползновений нового мужа (при том, что назло кровному отцу постарается, чтобы ребенок называл нового мужа папой).

Мать ведь тоже, в конце концов, страдает.

 

Что можно и что надо делать?

Надо, чтобы суды решали вопрос фифти-фифти. В половине случаев рассогласования желаний родителей о том, с кем ребенок, надо решать вопрос так, чтобы «первым» родителем был отец, в другой половине — мать. В любом случае необходим реальный доступ к ребенку второму родителю.

Но важно не только решение суда, с кем проживать ребенку. Должно быть обеспечено равенство прав и обязанностей родите-

лей, а также бабушек и дедушек с обеих сторон. И это равенство должно быть гарантировано, а не только декларировано.

В чем сейчас неравенство? И в чем должно быть равенство? Оно же чем-то измеряется. Я полагаю, что оно должно измеряться равным временем общения с ребенком, гарантированным каждому родителю. Временем общения без присутствия второго родителя. Если никто из них не поражен в родительских правах.

Время общения может быть распределено так, чтобы была соблюдена равномерность: не полгода у мамы и полгода у папы. А так, чтобы, предположим, ребенок был в будни у одного, а в выходные — у другого. Одну часть каникул — у одного, другую часть каникул — у другого. Возможны, конечно, варианты. Что делать, если родители в разных городах?

За равным временем должны следить судебные приставы и инспекторы из органов образования.

Все это, разумеется, сложно, но не сложнее того положения, какое сложилось сейчас.

Работы судьям будет побольше, нужно больше судей, специализирующихся в этих вопросах. Но это вопрос второй. Он будет разрешен, когда будет наведен нормальный порядок в экономике. Вот быстрее и наводите его, чтобы основными вопросами были гражданские вопросы.

Психологическое значение таких решений суда было бы серьезным. Если у матери нет непререкаемой возможности оставить ребенка за собой, она вынуждена будет при решении вопроса о разводе с этим считаться. И ее решимость в смысле развода будет не столь непререкаемой. Супруги будут вынуждены ДОГОВАРИВАТЬСЯ. И обращаться к психологам за консультациями. Повторим, что четыре десятых разводов инициировано молодыми женами — при том, что прожита одна седьмая часть супружества. Для треугольника «муж-жена-ребенок» в целом это будет все же оптимально. Я предвижу недовольство женщин-мам... Но ведь есть и бабушки со стороны пап. А они тоже женщины. Так что речь идет не только о защите мужчин.

Через пару лет, поизучав проблему, в том числе и благодаря письмам, я напечатал в той же «Литгазете» статью «Лидер начинает и... проигрывает». До сих пор ее дома в рамке держу.

Но воз и поныне там. Если, однако, кто-то подумает, что все это только в многострадальной России, так нет и нет же. В США все то же самое. Об этом был давнишний американский фильм

«Крамер против Крамера». Во Франции, как оказалось, тоже все то же самое. Так что это проблема общечеловеческая, интернациональная.

После статьи «Мама с папой развелись» началось мое активное сотрудничество с телевидением. Пококетничаю: активное со стороны телевидения. Меня стали приглашать передачи «Родительский день суббота», «Адреса молодых», «Мир и молодежь», «Взгляд», «Тема»... Я выступал в них то в качестве ведущего, то — эксперта. В этом ряду в то время не последнее место занимала передача «Семья». По замыслу режиссера, я интервьюировал и прохожих на улице, и сидящих в своих креслах кабинетных чиновников. Расспрашивал, что они думают о проблемах разводящихся родителей. Отсняли мы и интервью с одной дамой-судьей — профессионалом по семейнм дрязгам. Так вот, «слушайте сюда», как говорят в Одессе: это была дама из суда одного из центральных районов Москвы, а не, скажем, из Фрязина или из Фрязева. И «слушайте сюда», что она мне сказала...

— При разводе ребенок отдается на воспитание матери...

Судья, специалист по разводам, а сказала так категорично, что грубо противоречит закону, который провозглашает равенство прав и обязанностей родителей. Вот как глубоко зашел этот процесс. Оказывается, записанное еще надо правильно истолковать.

Но даже если правильно истолкован закон и принято правильное решение в духе равенства родительских прав и обязанностей, надо еще обеспечить исполнение. Это новая проблема. Которую надо решать. Потому что отчаявшиеся отцы с психопатическими чертами не придумывают ничего лучше, как выкрасть ребенка. И тогда приходится пожалеть мать. Одну такую маму мне пришлось лечить гипнозом — она шесть лет не могла увидеть своего ребенка. А отец что-то наврал дочке, уехал с ней в захолустный городок, прописался с дочерью в общежитии (документы были в порядке: ребенок вписан в паспорт, отец вписан в свидетельство о рождении), работал, содержал ребенка, водил в школу, даже в музыкальную. И «слушайте сюда», — когда мать все-таки разыскала своего ребенка, ей суд назначил постановление о порядке общения. Буква закона была ведь соблюдена. В законе написано, что на ребенка, проживающего вместе с родителем, должен платить алименты отдельно проживающий родитель. Но отец не требовал алиментов, он просто представил все доказательства, что он «хороший» отец. Ужасно это все!

При разводе нарушается — только не пугайтесь термина — комплементарность родительских ролей. Под этим словом понимается взаимодополняемость (от слова «комплекс», а не от слова «комплимент».) Дальше у нас будут рассуждения на эту тему более подробные. А сейчас важно осознать, что нарушения комплементарности могут возникать, даже если отношения более или менее стабильные. У Ивана Васильевича («не к ночи будь помянут!») Гребенникова с соавторами в книге «Этика и психология семейной жизни» — я уже с негодованием писал об этом — есть глава «Отец на жизненном пути человека». Не верите? Откройте книгу. Убедились?

Экстремальные феминистки ему должны в ноги поклониться.

Но похоже, что у И. В. Гребенникова были основания для такого чудовищного названия главы... Сколько времени ребенок видит отца? Отец уходит, когда ребенок еще спит. А приходит домой, когда ребенок уже спит. Ну, или позавтракают вместе, и только... В субботу-воскресенье отец сам отсыпается. А если и бодрствует в это время в этом безумном мире, то держит ребенка лишь на периферии взора и на периферии сознания. Ведь он продолжает заниматься производственными вопросами дома: принимает нужных людей, работает по телефону. Оправдывается: «Я обеспечиваю уровень жизни — чего от меня еще хотят?..»

Это — СКРЫТАЯ БЕЗОТЦОВЩИНА. Но везде и всюду это так. Она у всех, эта скрытая безотцовщина.

Зададимся каверзным вопросом, а почему это все так... Вопрос и на самом деле каверзный; это только кажется, что простой... Дескать, в наше трудное время надо напрягаться, чтобы семье существовать. Вот и напрягается семья, как же иначе.

Но поглубже-поглубже... Я провел опрос, а вы проверьте, проведите его еще раз или еще не раз. Читая лекции, я спрашивал женщин, сколько приобретенных вещей, которые висят в гардеробе, в семье не носится. Сколько приобретенной посуды можно было бы не покупать. И т. п. Ответы были обсчитаны, выведены средние цифры и проценты. Получилось, что 29% купленного не используется. Врать не буду: именно — 29... До одной трети не хватает 4,3 %. Но согласимся, что — почти треть. Не согласитесь — ладно, пусть просто 29%. Это и есть лишние «полставки», выражаясь советскими терминами. А согласитесь, что и времени на зарабатывание этих денег — тоже почти треть. А теперь проведем мысленный эксперимент. Откажемся от 29% шмоток.

Результат: отец будет больше на 29% времени дома и на 29% он может больше давать ребенку своего отцовства. Но если, конечно, слушать всякие там «Лореаль. Париж, ведь я этого достойна, не правда ли», то что будет? А будет то, что не хватит 29% дополнительных доходов доставшегося вам мужа. Не хватит даже и 29% дополнительных доходов потенциального убийцы, который не стал вашим мужем, потому что его отхватила ваша подруга, а то и вовсе незнакомка.

Так что, как это ни странно, отчуждение отца от ребенка, нехватка отцовского тепла диктуются холодным эстетизмом мамы. Она хочет получше одеться и получше одеть свое чадо, а может быть, и папу. Ну, так что же важнее? Одежка далеко не для холодов... или тепло отцовских рук? Если так поставлен вопрос, то на него вряд ли кто-нибудь даст ответ, что, мол, одежка важнее. Но на практике все ведут себя так, что важнее получается одежка.

А ведь отец должен и в поликлинику с ребенком сходить, и в музеях побывать, и в музыкальную школу отвести. Вместо отцов это часто делают дедушки. Это тоже искажение. В дополнение — пожалуйста, но в качестве замещения — нет.

Результат такой скрытой безотцовщины — безнадзорность. Но даже если ребенок не остается один, предоставленным самому себе, по-человечески надо и просто маму сменить. Отпустить в гости к подруге. Пусть с подругами поболтает. Болтовня — это важная потребность. Свободное общение. Его отсутствие угнетает и приводит к стрессу. Надо, чтобы материнство не оборачивалось тюрьмой.

В третий раз повторяю (или в пятый): руки отца, а также его голос, ребенок должен чувствовать, когда еще находится в животе матери.

Итак, чтобы не было скрытой безотцовщины, надо сократить расходы на излишества. Корни скрытой безотцовщины — в женщине, жене. Да, и здесь — ИЩИ ЖЕНЩИНУ.

 

Ну, что же, мы уже, надеюсь, убедились, что надо установить фактическое равенство между родителями. То есть эквивалентное, а не формальное. Мама кормит грудью и с ложечки. Папа зарабатывает на питание. Мама защищает от близких и малых, но частых опасностей. Папа — от более дальних, более редких, но более крупных. То есть роли родителей здесь взаимодополняющие, комплементарные. Кроме комплементарности есть,

конечно, и некоторая взаимозаменяемость. Отец может покормить с ложечки и отогнать собаку. А мать при случае и заработает побольше, и, если надо, «в горящую избу войдет». Но все же ясно, что эта взаимозаменяемость — в ограниченных пределах. Вот отец кормит все-таки только с ложечки, но не грудью. Вот и мама может защищать Родину и ребенка как снайпер... но не как десантник. В быту мама защитит разве что от курицы или от другой своенравной мамы. Но от террористов — папа. Итак,

МАМА ОХРАНЯЕТ РЕБЕНКА ОТ БЛИЗКИХ И МЕЛКИХ ОПАСНОСТЕЙ, ОТЕЦ - ОТ БОЛЕЕ ГРОЗНЫХ И БОЛЕЕ ДАЛЕКИХ.

Но ведь важно и то, что отец ребенку дает иную жизненную информацию, чем мама, и другую жизненную направленность. Все-таки для мамы важнее, чтобы ребенок не упал с лестницы, чем не пал нравственно. Все-таки гражданственность, нужную и девочке, больше прививает папа. Оберегательно-ласкательная позиция мамы разовьет и в мальчике защитную трусость. А активная жизненная позиция отца привьет и девочке тенденцию к разумному риску и активность. Я стимулирую в Кате смелое вхождение в контакт с миром предметов. Если встретится канава, которую можно перепрыгнуть, я стимулирую прыжок (ну, подстраховываю). Под моим контролем она занимается улитками, кротами, мышами, дружит с кошками, собаками, лошадьми. Катя смело идет к людям. Первое, что она говорит им: «Я — Катя».

И этим многое сказано: я готова к общению, я открыта, у меня нет второго дна и нет ни одного камня за пазухой. Катя сразу делится игрушками и лакомствами. Конечно, здесь роль и домашних родов, и того, что люди ее окружают не детсадовские. При этом обеспечивается разумный двойной запас безопасности.

Для убедительности примеры комплементарности и эквивалентности родительских ролей можно было бы и приумножить. Но для наших дальнейших рассуждений примеров пока что и хватит. Ясно, что если нет одного из родителей, то воспитание и вообще жизнь ребенка и далее подростка искривляются. Какими бы ласковыми ни были руки отца, он не сможет заменить мать на первых порах, да и вообще полностью заменить не сможет. Как бы храбра ни была мама, она не сможет противостоять военной силе. Поэтому вообще лучше не разводиться, а любить друг друга и вместе любить своих детей. Это можно, это получится, если заняться больше не приумножением материального хлама, а психологией. Ну а если все-таки не все сладилось, то эмоциональное решение супругов о разрыве и разводе заменить каким-нибудь другим решением. Пусть будут нестандартные сексуальные отношения, пусть будет даже некоторая взаимная сексуальная свобода, только без дополнительных психических травм. Но ребенок пусть будет воспитываться обоими.

И вот еще что. Развод ли с матриархатными тенденциями (и с борьбой отца за родительские права), супружеская ли напряженность до развода, — обычно каждый родитель манипуля-тивно настраивает ребенка против другого, конечно «нехорошего», родителя. Вспомним Соломона. Он не на самом деле хотел разрубить ребенка. Он ставил лишь мысленный нравственный эксперимент, хотя это тоже было жестоким. А сегодня (так получается) разрубается душа ребенка. Учтем, что бывшие или близкие к разводу жена и муж воюют, а ЛИНИЯ ФРОНТА МЕЖДУ РОДИТЕЛЯМИ ПРОХОДИТ ПО СЕРДЦУ РЕБЕНКА.

Детский сад или профессиональное материнство?

Из рассказа родителей одного нашего пятилетнего знакомого... Мальчик им заявил:

— Если я вам не нужен, можете меня из сада не забирать. Правда, я буду очень страдать.

А вот что попросил у родителей другой пятилетний знакомый:

— На Новый год подарите мне сотовый, чтобы я мог из сада звонить маме.

А это наш диалог с третьим пятилетним мальчишкой:

— Ты каждый день в сад ходишь?

— Нет, когда не болею.

А наша Катя как-то пообщалась в двухлетнем возрасте с двоюродным братом, который посещал детский сад. А потом дома, наклонив голову набок и глядя вверх, напрямик этак спросила меня:

— Понял ты?!

Словом, так: если есть, возможность, чтобы жена была мамой в полном объеме, надо предпочесть этот вариант. Уже по одним только высказываниям пятилетних экспертов.

Ну а если по существу, то детский сад с «оставлением» дошкольника в нем без родителей в любом случае не выдерживает критики. Это порождение бездушной советской и бездушной американской систем. Отрыв от родителей не может быть мотивирован тем, что нужна социализация. Социализацию надо осуществлять без этого отрыва.

А если говорить об «у нас в России», то есть что добавить и к этому общему соображению. У нас-то ведь вообще остаточный принцип оплаты преподавателей педвузов и оплаты самих работников детских садов. Какие тут профессиональные качества! Но к этому прибавляется еще одно. Я долгое время преподавал в педвузах. И сам пришел к выводу, что надо еще преподавать и в самой школе. И преподавал там, чтобы учить студентов, как учить детей. Но я был исключением. В вузе обычно преподают те, кто уже не учит детей. Может быть, учительствовали раньше, но сейчас — нет. В медицинском вузе доценты-хирурги оперируют и учат студентов оперировать непосредственно в операционной. А в педвузах нет такого. В том числе и на дошкольных факультетах. Ну чему в педагогике может научить человек, который профессионально не имеет дела с детьми... Нет, конечно, могут быть исключения. Есть в дошкольной педагогике нравственные и профессиональные гении. Но их так мало, что не брать же это в расчет. Конечно, что-то доценты и профессора берут из разработок научных сотрудников соответствующих научно-исследовательских институтов. Но как берут? Только из книг и статей? Оч-чень интересно. Итак, одни разрабатывают методики, другие преподают будущим специалистам-практикам... Или есть где-то детское учреждение, в котором старший научный сотрудник обучает доцента? Опять же доцент-медик и лечит и учит. А в педагогике я такого не знаю. Скорее в таких случаях студент на учебных и производственных практиках берет от специалистов-практиков кое-что. Или сам работает и учится, что-то беря от тех, что-то от других, что-то изобретая сам на ходу.

Не надейтесь также, что помогут коммерческие варианты. В коммерческие детсады и школы идут тоже далеко не лучшие профессионалы. Чаще всего это коммерчески агрессивные люди. (Так же как и в частные медицинские клиники.) А настоящий профессионал (шизоид или эпилептоид) остается В ГОСУДАРСТВЕННЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ, он не очень любит перемены, ему трудно к ним приспособиться.

Так что детские сады вообще, а сейчас тем более, меня не устраивают.

Но как быть тогда с общением на горизонтальном уровне, с социализацией? Мы с Леной решили, что лучше ходить с ребенком в разные развивающие центры. Их теперь пруд пруди, можно выбрать. Но здесь тоже имеются минусы. Во-первых, развивающие центры, как правило, работают на коммерческой основе, и люди в них преследуют в основном цель заработать. В одном таком центре я поговорил с вероятной «учительницей». Имидж, в том числе речевой, и психотехника общения были такими:

— Ну, если у меня будут места, то я, пожалуй, возьму вашего ребенка. Но мест пока нет.

И все же здесь больше вариантов.

Еще минус: в развивающих центрах родителей не допускают на занятия. Это тоже своего рода педагогика? Нам с Леной такая педагогика не подошла.

Катю мы водили в развивающий центр «РАДУГА» в Юго-Восточном округе г. Москвы. Недорого. Филолог по педагогическому образованию — милая и деликатная Светлана Александровна использует разные методики для развития ума трех-четырехлеток. Она вводит понятия в игровой форме, старые, как мир, простые и в то же время нужные. Слова «толстый» и «тонкий» подходят к нарисованному древесному стволу, а к доскам забора подходят слова «широкий» и «узкий». Детки путаются, а Светлана Александровна распутывает в их головках эти понятия. И Данила усвоил: толстое дерево и широкая доска. А широкое дерево — не годится. Марианна поняла разницу в выражениях «за забором» и «под забором». И все это было с картинками, с «приглашением в гости» лесовичка, сделанного из еловой шишки: г